Триада включает тезис — антитезис — синтез (или, иначе говоря, положение — отрицание — отрицание отрицания). 1 страница

Характерно, что триадичность проходит через всю систему Гегеля: три ее части - логика, философия природы и философия духа. Логика состоит из трех раз­делов и т. д. Иногда идея триадичности носит весьма искусственный характер.

Начиная характеристику философских взглядов Гегеля, нужно отметить, что высшей категорией его системы, в которой содержатся все другие, является абсо­лютная идея. Поэтому, хотя категории развиваются, следуют друг за другом, на самом деле они существуют вместе, они безвременны и являются определениями вечного, абсолютного.

Движение категорий совершается путем обнаружения и разрешения противо­речий, содержащихся в них. Противоречивость же, как говорилось выше, изна­чально присуща идее.

Категории бытия. Гегель начинает свою логику с характеристики понятия чистого бытия. Это - абстракция, совершенно лишенная определений и потому равная своей противоположности - ничто. Мысль о бытии вообще (а не о некотором кон­кретном бытии какого-нибудь предмета) настолько бессодержательна, что совпа­дает с мыслью о небытии. Но бытие и ничто не только тождественны, но и отличают­ся друг от друга, так как бытие указывает, что мышление есть, а ничто указывает, что мышление еще не развито. Таким образом, единство бытия и ничто вовсе не есть тождество, а заключает в себе различие и требует объединения. Единство бы­тия и ничто образует третье понятие - становление. Становление - первая кон­кретная, наполненная содержанием категория. Все предметы находятся в процес­се непрерывного изменения, перехода в другое состояние, т. е. становления.

Категория становления отрицает предыдущие категории. Здесь нужно отметить, что у Гегеля отрицание - это не просто уничтожение чего-то, а его развитие. В качестве иллюстрации Гегель приводит пример с зерном. Уничтожить зерно можно различными способами: сжечь, сгноить, размолоть; диалектическое отрицание зерна осуществляется одним путем, когда созданы условия для его прорас­тания и превращения в стебель. Для характеристики отрицания Гегель употреб­ляет также термин «снятие», который означает одновременно и упразднение и сохранение. В становлении бытие и ничто находятся в снятом виде.

Результат становления Гегель называет наличным бытием. Это уже бытие, присущее реальным предметам. Отличие одного предмета от другого зафиксировано в понятии качества. Качество есть определенность, тождественная с бытием; если исчезнет данное качество, нечто становится другим. Выходя за пределы нечто, мы получаем другое, но это другое также является конечным, за его пределами лежит новое другое, и так без конца. Подобную бесконечность Гегель называет дурной бесконечностью. Здесь конечное и бесконечное не связаны друг с другом.

Истинная бесконечность не исключает конечное, а включает и имеет конечное не вне себя, а в себе. Истинная бесконечность содержит в себе некую замкнутость, завершенность. Кругообразная линия, возвращающаяся к своему исходному пункту, служит выражением понятия истинного бесконечного; круг всегда считался символом бесконечности. В истинной бесконечности исчезло отношение к другому, осталось лишь отношение к себе. И Гегель вводит категорию для себя бытие - законченное и в то же время бесконечное бытие. Эта категория далее используется для перехода к новой категории - количеству.

Количество - определенность, безразличная для бытия; количественные изменения не устраняют бытия предметов, количество и качество индифферентны друг к другу. Так, лес остается лесом, будет ли он больше или меньше, красное остается красным, будет ли оно темнее или светлее. Но этот принцип действует только до известного предела, за которым наступает качественное изменение. Равнодушие количества к качеству обманчиво. Изменение одного приводит к измене­нию другого. Незначительное увеличение расходов сначала не имеет значения, однако, если эти расходы накапливаются и продолжаются, возникает расточи­тельность, которая и в частной, и в общественной жизни приводит к экономическому разорению. Гегель вспоминает софизмы древних - «куча» и «лысый».

Единство количества и качества есть мера. Этой категорией обозначены количествен-ные границы, в пределах которых предмет остается собой. Нарушение ме­ры приводит к появлению нового качества, которое возникает путем перерыва непрерывности, скачкообразно. Гегель отвергает представления о том, что возни­кающее качество еще до своего возникновения уже существует и не может быть воспринято лишь вследствие своей малости. Подлинное развитие идет лишь через появление новых качеств; это всеобщий принцип. Положение о том, что природа не делает скачков, содержит заблуждение.

Цепь скачкообразных качественных изменений образует «узловую линию отношений меры». Таковы, например, изменения агрегатных состояний вещества: превращение твердого тела в жидкость и далее при повышении температуры - в газ. Вместе с тем эти изменения происходят с одним и тем же веществом. Так встает вопрос о носителе изменений, некоем субстрате, лежащем в основе преходящего бытия. Бытие переходит в сущность. «Истина бытия есть сущность».

Категории сущности. Бытие образует внешний слой действительности, ее поверхность, то, что непосредственно дано нам в восприятии. На уровне бытия мир состоит из отдельных предметов. Сущность - это внутренний мир, глубинные связи, лежащие в основе бытия.

Мысль, пытающаяся прорваться к сущности, наталкивается сначала на видимость (кажимость). Бытие предстает как иллюзия: карандаш, опущенный в воду, кажется сломанным; мы видим движение Солнца по небосводу. На самом деле то, что мы видим, не соответствует действительности. Наличие видимости - почва, на которой вырастает скептицизм. С точки зрения скептика, человек имеет дело только с видимостью, сущность вещей познанию недоступна. Другая крайность - отрицание реального характера видимости. На самом деле видимость столь же реальна, как и сущность. Видимость нас обманывает, но обманщик не выдуман нами.

Сущность Гегель рассматривает в трех аспектах:

♦ как отраженную в самой себе;

♦ как проецированную на бытие, т. е. как явление;

♦ как единство предыдущих моментов, т. е. действительность.

Анализ первого аспекта сущности Гегель начинает с понятия тождества. Сущ­ность выступает прежде всего как тождество, равенство самому себе. Но этому аб­страктному тождеству Гегель противопоставляет тождество конкретное, вклю­чающее в себя момент различия. Нет двух вещей до такой степени похожих, чтобы они не могли быть различены; нет двух вещей до такой степени несходных, чтобы они не могли быть сравниваемы в различных отношениях, с разных сторон. Две вещи, как бы они ни были различны, сходны уже постольку, поскольку они вещи и каждая из них едина.

Различие развивается в троякой, все более глубокой форме: внешнего разли­чия; внутреннего, имманентного различия (нечто отличается от другого, которое есть его другое); различия себя от самого себя. Чем отчетливее и резче мыслится разность, тем отчетливее и резче выступают и противополагаются обе ее стороны: равенство и неравенство. Различие, доведенное до предела, есть противоположность. Белое и серое различны, белое и черное противоположны.

В противоположности соединены тождество и различие. Так, только понятия одного и того же рода могут быть противополагаемы друг другу. Например, шесть миль на восток и шесть миль на запад тождественны как некоторый путь, расстоя­ние. Но противоположности и различны, ибо шесть миль на восток и шесть миль на запад - разные пути.

Противоположности относятся друг к другу, как положительное и отрицатель­ное. Положительное и отрицательное связаны друг с другом, причем таким обра­зом, что каждая сторона составляет основание того, что существует другая. Вместе с тем каждая из двух сторон полагает и требует также небытия другой стороны. Следовательно, каждая сторона как полагает, так и отрицает другую сторону, от­носится к ней и положительно, и отрицательно; следовательно, она сама и поло­жительна, и отрицательна, т. е. противоположна самой себе. В этой противоположности самому себе состоит сущность противоречия.

Противоречие, говорит Гегель, движет миром. «Нечто жизненно, лишь поскольку оно содержит в себе противоречие, и притом есть именно та сила, которая в со­стоянии вмещать в себе и выдерживать это противоречие. Если же нечто сущест­вующее... не способно иметь в самом себе противоречие, то это нечто не есть живое единство, не есть основание и в противоречии идет к гибели». Противоречие, со­стоящее в противоположности самому себе, должно разрешиться. В противоре­чии вещи либо гибнут, либо «уходят в основание». Противоположная сама себе сущность отталкивается от себя самой и распадается на два определения: основание и следствие.

При анализе сущности как основания Гегель прежде всего рассматривает категории формы и содержания. Он отмечает неразрывную связь содержания и формы. Нет бесформенного содержания, как не существует и бессодержательной формы. Но форма имеет двойственное отношение к содержанию; для содержания книги, например, безразлично, во что она переплетена - в картон или в сафьян. Внешняя форма равнодушна к содержанию. Но есть другая форма, неразрывно связанная, слитая с содержанием (например, поэтическая форма, выражающая определенное содержание).

Далее Гегель говорит об условиях. Чтобы что-то произошло, необходимо соединение основания и условий. Следствие вытекает из основания лишь в том слу­чае, когда дана совокупность условий. Если налицо все условия данной вещи, она вступает в существование. Существование отличается от бытия своей опосредованностью. Это бытие, которое обрело основание.

Второй аспект сущности, проецированной на бытие, - явление. Сущность в своем существовании есть явление. Это значит, что сущность не может быть в «чистом виде», сама по себе; она существует только в явлениях. Последние тоже не существуют сами по себе, они - выражение определенной сущности. Между явлением и сущностью нет непереходимой грани. Сущность является, а явление существенно. Сущность глубже, но явление богаче.

Основание, полагающее и определяющее явление, есть закон. В разнообразии и смене явлений закон есть нечто постоянное, пребывающее, как, например, закон падения, во всех явлениях падающих тел. Закон остается, в то время как явления сменяются. Закон есть постоянный элемент в смене вещей, поэтому Гегель назы­вает закон основою мира явлений.

Поскольку сущность и явление не существуют сами по себе, в «чистом виде», их единство составляет третий уровень учения Гегеля о сущности - действительность. От существования действительность отличается двумя признаками, кото­рые делают ее более содержательной категорией: эти признаки - возможность и необходимость.

Действительность - это не просто осуществленная возможность, но и реаль­ные возможности дальнейшего развития, которые открываются перед тем, что су­ществует сегодня. Реальную возможность следует отличать от возможности абст­рактной. Если рассуждать абстрактно, говорит Гегель, то возможно, что сегодня вечером Луна упадет на Землю, что турецкий султан сделается папой, и т. п. Но для осуществления этих возможностей необходимо изменение условий. Абстрактная возможность при изменившихся условиях может стать возможностью реальной, т. е. войти в действительность и осуществиться.

То, что реально возможно, говорит Гегель, - необходимо. Необходимость - компонент действительности. Саму же действительность следует понимать как деятельную, разумную действительность. Отсюда вытекает известный тезис: «Все действительное разумно, все разумное действительно». Действительно только то, что неотвратимо, вызвано существенными, закономерными факторами.

Но необходимость не предстает перед нами непосредственно, она всегда обла­чена в форму своей противоположности - случайности. Случай входит в область внешней действительности, он разыгрывается на поверхности вещей, которые от­носятся друг к другу и воздействуют друг на друга внешне. Такие события не имеют внутреннего основания, хотя вообще имеют основание. Случайное есть нечто такое, что может быть, а может и не быть, что может быть таким, а может и не быть таким, чье бытие имеет основание не в самом себе, а в другом. Задача науки - по­знать необходимость, скрытую под видимостью случайности.

Учение о сущности завершается категорией причинности. Причина - то, что предшествует данному явлению и генетически с ним связано. Причина - порождающая и производящая деятельность, причина порождает действие. Причинная связь - момент универсальной зависимости явлений. Если мы в действии видим не просто пассивный результат, но и активное начало, воздействующее, в свою очередь, на причину, то переходим к понятию взаимодействия. Взаимодействуя, причина и следствие как бы меняются местами: действие становится причиной и наоборот.

Учение о понятии. За взаимодействием лежит понятие как основа, определяющая течение любого процесса. Если учение о бытии и о сущности Гегель называет объективной логикой, то учение о понятии - субъективная логика. Но это противопоставление условно. Для Гегеля и объективная и субъективная логика являет­ся логикой и самих вещей, и познающего их мышления.

Субъективная логика начинается с рассмотрения понятий, суждений и умозаключений. Что такое понятие? Гегель считает, что нужно отказаться от «лож­ной» теории о том, что понятия - общие и абстрактные представления, получае­мые рассудком из наглядных представлений.

«Несправедливо было бы думать, что сначала нам даны предметы, которые составляют содержание наших представлений, и что мы присоединяем к ним нашу субъективную деятельность, именно отвлекаем и схватываем их общие признаки, и так образуем понятия. Понятия существуют прежде предметов, и предметы обязаны всеми своими качествами тому понятию, которое живет и обнаруживается в них. Религия признает то же самое, когда она учит, что Бог создал мир из ничего, или, другими словами, что мир и все вещи произошли из одного общего источни­ка, из полноты Божественных мыслей и предначертаний. Это значит, что мысль, или, точнее, понятие есть бесконечная форма, или свободная творческая деятельность, которая осуществляет свое содержание, не нуждаясь во внешнем материале».

В субъективной логике рассматриваются традиционно изучаемые формальной логикой учения о понятии, суждении и умозаключении. Свою задачу Гегель ви­дит в том, чтобы «привести в текучее состояние» накопленный веками, но окосте­невший материал, снова «разжечь в нем огонь жизни». Он стремится установить познавательную ценность различных видов суждений, рассмотреть в фигурах силлогизма отношения вещей и т. п. Но в целом в его субъективной логике много искусственного и туманного.

После того как понятие прошло свои формы развития в виде суждения и умо­заключения, субъективное делается объективным. Объективность есть всеединство вещей. Единство, являющееся в форме мира или вселенной, следует из собственной глубочайшей сущности самих объектов.

Первая форма связи объектов - механический порядок, или механизм - внешняя связь вещей. Но объекты должны не только взаимно детерминироваться, но и нейтрализовать друг друга - это происходит в химическом процессе. Однако за­дача объективности не может быть разрешена ни механическим, ни химическим процессом. Для этого требуется универсальное единое понятие. Универсальное единство есть не объект, а чистое, отличное от всех объектов понятие, противо­стоящее всем объектам. Это понятие - цель.

Цель есть понятие, реализующее само себя, субъективность, объективирую­щая себя, единство понятия и реальности. Это единство - идея (или истина). Логика завершается анализом истины. Об истине Гегель говорил с пафосом: «Истина есть великое слово и еще более великий предмет. Если дух и душа человека еще здоровы, то у него при звуках этого слова должна выше вздыматься грудь». Гегель выступает против сомнений в возможности достижения истины. Однако не менее опасна самонадеянная вера в то, что истина уже достигнута.

Истина есть совпадение понятия и объективности. Абстрактной истины не существует, истина всегда конкретна. Частные науки показывают действительность лишь с какой-то одной стороны, абстрактно, поэтому они не знают истины. Истина - предмет философии, в которой знание обретает свою многосторонность, конкрет­ность. Причем это уже не конкретность чувственно воспринимаемого предмета, а иная, логическая конкретность, которая достигается за счет того, что понятия бе­рутся не обособленно друг от друга, а в их взаимных противоречивых связях и пе­реходах. Мир - органическое целое, истинное знание о нем дает система катего­рий.

Но истина, по Гегелю, - не только соответствие понятия предмету, но и соот­ветствие предмета своему понятию. Рассматривая предмет, мы должны опреде­лить, совпадает ли он со своим понятием, содержит ли он истину или нет. На­пример, говоря об истинном друге, мы понимаем под ним человека, поведение которого соответствует понятию дружбы. Неистинное в этом смысле - противоречие между существованием предмета и его понятием.

Истина предметна, ее нужно не только узнать, но и осуществить. «Чтобы узнать, что в вещах истинно, одного лишь внимания недостаточно - для этого необходима наша субъективная деятельность, преобразующая непосредственно существующее». Истина прокладывает себе дорогу тогда, когда приходит ее время. Ничто великое не совершается без страсти, но никакая страсть, никакой энтузиазм не вызо­вут к жизни то, что еще не созрело.

Истина предстает в двух ипостасях - теоретической и практической. Последняя выше первой. Единство теории и практики образует «абсолютную идею». В ней достигается вершина логического саморазвития духа. Все прежние понятия содержатся в абсолютной идее как ее отдельные моменты. Разлагая идею и двигаясь аналитическим путем назад, мы опять можем получить из нее упорядоченный ряд всех категорий, вплоть до самой простой, до понятия чистого бытия; а из этого понятия синтетическим путем мы можем через ряд всех категорий опять дойти до высшего и самого богатого понятия, до понятия абсолютной идеи.

Философия природы. За логикой в системе Гегеля следует философия природы. Логическое развитие идеи предшествовало природе, причем не во времени. Категория времени появляется только в природе. Само же развитие во времени будет совершаться позже, на ступени «духа», т. е. в жизни человека и общества.

Переход от идеи к природе - довольно трудное для понимания место в философии Гегеля. «Когда идея полагает себя как абсолютное единство чистого поня­тия и своей реальности, она, как целость, в этой форме составляет природу». Природа - инобытие идеи, «окаменевший дух». Превращаясь в природу, абсолютная идея опредмечивает себя, тем самым отчуждается от своей истинной сущности и предстает в виде конечных, чувственных, телесных единичностей, к которым от­носится и человеческая телесность. Идея создает природу, чтобы из природы воз­ник человеческой дух, познание.

В природе нет развития, хотя в ней видна система последовательных ступеней, высшая из которых - жизнь. «Природу следует рассматривать как систему ступеней, из которых одна необходимо вытекает из другой и составляет ближайшую истину той, из которой следует; однако это происходит во внутренней идее, составляющей основу природы, а не так, чтобы одна ступень естественно порождала другую». Философия природы должна постичь, «как в каждой ступени самой же природы наличествует дух».

Философия природы включает механику, физику и органическую физику. В ме­ханике рассматриваются пространство, время и движение. Механика имеет дело с инертной материей. В физике рассматриваются свободные тела. Здесь речь идет о свете, звуке, теплоте, электричестве, химическом процессе. Гегель говорит о четырех элементах, «стихиях»; это воздух, огонь, вода, земля. В «стихиях» материя обретает индивидуальную структуру.

Органическая физика имеет дело с функциональными системами. Здесь Гегель рассматривает историю Земли, растительную природу, животный организм. Животный организм характеризуется чувствительностью, раздражимостью, са­мовоспроизведением. Организм живет в тесной связи с неорганической приро­дой, в постоянной борьбе за удовлетворение потребностей. Человек - высшая форма животного организма.

Гегелевская философия природы производит двойственное впечатление. В ней, с одной стороны, используются современные ему достижения естествознания, а с другой стороны, в ней много архаичного. Кроме того, в философии природы очень много умозрительных построений.

Философия духа. Завершает философскую систему Гегеля философия духа. Дух есть «идея, возвращающаяся в самое себя из своего инобытия». «Переход природы к духу не есть переход к чему-то безусловно другому, но только возвращение к самому себе того самого духа, который в природе является сущим вне себя».

Достигнув ступени духа, идея приступает к самопознанию. Самопознание идеи происходит в человеческом познании. Дух - та же идея, но в ее выражении в виде различных форм интеллектуальной деятельности людей, начиная от низших чувственных форм и заканчивая абсолютным знанием, т. е. адекватным выражением абсолютной идеи в логических категориях. Дух отличается от идеи тем, что абсолютная идея вневременна, а дух существует во времени. Противоречивость, самоотри­цательность, зло и страдания - формы внутренней диалектики и смены форм духа.

Философия духа включает в себя учение о субъективном, объективном и абсолютном духе, т. е. об индивидуальном сознании, истории общества и общественном сознании.

Субъективный дух. Учение о субъективном духе включает антропологию, феноменологию и психологию. Антропология изучает «душу», т. е. ту часть духовной деятельности человека, которая непосредственно связана с его телесностью. Отметим некоторые интересные положения. Гегель говорит о природной детермина­ции психики, приводя примеры влияния природных условий на расовые и нацио­нальные различия. При этом Гегель выступает против расизма; человек разумен как таковой, и в этом заключается возможность равенства всех людей. Но тем не менее своеобразие духовного облика людей - неоспоримый факт. Так, итальянцы непосредственны, живут в сфере ощущений, у испанцев понятия о чести выступа­ют в качестве определяющего принципа поведения. Французы остроумны, тще­славны, стремятся нравиться, немцы - систематические мыслители и т. д.

Гегель говорит о воспитании детей. «Совершенным извращением дела нужно считать играющую педагогику, которая серьезное хотела бы преподнести детям под видом игры и которая предъявляет к воспитателям требование, чтобы они спустились до уровня детского понимания своих учеников вместо того, чтобы де­тей поднять до серьезности дела. Это играющее воспитание может для всей жизни мальчика иметь то последствие, что он на все станет смотреть с пренебрежением... Что касается одной стороны воспитания, именно дисциплины, то мальчику нель­зя позволить поступать по собственному желанию; он должен повиноваться, что­бы научиться повелевать. Послушание есть начало всякой мудрости».

В человеке идет «антропологическое развитие» - борьба с телесностью и победа души над своею телесностью. Душа - это сон духа. Дух просыпается в созна­нии. Сознание - предмет феноменологии.

Феноменология изучает сознание как таковое, самосознание и разум. Сначала человек смотрит на себя как на нечто, противоречащее объекту. Затем он познает себя, изучает свою личность через личность другого. Гегель пишет: «К наличному бытию субъекта существенно принадлежит то, что он существует также для дру­гих; субъект есть не только для себя, но также и в представлении других, и он есть, имеет значимость и является объективным лишь настолько он знает себя значи­мым и значим для других». На ступени разума человек раскрывает свое тождество с духовной субстанцией мира, «распредмечивает» объективный мир.

В психологии Гегель рассматривает формы знания и деятельности человека, взятые без содержания. Это - восприятия, представления и мышление («теорети­ческий дух»), чувства и воля («практический дух»). Эти формы наполняются содержанием на следующих этапах - в сфере объективного и абсолютного духа. Гегель подчеркивает связь мышления с языком. «Смешно было бы считать привязанность мысли к слову каким-то недостатком мысли или несчастьем; но хотя обычно думают, что невыразимое и есть как раз самое превосходное, однако это претенциозное мнение не имеет никакого основания. Ибо невыразимое в действи­тельности есть нечто неясное, находящееся в состоянии брожения, то, что лишь получив выражение в слове, приобретает ясность. Слово сообщает поэтому мыс­лям их достойнейшее и самое истинное наличное бытие».

Объективный дух. Учение об объективном духе рассматривает право и нравст­венность. Развитие духа получает здесь свое дальнейшее выражение не в деятель­ности индивидуального Я, а в коллективной деятельности, в практике человече­ского рода.

Исходным пунктом права является свободная воля. Потребности побуждают людей к обладанию вещами. Человек реализует свои потребности в частной соб­ственности. Воплощение воли людей в вещах, отношениях собственности - сфера формального или абстрактного права. Первая заповедь права - будь юридиче­ским лицом и уважай других в качестве таковых.

Воля личности должна проявиться не только в чем-то внешнем, но и в ее внут­реннем мире. Внутренний мир личности есть мораль. Моральная воля обнаружи­вается в делах. Гегель говорит, что никакое доброе намерение не может служить оправданием дурного поступка.

Если мораль характеризует личную позицию индивида, то в нравственности проявляются формы общности людей: семья, гражданское общество, государст­во. В этих социальных институтах дух обнаруживает себя как нечто объективное. «Существует ли индивидуум, это безразлично для объективной нравственности, которая одна только и есть пребывающее и сила, управляющая жизнью индиви­дуумов».

Гражданское общество - это социальный строй, покоящийся на личном эконо­мическом интересе. В обществе существует сословное деление. Неравенство лю­дей установлено природой и усугублено гражданским обществом - до уровня различия в имуществе и культуре. «Требования равенства есть черта пустого рас­судка». На страже собственности стоит суд.

Правосудие устраняет из жизни общества чувства и мнения, их место занимает закон. Право отражает состояние общества. Гегель видит, что рост народонаселе­ния и промышленности ведет к обострению социальных противоречий. Поэтому гражданское общество выходит за свои пределы, нравственность достигает выс­шей ступени - государства.

Учение об объективном духе - учение об истории. Гегель отвергает сведение гражданской истории к разрозненным событиям и деяниям отдельных лиц, романтическому культу героев и гальванизации в современности отживших свой век идеалов. «Всемирно-исторический процесс совершается разумно». Вера Гегеля в разум - это вера в неодолимость прогресса.

Гегель говорит, что под внешним хаосом индивидуальных явлений скрывается закономерность. «Во всемирной истории благодаря действиям людей вообще по­лучаются еще и несколько иные результаты, чем те, к которым они стремятся и ко­торых они достигают, чем те результаты, о которых они непосредственно знают и которых они желают». Гегель говорит о «хитрости разума» в истории, который за­ставляет людей посредством страстей и рассудочных действий служить всеобщему. Хитрость - в «опосредствующей деятельности, которая, дав объектам действо­вать друг на друга соответственно их природе и истощать себя в этом воздействии, не вмешиваясь вместе с тем непосредственно в этот процесс, все же осуществляет свою собственную цель». Чем меньше успела восторжествовать в истории разум­ность, тем более мировой дух направляет ее через свою «хитрость», окольным пу­тем побуждая людей-эгоистов добровольно и в этом смысле «свободно» содейст­вовать тем целям, которые они по своей воле не стали бы преследовать. Великие люди - в определенном смысле доверенные мирового духа.

Гегель приводит периодизацию мировой истории. Древний Восток - младенческое состояние мирового духа, Греция - юность, Рим - зрелость, германский мир - старость, однако не дряхлая, а исполненная сил и разума. Критерий обще­ственного прогресса - в сознании свободы. Восточные народы еще не знали, что дух, или человек, свободен, поэтому в их государствах царил произвол. Деспот то­же не свободен. Греки и римляне дошли до понимания того, что некоторые люди свободны. Именно некоторые, поскольку у них были рабы. Лишь германские на­роды в христианстве дошли до сознания того, что человек как таковой свободен, что свобода духа составляет самое основное свойство его природы. История, по Гегелю, начинается лишь с появления государства и завершается установлением «истинного» государственного устройства.

Абсолютный дух. Закончив свои блуждания по лабиринту всемирной истории, абсолютная идея вырывается к свету и разуму. Учение об абсолютном духе Гегеля охватывает искусство, религию и философию. В искусстве дух созерцает себя в чувственных образах (что наиболее ярко выражено в Древней Греции), в религии дух переживает себя в самоуглубленных представлениях (христианское Средневековье), в философии дух мыслит себя в научных понятиях (современная Гегелю Германия).

В эстетике Гегель исходит из того, что истинно прекрасное - в духе. Прекрас­ное в природе - отражение красоты духа. Красота всегда человечна, эстетическое отношение антропоморфно. Так, мы называем животных красивыми, если они об­наруживают душевные свойства, созвучные человеческим: стойкость, силу, храб­рость, добродушие и т. п.

Красота - чувственная форма истины. Искусство не может обойтись без чув­ственного материала. Но чувственность в искусстве есть видимость; художествен­ное произведение находится между непосредственной чувственностью и мыслью, принадлежащей области идеального. Чувственное в искусстве одухотворяется; духовное получает в нем чувственную форму. Гегель говорит о связи цвета с чув­ствами. Черный выражает печаль, торжественность, достоинство. Белый - про­стоту, радость невинности. Пурпурно-красный - царственность. Синий - кро­тость, женственность, любовь, верность. Желтый - веселье, желчную зависть. Блестящий - веселое настроение. Матовый цвет выражает простой и мирный ха­рактер.