Кризис развития и иностранная помощь

Африка по признанию специалистов понемногу изменяется и явно идет вперед. Наметившийся на рубеже 80–90‑х годов в связи с крушением марксистского социализма переход избравших было эту модель стран на рельсы рыночно‑частнособственнического развития дал дополнительный импульс движению к экономическому прогрессу. Все большее количество стран одна за другой заявляют о своем стремлении к либерализации и приватизации экономики, о готовности заимствовать идеи плюрализма и практику многопартийности. Не вполне пока ясно, насколько эти намерения серьезны и насколько их осуществление поможет движению вперед. Но сам импульс отчетливо заметен, это в некотором смысле знамение нашего времени, чутко воспринятое на континенте, где до того к развитию по рыночно‑частнособственническому капиталистическому пути многие относились настороженно, считая его как бы чужим, негодным для Африки (иное дело генетически близкий марксистский социализм с его коллективистскими установками, командной дисциплиной и священной ненавистью к частной собственности и богатым вообще).

Однако одно дело – благие намерения, и совсем другое – реальность. Даже если принять как желаемые и обнадеживающие движение Африки в сторону рыночной экономики и некоторые достижения в этом направлении, включая адаптацию городского населения и определенное развитие мелкого и среднего предпринимательства, об успехах здесь говорить рано. Зато о суровом кризисе, кризисе развития континента, говорят уже многие и достаточно давно, как в самой Африке, так и вне ее. И для этого есть серьезные основания.

Во‑первых, 80‑е годы прошли в Африке под знаком спада в темпах развития, существенного обострения продовольственной проблемы. Поразившая обширный пояс Сахеля и некоторые прилегающие районы жестокая засуха, связанная с наступлением песков Сахары, принесла бедствия ряду стран, от Мали до Мозамбика. Но особенно пострадали Эфиопия, Чад, ЦАР, Нигер. В Эфиопии, наиболее многонаселенной из перечисленных стран, это привело к массовым вынужденным перемещениям населения и соответственно к резкому обострению нищеты, а в сочетании с марксистско‑социалистическими экспериментами, обескровившими экономику страны, – к голоду и голодной смерти сотен тысяч, если не миллионов людей.

Во‑вторых, распространенность социальных экспериментов по марксистской модели привела к кризису, аналогичному эфиопскому, многие из стран Тропической и Южной Африки. Сократились зарубежные инвестиции – для них не было в упомянутых странах ни простора, ни условий. Нарушился привычный баланс во внешнеторговых связях, а торговые связи с так называемым миром социализма всегда имели уродливый характер и обычно не способствовали развитию, в лучшем случае содействовали вооружению и усилению военной мощи соответствующих стран, что опять‑таки ложилось на слабую экономику этих стран невыносимым бременем.

В‑третьих, Африку буквально потряс мощный демографический взрыв. Издревле этот полупервобытный континент был малонаселенным вследствие хотя бы неблагоприятных условий для обитания человека. Темпы прироста населения были достаточно стабильными в своей неторопливости, причем массовый вывоз рабов – вопреки имеющимся на этот счет предвзятым представлениям – не слишком на них влиял. К началу XVII в. на континенте ориентировочно проживало 55 млн. чел., к началу XIX в. – 70, к началу XX в. – 110 млн. чел. Однако энергичная колонизация и освоение Африки европейцами, знакомство с основами европейской культуры, в частности с медициной и гигиеной, успешная борьба с африканскими болезнями (малярией, сонной болезнью и т. п.) – все это уже к моменту деколонизации за какие‑то 60 лет привело к тому, что население континента возросло более чем вдвое – до 275 млн. чел. Освобождение Африки дало еще один мощный толчок росту темпов прироста, которые ныне достигли 3,1 % в год. В результате население континента за 30 лет увеличилось еще раз более чем вдвое, достигнув 600 млн. И продолжает расти такими же темпами. К 2010 г., как ожидается, африканцев будет один миллиард.

Нетрудно из этого заключить, что при общем падении темпов экономического прироста, наметившемся в 80‑х годах, демографический взрыв привел к тому, что доход на душу населения на континенте стал уменьшаться. Иными словами, люди начинают жить беднее, чем вчера. Это и есть кризис развития. Кризис, составляющими которого являются многие факторы – социальные, экономические, политические, цивилизационно‑культурные, но решающий вклад в который внес фактор демографический, тоже в конечном счете тесно связанный со всеми остальными.

Кризис не явился неожиданностью для мира. О нем предупреждали давно, оперируя серьезными экономико‑статистическими выкладками, социологическими, демографическими и иными специальными исследованиями. В ряде стран, как в Кении и Ботсване, Нигерии и Замбии, Сьерра‑Леоне, Сомали, Зимбабве, Заире и некоторых других, ведутся даже на национальном уровне кампании в пользу малосемейности, ограничения рождаемости. Но эффект их пока невелик. Кроме того, корни кризиса уходят не только в демографический фактор. Социокультурная отсталость населения, о которой уже шла речь, играет здесь большую роль, ибо именно она сдерживает темпы экономического роста и благоприятствует рискованным социальным экспериментам. А для преодоления ее нужно немалое время. Времени же у африканцев нет, ибо каждый прожитый год приносит новые проблемы, в первую очередь все те же демографические. Как вырваться из этого порочного круга?

Конечно, лучше всего было бы сделать это, поднатужившись, собственными силами – примерно так, как решает свои проблемы, гордясь этим, тоже весьма перенаселенный Китай. Но Африка – не Китай. Разность потенциалов весьма ощутима. И на собственные силы африканцам рассчитывать не приходится, что хорошо понимает и весь остальной мир. Поэтому проблемы Африки – это проблемы всего мира, что человечество достаточно адекватно осознает, пытаясь помочь.

Прежде всего это помощь продовольствием, помощь в беде, в трудную минуту. Такое случается нередко, причем чаще всего – в бедных странах с марксистским режимом, как то было в 80‑х годах в Эфиопии. Мир до сих пор помнит, как в дни, когда правящая верхушка страны помпезно отмечала десятилетие своей революции, народ умирал от голода, а помогали людям те самые «империалисты», которых поносила официальная пресса. Западная помощь Африке исчисляется в среднем в 15 млрд. долл. в год, а к 2000 г., как ожидается, эта цифра возрастет до 22 млрд. Вообще за 1963–1982 гг. бесплатный продовольственный импорт в Африку увеличился, по некоторым подсчетам, в 6,5 раза. В середине 80‑х годов потребность в продовольствии уже на 20 % удовлетворялась за счет такого рода импорта. Все более очевидным становится, что Африка прокормить себя не может и в обозримом будущем, видимо, не сможет.

За определенную, причем все возрастающую часть импорта приходится платить. Платить же странам Тропической и Южной Африки, кроме разве что некоторых зажиточных стран, практически нечем. Отсюда угрожающий и быстрыми темпами увеличивающийся рост задолженности. Только за 1982–1990 гг. она увеличилась вдвое, со 138,6 до 272 млрд. долл., что составляет примерно 93 % ВВП (валового внутреннего продукта) континента. И эти долги – в основном за счет неарабской Африки. Правда, частично быстрый рост задолженности связан с игрой мировых цен на некоторые виды сырья, поставляемые Африкой. Однако игра цен в этом смысле – норма мирового рынка, как закономерно и постоянное относительное возрастание цен на технический импорт, импорт промышленных товаров высокой технологической сложности, по сравнению со всем тем же сырьем. Баланс, естественно, не в пользу Африки.

За последние годы в связи с экономическими проблемами Африки раздаются голоса о необходимости установления так называемого нового международного экономического порядка. Под этим терминологическим нововведением скрыта, попросту говоря, надежда на продолжение и закрепление в нормативной форме практики постоянных дотаций, хотя бы за счет части средств, сэкономленных в результате сокращения гонки вооружений. В наши дни, когда весь баланс мировых политических сил решительно изменился в связи с крушением марксистско‑социалистического режима в СССР и странах Восточной Европы, такие надежды уже не только не беспочвенны, но весьма реальны. Мир, видимо, сможет в близком будущем усилить свою помощь Африке, может быть, даже искусственно повысить цены на некоторые виды ее сырья, подобно тому как делал десятилетиями СССР с кубинским сахаром. Но эта и любая иная помощь – следует четко себе представлять – не может решить проблем Африки, может даже усугубить их.

Любая искусственная экономическая стимуляция, любые формы помощи и дотаций могут иметь значение лишь как поддержка собственных усилий Африки. Без собственных усилий, направленных на налаживание самообеспечивающего хозяйства, помощь уйдет в песок, как то весьма убедительно продемонстрировала наша собственная разрушенная режимом экономика на рубеже 80–90‑х годов. Как ни несопоставимы по многим параметрам негритянская Африка и бывшие страны марксистского социализма на стыке Европы и Азии, между ними есть и нечто общее: только решительный поворот к рыночно‑частнособственнической экономике и превращение массы люмпенов и социальных иждивенцев в хозяев собственной жизни, отвечающих за себя и свои семьи участников рыночного экономического процесса, могут решительно изменить судьбы оказавшихся в жестоком кризисе стран.

Как и когда, при каких обстоятельствах сумеет Африка добиться такого – это вопрос вопросов. Но иного выхода у нее нет. А возможности, при всех сложностях достижения желаемой цели, есть. Важным залогом успеха является отмеченный уже решительный поворот «заблудших» было стран Африки в сторону капиталистического рынка, рыночно‑частнособственнической экономики – имеются в виду тенденции к либерализации и приватизации, к многопартийности и плюрализму и т. п. Осознав постигшие их неудачи, те страны Африки, которые отдали дань поиску легких путей без кардинальной ломки внутренней структуры, возвращаются и начинают свой путь почти сызнова. И в этом – залог завтрашнего успеха, которому будет стараться содействовать внешний мир. Еще одним залогом успеха может считаться тенденция к кооперации и сотрудничеству между странами Африки.