ГЛАВА 21. Он вручил мне деньги и осторожно сложенную квитанцию

ДЕРЕК ВЕРНУЛСЯ С ПАКЕТАМИ в руках и наличными. Я дала ему мою банковскую карту и ПИН‑код, а он нашел банкомат без камеры. Моя карта по–прежнему работает. Он снят мой предел в четыреста долларов. Мы не можем сделать это снова, каждый раз, когда я использовала его, банк получал сигнал, что я до сих пор в Буффало, а Дерек опасался, что Edison Group могли выяснить это.

Он вручил мне деньги и осторожно сложенную квитанцию. Тори выхватила маленькую бумажке ​​и открыла ее.

– Боже мой, это твой банковский счет или фонд колледжа?

Я взяла ее обратно.

– Папа для моего пособия использует прямые депозиты. После пятнадцати лет они суммируются.

– А он просто позволяет получить доступ к его?

– Почему бы и нет?

– Гм, потому что ты можешь потратить. Нет, подождите. Позвольте мне угадать. Ты тоже ответственна за это.

– Она умная,– спокойно сказал Саймон.

– Ты это так называешь? Я думаю, больше подходит...– она зевнула.

Мои щеки запылали.

– Хватит,– разгневанно зарычал Дерек.

– Да, не забывайте, кто дал нам эти деньги,– Саймон подтолкнул сумку Тори.

Девушка в ответ скрипнула зубами.

– Это всего двадцать долларов на еду и одеяла, и я запомнила это. Отдам деньги когда смогу. Я тоже отвечаю. Только не подобным,– она махнула на мою квитанцию​​,– отвратительным образом.

Я взяла пакет у Дерека.

– Так что вы купили?– я покопалась внутри. – Рюкзак. Два свитера. Спасибо!

Свитера развернула, и Тори подавилась своей содовой от смеха.

Я повернулась к ней, медленно и спокойно.

– Твой выбор?

Она подняла руки.

– Э–э–э–э. Я предложила, чтобы выбрать что‑то, но Дерек настоял на своем,– она повернулась к парню. – Не удивительно, что ты так долго. Должно быть, было трудно найти те, которые уродливей всего.

Он купил мне две одинаковых серых толстовки с капюшоном из липкой полиэфирной ткани, которую можно найти только в самых дешевых магазинах со скидкой.

– Что?– тут же ощетинился Дерек.

– Они хорошие. Спасибо.

Тори протянула руку и поймала бирку, а затем рассмеялась вновь.

– Я так и думала. Они мужские. Двенадцатый размер.

– Ну и что? Женские дороже. Я полагал, что это не будет иметь значение для Хлои.

Тори посмотрела на меня. Потом она посмотрела на мою грудь и начал смеяться.

– Что?– Дерек начал закипать.

– Ничего,– с трудом выдавила Тори сквозь смех. – Мы просто должна быть честными, правда?

– Тори?– с угрозой в голосе проговорил Саймон. – Заткнись. Хлоя, мы должны приобрести что‑то другое для тебя завтра?

– Нет, Дерек прав. Они будут как раз. Спасибо,– мои щеки продолжали гореть, я пробормотала что‑то о примерке их и убежала из комнаты.

***

Когда начали сгущаться сумерки, мы приступили к подготовке спальных мест. Хотя было только восемь часов, и Тори горько жаловалась. Дерек сказал, что она может быть свободна, чтобы не спать, но не использовать батарейки фонаря и еще сможет проснуться на рассвете. Мы больше не живем в мире выключателей. Мы должны были использовать солнце, когда могли, и спать, когда не могли.

Для меня это было наилучшим вариантом. Я была не в настроении для ночной вечеринки. Саймон пытался аплодировать мне, но это только опустило настроение еще ниже. Мне не нужны были подбадривания на которые бы пришлось отвечать вымученной улыбкой.

Я не могла перестать думать о тете Лорен. Также думала о Рей и моем отце, но больше всего я думала о тете Лорен. Сейчас я была уверена, сам папа и Рей находились в безопасными на данный момент. Edison Group не станут беспокоить отца, пока он ничего не знал о них. И Рей справляется на пути к «реабилитации», в соответствии с этим файлом. Но тетя Лорен… Я не могла найти такую же ​​рациональную идею для Edison Group, чтобы держать ее в живых. Каждый раз, когда я открывала глаза, я ожидала увидеть ее призрак, стоящий передо мной.

Даже тогда, когда мне удавалось заставить себя не волноваться, единственной альтернативой более приземленными проблемами и общим чувством разочарования.

Я нашла ребят и передала Саймону инсулина. Я в одиночку раскрыла тайну Edison Group. Моя награда? После выходки Тори она получила все шансы, пытаясь заставить меня выглядеть плохо перед Саймоном.

Если бы был такой момент в моей жизни, когда я никому ничего не была должна, кроме тупой и скучной деятельности. Я могла говорить с мертвыми. Могла воскрешать мертвых. На прошлой неделе, я вляпалась в интриги достаточные, чтобы выиграть место в поединке на выживание.

Тем не менее, все, что я могла вообразить – зевающая Тори.

Приятно было желание Саймона защитить меня, но это было не больше, чем он мог бы сделать для маленькой сестры. Я думала о том, что, как он приходил на мою защиту, то, как он сожми мою руку, как он наклонился ко мне и прошептал что‑то, и я хотела узнать, что именно. Но не могла.

И что? Из–за всего происходящего мне было очень жалко себя, потому что симпатичный парень не был заинтересован во мне "так"? Это заставляло меня чувствовать себя хуже, чем просто сгорать от скуки. Поэтому я глупо упрекала Дерека.

Говоря о Дереке... и я действительно скорее не... я забыла, каким он может быть? Нет, я просто забыла, каково это быть на принимающей стороне. Между ним и Тори, по крайней мере, я хотела выйти из этого с толстой кожей. Не потерять ни унции уверенности в себе, что у меня было.

***

Большую часть ночи я ворочалась, а когда удавалось заснуть, видела в кошмарах тетю Лорен, папу и Рей. Я просыпалась, задыхаясь и потея, все вокруг меня крепко спали. Мне бы не помешал глоток холодного воздуха для частичного спокойствия, чтобы присоединиться к ним только для возвращения кошмаров.

Наконец мой уставший мозг абстрагировался на том же месте, где бодрствующий подумал: мертвое тело находится в другой комнате. Без цели, полная сочувствия, однако решилась на повторный осмотр его положения. Мне снилось, что я перетаскиваю бедного духа обратно в оболочку, кричащего и проклинающего меня.

Тогда сон изменился, и я вернулась к обходу места. Затхлый, ужасный запах смерти окружал меня. Я чувствовала Дерека за мной, излучющее тепло его тела, как он прошептал:

– Хлоя, давай.

Что делать? Я была поймана в ловушку при обследовании пространства, как в тех ужасах. Ко мне ползут, ледяные скелетные пальцы касаются меня, от их вони живот сводит болью.

Дерек тряс меня, но я попыталась оттолкнуть его, сказать ему, что он не помогает на этот раз.

– Хлоя!

Я резко дернулась, сон испарился. Нависшие надо мной зеленые глаза блестели в темноте.

– Дерек? Что?..

Он аккуратно зажал мне рукой рот. Его губы приблизились к моему уху.

– Ты сейчас не спишь? Мне нужно, чтобы ты кое–что сделала для меня.

Тревога в его голосе поспособствовала выдворению любой сонливости из моей головы. Я покосилась на него в темноте. Глаза горели лихорадочным блеском? Или это только их обычное странное свечение, как у кота в темноте?

Я отдернула руку.

– Ты снова обращаешься?

– Что? Нет, я в порядке. Просто слушай, ладно? Помнишь тело в другой комнате?– он говорил медленно, осторожно.

Я кивнула.

– Ты будешь думать о том, что теле для меня, ладно? О духе, что был в нем. Ты должны освободить…

– Освободить? Я–я не вызывала…

– Тссс. Просто сосредоточиться на его освобождении и не разбуди остальных. Можешь сделать это?

Я кивнула. Тогда я попыталась сесть. Что‑то тяжелое придавило ноги к полу. Я приподнялась на локтях. Дерек сделал выпад так быстро, что я увидела его темный силуэт опускающийся ко мне, руки сжимают мои плечи, хлопнув меня обратно в землю, прижав к ней.

Я испугалась, не переставая удивляться, что он делает. Мой мозг зарегистрировал только парня сверху в середине ночи, и инстинкт высвободить удерживаемые ноги, молотить конечностями до последнего. Мои ногти прошли по его щеке, и он упал с болезненным ворчанием.

Я старалась выкарабкаться, но на ноги продолжало что‑то давить... и теперь я поняла, почему. Труп медленно полз вверх по мне.

Это был тот самый из соседней комнаты, немного больше, чем скелет, покрытый одеждой и полосами плоти. С черепа свисали пряди спутанных волос. Его глаза были пустыми ямами. А губы давно исчезли, оставив постоянную улыбку черепа из сгнивших зубов.

Когда я испустила едва уловимое хныканье, он остановился и попытался держать голову в вертикальном положении, череп раскачивался из стороны в сторону, глазницы вслепую искали меня, челюсти открылись с гортанным Гах–Гах–гах.

Я испустила достойный "Королевы Ужаса" крик, который зазвенел по комнате.

С отчаянной борьбой я, пытаясь выбраться из–под этой штуковины. Дерек схватил меня под мышки и дернул на себя. Он хлопнул рукой по губам, но я все еще слышала крик, эхом кружащий вокруг себя. Он зарычал на меня заставляя заткнуться и, как я пыталась подчиняться, я поняла, что не я сейчас кричу.

– Что это такое?– вскрикнула Тори. – Что это такое?

Щелкнул фонарик. Луч осветил тело на наших глазах. И тогда она действительно закричала, достаточно громко, чтобы мои уши свернулась кольцами. Труп разинул свое ротовое отверстие и кричал за компанию с пронзительным воплем.

Саймон тоже проснулся. Когда он увидел труп, то выдохнул строку ненормативной лексики.

– Заткни ее!– прорычал Дерек Саймону, тыча пальцем в Тори. – Хлоя! Успокойся. Ты должна успокоиться.

Я кивнула, стараясь не фокусироваться на это вещи. Я попыталась напомнить себе, что это не "вещь", а человек, но все, что я видела только скелет, удерживаемый вместе парой косков плоти, слепо покачивающий головой, клацающий зубами…

Я вдохнула и быстро выдохнула.

– Успокойся, Хлоя. Успокойся.

В его тоне не существовало ничего успокаивающего, просто нетерпеливые нотки, говорящие мне, чтобы остановила панику и приступила к работе. Я постаралась высвободиться у него из рук.

– Нужно…– начал он.

– Я знаю, что мне нужно делать,– огрызнулась я.

– Что это такое?– продолжала голосить Тори. – Почему это движется?

– Убери ее отсюда,– крикнул Дерек.

Когда же Саймон отбуксировал Тори, я попыталась расслабиться, но мое сердце колотилось как бешеное, слишком быстро для меня, чтобы сосредоточиться. Я закрыла глаза, только чтобы почувствовать прикосновение к моей ноге. Мои глаза открылись, пальцы мертвеца тянули за ногу.

Я попыталась отступить назад. Протянутая покрытая грязной тряпкой рука двигалась, костлявые пальцы царапали газеты на полу, когда он пытался продвинуть себя вперед. Как это может даже пошевелиться? Но это происходило. Так же, как летучие мыши, сантиметр за сантиметром, он двигался ко мне.

– Ты призвала его,– сказал Дерек. – Он пытается…

– Я никого не вызывала.

– Так или иначе, его вызвали, и теперь он пытается найти тебя.

Я сосредоточилась, но при первом же прикосновении к ноге, я отшатнулась в сторону. Дело приостановилось, череп колебался, эти пустые провалы глазниц двигались, как оказалось в моем новом направлении.

– Ты должна освободить его,– наставническим тоном, поведал Дерек.

– Я пытаюсь.

– Старайся лучше.

Я зажмурилась, формируя мысленный образ трупа. Я представила себе призрак в ловушке внутри, его изображение…

– Сконцентрируйся,– прошептал Дерек.

– Чем я и занимаюсь, Если ты не заткнешься…

Труп остановился, как будто слыша меня. Затем он протянул руку, ища вслепую. Он нашел мои ноги, пальцы начали прокладывать путь к моему колену. Я удерживала себя от стремления вырваться. Это необходимо, чтобы найти меня, поэтому я позволю ему. Игнорировать это, и сосредоточиться на…

– Что ты делала в последний раз?– спросил Дерек.

Я посмотрела на него.

– Пытаюсь помочь,– не дожидаясь, ответил он.

– Ты бы помог гораздо больше, если бы заткнулся…

Его мысли соответствовали моим.

– Нужно освободить его, Хлоя. При всем при этом кричать, кто–то обязан был услышать нас, и у вас есть пять минут, прежде чем они ворвутся в эту дверь и увидят ползающий труп…

– Разве это может мне помочь?

– Я не имел в виду…

– Все!

– Я только…

– Все!

Он отступил. Я закрыла глаза и представила себе скелет, захваченный духом…

Костлявый палец прикоснулся к обнаженной коже, где моя рубашка была засунута за пояс джинсов, и я вскочила, глаза встретились с дырами глазниц, чтобы увидеть его прямо там, череп в нескольких сантиметрах от моего лица, подпрыгивающий и качающийся.

Грубые пальцы коснулись волос, щеки, горла, и я захныкала. Он не останавливался. Тогда череп приблизился еще. Я чувствовала теперь, слабый запах смерти, который не заметил раньше. Он наполнил мой живот, мысли человека, там, в ловушке, которая гниет…

Он подошел поближе.

– Стоп. П–пожалуйста, прекрати.

Он еще приблизился. Мы висели там, с глазу на глаз, как я принялась коротко быстро дышать, успокаивая себя, не вдыхая его вонь слишком глубоко.

Я ждала его следующего шага, но его не последовало.

Попросила его остановиться и он послушал.

Я вспомнила те ужасные старые фотографии в Интернете некромантов ведущие армии мертвых. Я вспомнила о книге доктора Давыдова про способности некромантов.

Способность общаться с мертвыми. Власть воскрешать мертвых. Возможность контролировать мертвых.

– Отодвинься,– попросила я. – П–пожалуйста.

Он вновь послушался, звонко клацнув зубами. Гортанный звук поднялся из груди. Рычание.

Я опустилась на колени.

– Ложись, пожалуйста.

Как он это сделал, поднял свое лицо ко мне, череп перемещения из стороны в сторону, как змея, его рычание… шипение. Я слышала шипение, и я посмотрела в те пустые глазницы, и чувствовала ненависть. Волны отвращения сочились от трупа. Он подчинялся мне не потому что хотел, а потому что не мог иначе. Это был порабощенный дух, вызванный некромантом, запертый обратно в немного большее, чем скелет, вынужденный заставить его двигаться, подчиняя воле своего хозяина.

Я сглотнула.

– Я–я сожалею. Я не хотела призывать вас. Я не пыталась.

Он шипел, голова все еще двигалась, как если бы он хотел всего лишь показать мне, что чувствовал смерть.

– Я так сожа…

Я проглотила собственные слова. Призраки в ловушке не хотят извинений. Он хотел свободы. Так что я закрыла глаза и сосредоточилась на том, что произошло, что было намного легче, когда не приходилось беспокоиться о том, что нечто ползет вверх по ногам.

Когда я представила освобождение духа, шипение прекратилось так быстро, что я испугалась и случайно велела ему молчать. Но скелет рухнул неподвижной кучей у моих ног. Призрак исчез.