It was the roar of the crowd 4 страница

«Я это сделаю! Чего бы мне не стоило, вырву эту ведьму из его жизни!»

Слишком много мыслей было в его голове. Что с Джи? Что с группой? И, самое главное, примут ли его туда?!

По поводу игры – Фрэнк нисколько не сомневался, что был безупречен в ней. Рэй пел, повторяя одни и те же слова, чуть ли не импровизировал, сосредоточившись на почти идеальном звучании музыки. Фрэ получил колоссальное удовольствие!

Но Айеро напрягал тот факт, что и кроме него на кастинг заглянуло немало талантливых ребят. Конкуренция… Тем более он здорово припугнул кемов, ляпнув о том, что он фанат. Вот это и пугало Фрэнки.

Неопределённость. Загадки – он любил их и, вместе с тем, не переваривал! Ведь кемы спокойно могли выбрать не его. И наоборот… Всё же, Фрэ надеялся, что ребята, прежде всего, заинтересуются в его способностях, а не в поведении. Хотя, об этом он тоже думал.

«Стоит оказаться рядом с Джерардом – фан впадает в истерику. А действительно, что будет со мной, если я окажусь с ним на одной сцене? Я буду играть для него, его голос будет покорно ложиться на мою музыку…. Он будет рядом, я почувствую его тепло, взгляд… удержусь ли я? И буду ли вообще в состоянии играть?»

Тем вечером Фрэ здорово напился.

Слишком тяжелы были эти мысли.

~~~

И он действительно изменился. Он стал, как и прежде, почти равнодушен к окружающему миру. Фрэнк спокойно выслушивал маму. Однако продолжал при этом действовать по-прежнему, заглядывая на занятия раз в две недели.

Джамия жила в предвкушении этого момента. Она точно знала, что, если, дай Бог, у Фрэнки хватит мужества досидеть до конца последней пары, они пойдут домой вместе. Простая. Совсем простая – ей хватало этого, чтобы чувствовать себя счастливым человеком.

А Фрэнк так и не мог уловить этого ощущения. Ощущения счастья. Пережив серьёзный кризис, теперь он пытался разглядеть в жизни хотя бы третий цвет помимо чёрного и белого. Он иногда улыбался своей смущённой виноватой улыбкой, как будто просил прощения у самого себя за свой слишком глубокомыслящий разум. Замечательно, что мысли о гомосексуализме, якобы поселившемся в его сознании, перестали преследовать бедного Фрэнки. Он с облегчением чувствовал это и, всё же, не понимал, каким образом эти мысли оставили его.

Не стоит прикладывать массу усилий, чтобы изменить себя самого. Человек – не Создатель, чтобы переделывать вещи, сотворённые не собственными руками. Судьба обязательно пошлёт тебе то, что поставит всё на свои места. Возможно, это будет подсказка, возможно – куча испытаний, через которые придётся пройти, закаляя в себе терпение и выдержку. Но это что-то обязательно явится. Нужно жить без паники. Теперь Фрэнки осознавал это. Осознавал и чувствовал свободу в душе. Глупость и неопытность потихоньку покидали её.

На следующий день, совершенно осознано, Фрэ посетил занятия в колледже. Он был серьёзен, и весь его вид говорил сам за себя: «Если ты туп – отвали, мне не до этого».

Джамия чувствовала его напряжение, но не осмеливалась спросить. Определённо, между ними существовало нечто большее, чем просто отношения одногруппников. Дружба? Говорят, друг – человек, при котором можно думать вслух. Джам постоянно молчала. Фрэнки – думал, но явно не вслух! Он ничегошеньки ей не говорил про себя. Как и раньше было сказано, встречаясь, они по большей части молчали. Джам довольствовалась его присутствием. Фрэ был взамен. Он всё же ловил себя на мысли, что Джамия нужна ему. Её присутствие в жизни Фрэнка стало необходимым для него. Возможно, мы с читателем можем и не понять, однако факт оставался фактом.

Как монах приходит на исповедь, чтобы рассказать о своих мыслях, так и Фрэнки приходил к Джамии, чтобы помолчать в её присутствии.

В тот день Фрэнки продержался недолго. Уже на второй паре Джам с грустью лицезрела пустую парту впереди себя.

Он долго бродил по городу.

«Что-то не так… Чего же не хватает?»

Фрэнки чувствовал, что в его жизни чего-то нет. Что-то исчезло, испарилось, оставив лишь яму в памяти. Так бывает, когда ты избавляешься от какой-то привычки, которая терзала тебя в течение долгих лет жизни. Что бы это могло быть? Ещё одна свинцовая мысль уселась Фрэнки на мозг.

Он шёл, куда глаза глядят. И ноги шагали там, где только была горизонтальная поверхность. Неожиданно для себя, Фрэ понял, что стоит у знакомой парадной двери…

Вот оно! Место, где он не появлялся с того самого вечера, когда Джам была здесь с ним.. Раньше ночные дежурства действовали на него, как наркотик… Ничего странного. Довольно простая жизненная истина: человек хочет большего. Когда-то Фрэнки захлёбывался от восторга, держа в руках свой первый диск My Chemical Romance. Теперь он даже и не помнит, где эта вещичка… Потом он бился в фанатической агонии на их концертах. Но это перестало быть для него праздником. Фрэ приходил на концерты, как генеральный директор – чтоб проконтролировать ход событий. Потом он узнал адрес Уэя старшего и стал больше времени проводить здесь. Ну а теперь, когда Фрэ был так близок к его личной жизни, когда Джерард, сам о том не подозревая, нанёс ему столько душевных ран, Фрэнки и вовсе забыл про это местечко, полностью сконцентрировавшись на высшем – на мыслях. А после вчерашней встречи Айеро вообще недоумевал, что он делает в этом дворике, среди каких-то сомнительных серых строений, когда ещё несколько часов назад он непринуждённо трещал с самими My Chemical Romance?! Скоро он и вовсе забудет о вечерах, проведённых здесь… А пока – это только привычка…

Он небрежно скользнул взором по злосчастному окну. Уселся на барьерчик возле клумбы, уставился в серую гладь асфальта.

«Сколько же времени прошло? Три года? Не может быть! Целых три года… Мне ведь тогда было всего 16…»

Он сидел неподвижно, засунув руки в карманы. В его памяти всплывали события прошлых лет, какие-то картинки из детства, Джерард. Почему-то вспомнился отец… Осень прошла, казалось, одним днём. Декабрь. Такой же холодный, как и предыдущий месяц. Только прежняя сырость уже не чувствовалась в воздухе. Лёгким было тяжело вдыхать в себя эту холодную сухость…

Секундный порыв ветра пронизал его тело: Фрэнки поёжился.

- И что я здесь делаю?..

Он поднялся и всё так же, засунув руки в карманы худи, поплёлся прочь.

~~~

Время тянулось чересчур медленно. Фрэнки заваривал кофе, вздыхал и недоверчиво косился за занавесь окна: как же ему надоело жить ожиданием! Теперь он выглядел абсолютно спокойным, бровь недоверчиво приподнялась, так и застыв. Перед нами – такой же Фрэнк Айеро, каким он был ещё этим сентябрём: холодный, самодовольный и безразличный ко всему, что его не касается. Однако он был, скорее, не спокоен, а обессилен. Ему всё-таки надоело закатывать истерики по мелочам. Теперь он лишь устало пожимал плечами и вздыхал, ощущая себя до дыр изношенным башмаком.

«Чёрт, одиноко, что ли?..»

Он и сам удивился своей мысли. До этого Фрэнки чувствовал себя по-разному: и удручённым, и злым, и счастливым, и раздражённым, и озадаченным… Но чувство одиночества пришло к нему впервые. Оно потихоньку наваливалось на его и так продавленные грузом забот плечи, неизвестно, какими путями, проникало внутрь и растворялось где-то в области солнечного сплетения. И Фрэнки уже не понимал, что это такое – одиночество или же страх?

Что ж, Фрэнки, самое время успокоить нервы. Где там твоя валериана? Правильно… И ты набираешь её номер…

- Джам?

- Да? – затрепетал из трубки её тёплый голосок.

Фрэнк в недоумении провёл рукой по лохматой чёлке, попытался придумать повод. А впрочем, зачем Джамии повод?

- Приходи?

- Сейчас?

- Ага…

- Хорошо.

И она никогда даже не спрашивала, зачем. Это и успокаивало Фрэнки. Джам уж точно не будет требовать от него каких-то там объяснений. Не станет читать мораль. Не полезет в душу.

Вот сейчас она зайдёт, смущённо улыбнётся, неуклюже помашет ему пухлой ладошкой и спросит:

- Как дела?

Не «в чём дело?!», а «как дела».

Он машинально ответит: «Нормально», и она будет полностью удовлетворена. И всё-таки ему было чертовски приятно ощущать свою власть! Стоит только улыбнуться – она затрепещет в припадке тайной преданности. И только глаза скажут об этом…

Это заряжало Фрэнки энергией. Он открыл для себя: если есть в мире хотя бы один человек, готовый ради тебя пройди огни и воды (Джамия была именно такой), не стоит считать себя полным ничтожеством. Фрэнк осознавал это, но, всё же, ему хотелось, чтобы на месте Джамии был другой человек.

Он полулежал за большим овальным столом, прислонившись щекой к его холодной поверхности, и еле как размешивал сахар в кофе. Где-то за спиной тикали часы. Однако это странный звук. Пожалуй, только он может сопутствовать самым необъяснимым и странным размышлениям.

«Медленно размешиваю сахар. Хрупкие кристаллы растворяются в жгучей жидкости… Через пару секунд эта жидкость окажется у меня в желудке… А в это время он, наверно, сидит где-нибудь со своей Элайзой… или, может, лежит…»

Звон мобильника яростно прорезал тишину, заставив Фрэнки вздрогнуть от неожиданности. Он перевёл взгляд с чашки на лежащий рядом телефон, нехотя поднял трубку и, всё так же, не отрывая щеки от крышки стола, промямлил:

- Слушаю..

Вместе с сигналом включения в ухо Фрэнки ворвался вихрь каких-то совершенно непонятных звуков.

- Алло?! Кто это?! – заорал голос, видимо, принадлежащий человеку, страдающему глухотой.

- Я..

- Алло?! – не унимался голос. – Мне Фрэнк нужен! Давай не тупи, позови скорее!

Фрэнк прислушался: то ли со связью проблемы, то ли голос действительно орёт ему в трубку, пытаясь перекричать какой-то грохот и рёв, казалось, тысяч-тысяч голосов.

«Звонок из Преисподней?!»

- Я и есть Фрэнк! Что, сам уже не понимаешь, кому звонишь?!

- АА?! Фрэнки, точно ты?! Здорова, это Рэй! Рэй Торро! Ты свободен сейчас?! – кричал голос, и по его интонации можно было определить, что Рэй сильно нервничает.

Фрэнки побелел и вскочил, опрокинув пресловутую чашку. Чёрная жижа разлилась блестящей лужицей по столу…

- КОНЕЧНО!!! – завопил Фрэнки, совершенно позабыв о Джамии, которая должна была нагрянуть с минуты на минуту.

- Отлично! Фрэнк, ты скажи одну вещь мне! Ты на басухе играешь?!

- КОНЕЧНО!!!! – отвечал Фрэнки всё так же, совершенно не думая.

- Фрэнк, дружище, не мог бы ты сейчас приехать к нам?

- КОНЕЧНООО!!!! – Фрэнки уже и сам начал опасаться, что его глаза совершенно вылезут из орбит.

- Только я прошу тебя, торопись!! Концерт через 10 минут!

- ГДЕ?!!

- «Black Knife» - знаешь такой клуб?!

Ещё бы Фрэнки не знал самый большой и популярный клуб в городе! Одной рукой он держал трубку, а другой – в спешке завязывал шнурки на кроссовках.

- Я.. Я буду! Рэй, слышишь?! Только без меня не начинайте!!!

- Давай торопись!!

Шум в трубке совершенно заглушил голос Рэя. Фрэнки пулей слетал по лестнице, когда на пути неожиданно, вернее, вполне ожиданно, возникла Джамия. Там, в парадной, он буквально сшиб её с ног. Фрэнки был так счастлив!! Сейчас он не думал ни о ком и ни о чём! Ошарашенная Джамия просто-напросто вросла в землю: Фрэнки подлетел к ней, такой счастливый и улыбающийся, и, плюхнувшись на неё всем телом, сладко чмокнул в губы:

- Джам! как же я тебя обожааааю!!!!!!!

Такого она точно не ожидала! И уж точно никогда не видела… В глазах потемнело: она испуганно ухватилась рукой за стену, чтоб не потерять равновесия. На губах всё ещё таял его тёплый карамельный поцелуй…

А Фрэнки тем временем уже вовсю мчался в «Black Knife».

- Лучший День в моей жизни!!!!! – донёсся до Джамии знакомый голос с улицы.

Пожалуй, Фрэнки был прав. Но не только в его жизни этот день стал лучшим.

Он бежал так быстро, как только мог. Толпа и неудержимый поток ледяного ветра навстречу – вот-вот и его грудная клетка разорвётся ко всем чертям из-за переизбытка кислорода в лёгких. Он пытался склеить мысли в единый целостный сюжет, но ничего не получалось. Только теперь до него дошло самое главное: «Что делать с басом?! Сколько лет я его в руки не брал… Вот чёрт, сказал, а сам и не подумал! А если облажаюсь?! Вот тогда мне туда точно дорожка заказана!!»

И Фрэнки точно впал бы в очередную истерику. Однако ноги работали так быстро, что мозгу некогда было сосредотачиваться на мыслях.

«Ладно, выкручусь!» - и откуда в Фрэнки сегодня столько оптимизма?!

Еле дыша, он влетел в клуб. Здесь было душно и тесно. Изо всех сил пытаясь выглядеть адекватным НЕфанатом, Фрэнки подлетел к барной стойке:

- ГДЕ Я МОГУ НАЙТИ ДЖЕРАРДА УЭЯ?!

Фрэнк осторожно приоткрыл дверь в гримёрку. Навстречу вывалился Рэй.

- Фрэнки!!! Давай, малыш! – он заметно нервничал, на ходу застёгивая рубашку.

Фрэнк хотел войти, но Рэй теснил его назад, в коридор.

- В чём дело?

- Ни в чём не дело! Начинаем! На сцену пошли!!

И только тут Фрэ понял, что жутко боится.

- Ну, не стой ты, как вкопанный, пошли скорее!! Мэтт! Чёрт, вы меня сегодня с ума сведёте!! – причитал Рэй, расплываясь в жутких гримасах.

- Гитара.. – прошептал Фрэнки. В руках у него инструмента не было.

Рэй, казалось, вовсе и не удивился.

- Эй, Мэтт! Давай выходи уже! – кричал он по направлению к гримёрке. – Посмотри там, этот псих хоть гитару свою оставил?!

- Да, здесь она! – отозвался Мэтт.

- Ну, так какого хрена ты там сидишь?! Вылезайте! Я вас умоляю!!!

Наконец показался и Мэтт. По складке на его лбу и хмурым косым взглядам, которыми Рэй обстреливал дверь гримёрной, Фрэнк понял: здесь не обошлось без скандала.

- Ну и куда ты прёшь?! Мы так и будем там втроём?! - закипел Рэй. – Давай тащи этого торчка! Суки! Вы с братцем друг друга стоите!! – Рэй сплюнул и громко застучал каблуками по направлению к сцене.

Мэтт нехотя приоткрыл дверь гримёрной.

- Да иди ты на хуй! Я сказал, сейчас буду, мать твою!! Ты хоть понимаешь, что я фронтмен?! Я срать на вас хотел!

- Джер, мы ждём.. – терпеливо процедил Мэтт.

- Закрой дверь, нахер! Я должен краситься, а вы – ждать!

Мэтт закрыл дверь. Развернувшись, он передал гитару Майки Фрэнку в руки и вздохнул:

- Рад тебе… Пошли уже… Будет он скоро…

Фрэнки был ни жив ни мёртв. Только что в щёлку он увидел его… В чёрной рубашке… Возле зеркала… Джерард красил губы кроваво-красной помадой, тут же размазывая свой мэйк-ап по всему лицу, и кричал какие-то ругательства, адресованные, видимо, Рэю.

Айеро закрыл глаза. Нужно было немного прийти в себя.

«Что дальше?! Сейчас он выйдет… А я не знаю, что сказать ему… А потом что? Концерт… Толпа… И я, нихуя не умеющий играть на басу!!»

Мэтт и Рэй скрылись за кулисами. Джерард всё ещё копошился в гримёрке. Фрэнки ничего не мог поделать – он просто стоял и сжимал в руках холодный гриф чужой гитары…

Дверь скрипнула. Джерард высунул измазанный помадой нос: вроде никого нет, и тихонько вышел из гримёрной, закрывая дверь на ключ.

«Если ты сейчас ничего не скажешь ему – ты полный лох!!»

- Джерард!...

Джер выронил ключи и обернулся, уставившись ненормальными глазами на Фрэнка.

- Я ИДУ!!

- Ээ.. я Фрэнк Айеро…

Джерард недоумённо повёл бровью: конечно, это имя ему ни о чём не говорило.

-Я ваш новый гитарист! Наверно…

- Аа… Джерард окинул его холодноватым взором. – Гитарист, значит новый... Хороши же дела… А солиста нового с тобой заодно нету?! Скоро они уже и альбомы новые повыпускают и в тур съездят, а потом я случайно между делом узнаю об этом...

Фрэнк чувствовал: Джер не в порядке. По крайней мере, дрожащие пальцы, постоянно роняющие ключи, и шальной взгляд стеклянных глаз говорили сами за себя.

Наконец Джерард закрыл дверь и, кинув на Фрэнки взгляд а-ля «Чо встал, быстро за мной!!», направился за кулисы.

«Фрэнки, только не облажайся!! Не облажайся, Фрэ!!»

Глава 10

Тёмный коридор. Холодные стены, выкрашенные в грязно-зелёный цвет. Сквозняк. Сигаретный дым. Приглушённый рёв толпы, волнующейся где-то совсем рядом.

Нужно было срочно прийти в себя. Фрэнки обессилено навалился спиной на холодную стену. Он на мгновенье закрыл глаза. Пальцы, как и всегда в такие моменты, машинально начали сжиматься в кулаки. Не получилось.

Это не сон – и у Фрэнки в руках действительно гитара Майки Уэя.

«Что это?! Да нет!.. Они чего-то не поняли… В объявлении было сказано о ритм-гитаре. Но, чёрт возьми, откуда у меня бас?!»

Фрэнк был шокирован. Ему было жутко стыдно и горько за то, что он, не подумав, сам себе всё испортил, соврав, что неплохо играет на басу. Хотя, в прочем, Фрэнк не так уж и соврал.

Лет семь назад, когда он только увлёкся музыкой, ему довелось попробовать свои силы и на бас-гитаре. Помнится, у него это не так уж плохо получалось. Однако Фрэнки всё же забросил бас, признавшись, что это не его стихия.

А теперь ему было ужасно не по себе. Что делать? Играть и вспоминать на ходу? В последний раз он держал в руках бас-гитару ещё мальчишкой! И, всё же, бросить всё и уйти он тоже не мог…

«Отлично! Мой первый концерт! И всё, конечно, через *опу!!»

Ему было и обидно, и больно, и горько…

«Ладно! Мне терять нечего!»

Скрипя зубами от злости, Фрэнки живо скинул куртку, повесил гитару через плечо и отправился за кулисы.

"Black" - самый большой и популярный клуб в Джерси, рассчитанный, по меньшей мере, на 2000 человек. Сегодня он был забит до отказу. Никогда ещё Фрэнки не выступал перед такой большой аудиторией!

«Мдаа… Что ж, самое удачное время и место, чтобы облажаться по полной программе»

Но ведь нужно было что-то делать! Фрэнк отлично понимал, что чудес не бывает, и никакой добрый фей не отыграет за него сегодняшним вечером.

За кулисами было темно, но, между тем, многолюдно. Всевозможные электрики, слесари, менеджеры, звукооператоры, проводотягальщики и проч. сновали туда-сюда. Пару раз навернувшись через непонятно что здесь делающие моторы и трубы и чуть было не расколов чужую гитару, Фрэнки всё-таки нащупал в темноте Рэя.

- Когда начинаем?!

- Три минуты!

- Что за песня?!

- АА?!

Зал неистовствовал. Фанаты кричали так громко, что, казалось, вот-вот стены не выдержат этого шума, и разлетятся на мелкие кирпичики. Фрэнк уже почти сорвал горло, изо всех сил пытаясь донести свою мысль до Рэя. Он набрал побольше воздуху и заорал ему изо всех сил:

- Песня какая, спрашиваю!

Рэй схватился за ухо, но, всё-таки ответил:

- Вампиры!!!

- Ok! Слушай, я никогда ещё на таких концертах не играл! Жутко волнуюсь!

- Твой первый раз?! Понимаю!

- Не то, чтобы первый… Короче, облажаться не хочу!

Рэй понимающе улыбнулся:

- Да ясно дело, парень!

Почувствовав поддержку, Фрэнки заговорил смелее:

- Понятия не имею, что за партия у Майки!

Как ни странно, Рэй не взбесился и даже не обматюкал Айеро. Он снова рассмеялся:

- Ты думаешь, у этого лентяя партия сложная?! Я тебе кивать буду, если что! Только ты, смотри, внимательней будь! Ничего же сложного! А вообще, Джерард сегодня планировал штаны снять, так что фанатам явно не до тебя будет! И, кстати, к Уэю не приближайся!

Фрэнки недоумённо зыркнул на Рэя. Тот снова улыбнулся и проорал, дружески хлопая его по плечу:

- Потом скажу, малыш! Всё, начинаем!

Рэй занял своё место на сцене, Фрэнки встал правее, там, где обычно рубил Майки. Мэтт, убедившись, что все на местах, затрещал какую-то дробь, давая этим понять, что концерт начинается. Неон медленно пополз по залу, освещая тысячи возбуждённых лиц.

«Хоть бы они на меня не смотрели…»

Толпа дико завизжала: на сцену выскочил Джерард…

Фрэнки пошатнулся на месте:

«Чёрт, как же они орут! Не может быть, что тоже так визжал! Вот ненормальные!»

Джер подлетел к самому краю сцены, проорал что-то нецензурное в микрофон – Рэй тихонько кивнул.

«ЧЁРТ С ВАМИ!»

***

К концу третьей песни Фрэнки совершенно втянулся в игру. Всё-таки не зря умные люди заметили, что талантливый человек обычно бывает талантлив во всём. Фрэнки рубил так, что Рэй начал уже сомневаться в том, что он вообще остановится.

Джерард, успевший к этому времени громыхнуться на сцену со всех возможных колонок, пребывал в настоящей агонии. Мокрые пряди чёрных волос, прилипшие к белому лбу; измазанные кровавым цветом губы; воспалённый горящий взгляд; громкая ругань; в кровь изодранные коленки – теперь Фрэнки, пожалуй, понимал, почему Рэй посоветовал ему не приближаться к Уэю.

Он был перевозбуждён…

Странно, Фрэнк только теперь почувствовал это. Хотя до этого наблюдал Джерарда вот таким практически на каждом концерте.

Нужно отдать ему должное, за то, что он всё-таки сумел взять себя в руки и сконцентрироваться на игре, которая, само-собой, была не так уж идеальна.

«Джерард сегодня планировал штаны снять»

Интересно, о чём же он думал?..

Он не отрывал глаз от струн, боясь поднять взгляд и увидеть мистера Уэя без штанов… Всё-таки, согласитесь, это было бы жестоко по отношению к бедному Фрэнки. Теперь он понимал, что нужно заботиться о качестве игры и постараться произвести благоприятное впечатление не столько на Джерарда, сколько на публику и остальных ребят из группы.

Словом, Фрэнк вёл себя, как примерный школяр на открытом уроке по математике, и краснел из-за каждой ошибки.

Примечательно, что фанаты действительно были так рады, что и не заметили отсутствия Майки. Тем более, никто не обратил внимания на нового гитариста…

«Может я теперь так и буду работать вместо него? А они подумают, что Уэй младший просто очки снял и расчесался…»

В целом, всё проходило довольно неплохо для первого раза.

Они доигрывали «Honey..». Фрэнки не отрывался от струн гитары, когда почувствовал, как на него надвигается огненный шар…

Это была, скорее, реальность, нежели галлюцинация. Фрэ в ужасе поднял глаза: Джерард летел на него с противоположного конца сцены.

«Боже!!! Что он делает?! Он не ко мне! Не ко мне! Фрэнки! Чёрт, куда бы спрятаться?!..»

Джерард, испепеляя его взглядом, тряхнул мокрой чёлкой и швырнул раскалённый микрофон в зал, тут же ответивший восторженным рёвом.

«Только не ко мне! Играй же, Фрэнки!»

Но похолодевшие пальцы не слушались его команд и медленно разжимали гриф…

Их разделяло всего несколько метров…

Он в ужасе проводил взглядом галстук, вышвырнутый Джерардом в толпу…

Уэй сшиб Фрэнки с ног, вцепившись в его дрожащие губы жадным поцелуем. Айеро понял, что лишается чувств…

Зал взорвался диким визгом, забрасывая сцену самыми различными вещами (начиная с миленьких плюшевых мишек и заканчивая, само собой, одеждой). Рэй, в оцепенении, продолжал играть свою партию…

Фрэнки задыхался под тяжестью тела Джерарда. Он чувствовал напряжение каждого мускула в этом не таком уж и лёгком теле... Крепкий поцелуй перекрыл доступ кислорода в его лёгкие – ещё секунда… О, как же ему всё-таки хотелось, чтоб она продлилась дольше!

Рэй, отчаянно матерясь, принялся отдирать совершенно невменяемого Джи от Фрэнка. Впрочем, долго стараться не пришлось: Уэй мигом поднялся сам и через секунду уже карабкался на очередную колонку.

- Ты в порядке?! – перепугано орал Рэй в самое ухо Фрэнки.

- Да…

Он поднялся и, заливаясь краской, вытер с губ капельки крови – следы страстного поцелуя. Джерард орал что-то с высоты, снова и снова взрывая зал. Фрэнки смутно разобрал что-то вроде "трахнуть малыша прямо здесь". Видимо, Джер именно это и кричал в толпу.

Соль на губах. Перекошенная физиономия Рэя. Недоумевающий Мэтт, который ничего и не увидел за своей барабанной установкой. Дикие визги. Джерард…

Фрэнки, боясь поднять глаза, вызволил чей-то жёлтый бюстгальтер, повисший на грифе его гитары, и тихонько покосился на Рэя.

«Во не повезло-то парню!» - говорило выражение его лица.

На этот раз Фрэнки больше не отрывался от игры. Зал продолжал накрывать его своим рёвом, и Джерард продолжал биться в экстазе, растягиваясь по сцене.

«Снится. Мне снова это снится… »

После Фрэнки не смог вспомнить, как он доиграл тот концерт. Его игра уже и в самом деле была никому не интересна. Фанаты ждали очередной выходки своего кумира…

Фрэнки же молился, чтоб это всё, наконец, закончилось – слишком много счастья в один день!..

***

- Чёртов алкоголик! – неистовствовал Рэй, пока они с Мэттом под локти втаскивали невменяемого Джерарда в гримёрную. – Тварь! Идиот! Придурок! Ты хоть понимаешь, что ты наделал?!

Джерард, еле как поднял на него мокрую лохматую голову и прорычал, еле ворочая языком:

- На ххуй иди… – его голова снова тяжело упала на грудь.

Фрэнки, убедившись, что ребята уложили Джера на диван, прошмыгнул вслед за ними.

- … засосал его прямо там, на сцене! Ну, ты представляешь?! – причитал Рэй, посвящая перепуганного Мэтта в суть событий. А у Мэтта был такой озадаченно-растерянный вид, будто он только что вышел из ванной и узнал ,что за это время в мире случилась третья мировая.

Они стояли перед Джерардом, бесцеремонно развалившимся на кожаном диванчике, и чертыхали его, на чём белый свет стоит. Рэй недоумённо развёл руками и, скинув левую ногу Уэя на пол, уселся рядом с ним на диван. Мэтт примостился на широкой ручке. Только теперь они заметили Фрэнка – недоумение на их лицах мигом сменилось жалостью и чувством собственной вины. Нужно было видеть Фрэнки в тот момент! Он стоял возле двери, испуганно прижимая к груди гитару, так же, как маленькие дети в страхе прижимают к себе плюшевые игрушки… Фрэнк едва дышал и не сводил изумлённого взора с Джерарда, сладко храпящего на всю гримёрку. Столько тепла и любви было в этом взгляде! Столько преданности и желания… Однако, парни не прочли в этих блестящих глазах ничего, кроме ужаса.

Рэй кинулся ему на встречу:

- Фрэнки! Чёрт возьми! Мне ужасно неловко за него! Да он пьян, как сапожник, не обращай на него внимания!

- Да, он зачастил с этим в последнее время... – вмешался Мэтт. – А так, он никогда бы себе такого не позволил!

- Я тебе клянусь, он не педик! – продолжал свою убедительную речь Торро. – Он вообще помолвлен! Что на него нашло – не понимаю!

- Такого больше не повторится, дружище!

- Конечно, не повторится, ты что! Фу ты чёрт, Фрэнки! Я понимаю, как тебе хреново! Если б меня мужик засосал посреди концерта, я б обделался!

- Ну, ты молодец, хорошо среагировал! – утвердительно кивал Мэтт. – Встал спокойно, дальше заиграл! Храбрец парень!

- Ты какого хрена лезешь?! Сам говорил, что ничего не видел!

Мэтт смущённо притупил взор. Торро явно был на нервах. Он горько вздохнул и уселся в кресло. Фрэнки молчал, виновато опустив голову. Странно, он вёл себя так, будто совершил преступление.

- Да расслабься, Фрэнки… Не принимай так близко к сердцу… Он это несерьёзно…

- Всё я серьёзно! – замычал до этого храпевший Джерард. – Я всегда серьёзен, сукин ты сын!..

- Ты какого хрена парня подставил?!

- Сам ты подставил!... хрен.. твою мать… блядский пиар.. – бормотал Джер, переворачиваясь на левый бок.