Глава 3. Утром, когда Элен встала и внимательно осмотрела ноги, раны уже исчезли

Утром, когда Элен встала и внимательно осмотрела ноги, раны уже исчезли. Она почти поверила, что просто вообразила все это… А потом заметила простыни, испачканные подсохшей коричневой кровью и песком.

Чтобы проверить, не сошла ли она с ума, Элен решила оставить все как есть. Когда она вернется из школы, то проверит кровать заново. Если простыни окажутся чистыми, значит, она чокнулась. Если же они останутся грязными к моменту ее возвращения домой, то этот вариант будет не менее утешительным. Очевидно, она окончательно свихнулась и в результате бродит где-то по ночам, приносит в собственную постель грязь и пребывает в беспамятстве.

Элен попыталась съесть на завтрак чашку ягод и йогурт, но ничего не получилось. Она даже не стала брать с собой контейнер с ланчем. Если же она проголодается, то купит что-нибудь в кафетерии. Например, суп в банке или упаковку крекеров.

Когда она катила на мотоцикле в школу, то заметила, что уже второй день подряд в городе царят нестерпимая жара и влажность. И единственным движением воздуха был ветерок, который создавал ее движущийся байк. Элен припарковалась и осознала еще одну вещь: нигде не было слышно стрекота насекомых и пения птиц. Тишина казалась неестественной, будто остров целиком превратился в корабль, застрявший в мертвом штиле посреди бесконечного океана.

Девушка приехала позже, чем накануне, и коридоры школы были полны учеников. Клэр заметила, как входит подруга. И когда лицо Смешинки расцвело улыбкой, Элен поняла, что прощена. Клэр ринулась навстречу течению толпы, чтобы вместе с Элен отправиться в класс, где должен был состояться первый урок.

Когда они пробирались друг к другу, Элен вдруг почувствовала себя так, словно она пыталась плыть в густой каше. Внезапно она остановилась. Ей почудилось, что все до единого исчезли из коридора. И во внезапно опустевшей школе Элен услышала шарканье босых ног и сдавленные горестные рыдания.

Она обернулась и успела разглядеть женщину со сгорбленной спиной и в пыльной одежде. Затем Элен осознала, что рыдающая незнакомка просто прошла мимо… кого-то реального. Элен сосредоточилась и увидела худенькую девушку с оливковой кожей и длинной черной косой, перекинутой через плечо. Ее от природы ярко-красные губы округлились от удивления. Элен решила, что она похожа на фарфоровую куклу: живые люди не бывают настолько безупречными.

И тут вернулись обратно привычные звуки. Коридор наполнился голосами. Элен продолжала стоять неподвижно, мешая общему движению и таращась на блестящую черную косу. А новенькая уже переступила порог классной комнаты.

Элен вздрогнула и не сразу опознала свое чувство. Это была ярость.

- Что за штучки… Ленни! Ты чего? Ты можешь сознание потерять! - испуганно воскликнула Клэр.

Элен сфокусировалась на подруге и судорожно втянула воздух. Она поняла, что покрылась холодным потом и дрожит. Элен открыла рот, но так ничего и не сказала.

- Я тебя отведу в медпункт, - заявила Смешинка. Она взяла девушку под руку и потащила, стараясь сдвинуть с места. - Мэтт, - окликнула она приятеля, - помоги! Ленни совсем плохо!

- Ничего, я в норме, - огрызнулась Элен, внезапно придя в себя.

Она неуверенно улыбнулась Клэр и Мэтту. Хоть бы они пропустили мимо ушей ее резкость. Мэтт обхватил ее за талию, и Элен легонько похлопала его по пальцам, давая понять, что справится сама. Он посмотрел на нее с большим сомнением.

- Но ты действительно совсем белая, и под глазами круги, - пробормотал он.

- Долго ездила на мотоцикле, - начала объяснять Элен.

- Только не надо врать, что ты хорошо себя чувствуешь, - предупредила Клэр.

Ее глаза были полны слез огорчения, да и Мэтт выглядел не намного счастливее. Элен понимала, что ей не выкрутиться. Но если она сходит с ума, незачем вываливать свои беды на друзей.

- Ты права. Но думаю, что у меня обычный тепловой удар.

Мэтт кивнул, принимая объяснение как единственное логически возможное.

- Клэр, ты бы отвела ее в туалет. Я скажу Хергши, что случилось, он не поставит вам обеим «опоздание». И тебе следует побольше есть. Ты вчера за ланчем ни куска не проглотила! - напомнил он.

Элен удивилась, что Мэтт такое запомнил. Хотя он вообще был очень внимателен к деталям. Парень хотел стать адвокатом. Элен была уверена, что однажды он по-настоящему прославится на этом поприще.

Смешинка увлекла подругу в женский туалет и залила ей холодной водой всю спину. Она клялась, что предполагала только слегка смочить ей шею. И, конечно же, они сразу устроили грандиозную водяную битву, что, похоже, успокоило Клэр. Ведь это была единственная нормальная реакция Элен за последние два дня. А сама Элен почувствовала себя так, словно преодолела изнуряющую преграду. Теперь все стало просто забавным.

Хергши выдал им письменное освобождение, и две подруги могли заниматься чем угодно во время первого урока. Получить подобную записку от мистера Хергшаймера было равносильно выигрышу золотого билета в страну чудес. Счастливчик мог беспрепятственно ходить по школе, и ни один из учителей не смел делать ему замечание.

Они отправились в кафетерий и взяли подслащенный апельсиновый сок, чтобы повысить содержание сахара в крови Элен, и еще сухой шоколадный кекс. Девушка с трудом прожевала ломтик и вдруг чудесным образом почувствовала себя гораздо лучше. Затем они отправились к шестифутовому вентилятору в школьном зале. Они поворачивались к нему то одним боком, то другим, прислушиваясь к тому, как их голоса разлетаются на тысячи кусков в его гудении, и наконец расхохотались.

У Элен было легко на душе. Она получила от Хергши законное разрешение на прогул да еще перебрала сладкого на голодный желудок. Теперь она даже не могла вспомнить, какой урок им с Клэр предстоит посетить. Они бесцельно бродили по коридорам, наслаждаясь свободой, когда прозвенел звонок, сообщавший о конце первого занятия. Девушки переглянулись и пожали плечами, как бы говоря: «Ох, что же поделаешь?» - и снова засмеялись. И тут Элен в первый раз увидела Лукаса.

Внезапно поднялся сильный ветер. Бешеные порывы спертого горячего воздуха ворвались в открытые окна. Вихрь подхватил листы бумаги, подолы юбок, незаколотые волосы, всякую мелочь и швырнул все под самый потолок. Так бросают вверх шляпы в день большого праздника. Элен на мгновение померещилось, что вещи замерли в воздухе, застыв в верхней точке дуги, как в безвоздушном пространстве.

Лукас стоял перед своим шкафчиком, футах в двадцати впереди, и смотрел на Элен. Мир вокруг ждал, когда вернется гравитация. Лукас оказался высок, больше шести футов, и сложен великолепно. Однако его мышцы не бугрились, а телосложение было сухощавым. У него были короткие черные волосы и покрытая темным загаром кожа, на фоне которой ярко сверкала белозубая улыбка и сияли бездонные голубые глаза.

Когда Элен взглянула на него, то словно пробудилась. И впервые поняла, что такое чистая, сжигающая сердце ненависть.

Она не осознала того, что ринулась к нему. Но она слышала рыдания трех сестер, перешедшие в пронзительные вопли. Сейчас они стояли позади высокого смуглого парня, которого звали Лукасом. Рядом с ним топтался мальчишка поменьше ростом, с каштановой шевелюрой… Сестры рвали на себе волосы, пока те не стали вылетать клочьями, оставляя на коже кровавые раны. И все три обвиняюще показывали на двух юношей, выкрикивая имена людей, убитых давным-давно. И Элен догадалась, что именно она должна сделать.

В долю секунды девушка преодолела расстояние между ними. Второй брат бросился на нее, но его остановил Лукас. Он отшвырнул парня прямо на шкафчики позади себя. Элен замерла и напряглась.

- Кассандра! Не суйся! - крикнул Лукас через плечо Элен. Теперь он был в лишь одном дюйме от нее. - Она очень сильна!

Элен почувствовала, что запястья у нее горят, будто она с силой трет их друг о друга. В действительности Лукас сжимал ее руки, не давая дотянуться до его шеи. Оба замерли, сцепившись, и ни один не мог одолеть другого. Если бы Элен удалось продвинуть пальцы чуть-чуть вперед, она бы схватила врага за горло…

«А дальше?» - спросил тихий голос у нее в голове.

«Задушить его!» - ответил другой.

Пронзительно-голубые глаза Лукаса изумленно расширились. Элен одолевала противника. Один из ее длинных ногтей уже касался его кожи над толстой пульсирующей артерией, которую Элен страстно хотелось проткнуть. Но прежде чем она успела завершить начатое, Лукас стремительно развернул ее спиной к себе и крепко прижал к груди. Элен на мгновение потеряла равновесие и не смогла лягнуть его в ногу. Она оказалась обездвиженной.

- Кто ты такая? Из какого дома? - выдохнул парень ей в ухо и встряхнул как следует.

Но она уже ничего не понимала.

Побежденная и беспомощная, она едва не заорала во весь голос от бешенства, но вовремя остановилась. Лишь теперь она начала осознавать тот факт, что кто-то пытается оторвать ее от Лукаса. А остальные таращатся на них.

Еще более усилило отчаяние Элен то, что у нее свело живот. Лукас нервно дернулся и оттолкнул девушку, как будто она превратилась в горящий факел. Элен упала на пол.

- Мисс Гамильтон! Мисс… Элен! - громко произнес мистер Хергшаймер.

Он опустился на колени возле нее. Элен тяжело дышала, пытаясь расслабить мышцы. Она посмотрела на вспотевшее лицо учителя. Волосы у него перепутались, очки сбились набок, когда он пытался растащить сцепившихся учеников. Девушка на секунду подумала, не досталось ли и ему от ее кулаков, и разрыдалась.

- Да что со мной? - жалобно пробормотала она.

- Ничего, все в порядке. Успокойтесь, - строго сказал мистер Хергшаймер. - А вам лучше разойтись по классам. Сейчас же! - рявкнул он на учеников, окруживших их с разинутыми ртами.

Те мгновенно разбежались в разные стороны, как только Хергши встал и взял инициативу в свои руки.

- Ну, молодые люди, - он ткнул пальцем в Лукаса и Ясона, - вы пойдете со мной в кабинет директора. Мистер Миллис! Мисс Аоки! Отведите мисс Гамильтон в медпункт и немедленно отправляйтесь на следующий урок. Живо!

Мэтт шагнул вперед и забросил руку Элен себе на плечо, помогая ей подняться на ноги. Клэр обняла Элен, стараясь успокоить подругу. Девушка подняла голову. Лукас послушно брел за мистером Хергшаймером. Пару раз он оглянулся и посмотрел на нее. Элен окатила волна отвращения, на глаза навернулись слезы. Мэтт повел ее к медпункту, неловко поглаживая по волосам. Клэр шла по другую сторону - потрясенная, молчаливая.

- Что он тебе сделал, Ленни? - спросил Мэтт.

- Я никогда раньше его не видела! - прошептала та и зарыдала еще сильнее.

- Отличная мысль, Мэтт! Приставать к ней с вопросами! Не лучше ли тебе заткнуться? - зарычала Смешинка.

Остаток пути между ними царило молчание. Когда они добрались до медицинского кабинета, то рассказали миссис Крэйн о случившемся. Они не забыли добавить, что Элен пришла в школу с сильной головной болью. Миссис Крэйн помогла девушке прилечь на кушетку, положила ей на лоб и глаза влажное полотенце и удалилась из кабинета - позвонить Джерри.

- Ваш отец скоро приедет, дорогая. И пожалуйста, не открывайте глаза! Темнота вам поможет, - заявила миссис Крэйн.

Элен слышала, как та вышла в коридор и коротко переговорила с кем-то из персонала. Затем женщина вернулась и села за письменный стол.

Элен лежала, благодарная за то, что ее наконец-то оставили в покое и одиночестве. Она была не способна даже логически связать пару мыслей и уж тем более объяснить, почему она себя вела таким образом. Но больше всего девушку испугало, что она по какой-то непостижимой причине знала, что ее поступок был правильным или вполне ожидаемым. В глубине души она понимала, что убила бы Лукаса и ничуть об этом не пожалела бы. Но появление Джерри прервало поток ее размышлений.

Отец был в настоящей панике. Миссис Крэйн рассказала ему о происшествии, объяснив, что Элен явно пострадала от теплового удара. Именно сильным перегревом и можно объяснить ее вспышку ярости. Джерри терпеливо ее выслушал и попросил на минутку оставить его наедине с дочерью. Миссис Крэйн не стала спорить.

Сначала Джерри молчал. Он просто стоял и наблюдал, как Элен садится и начинает вертеть в пальцах свое ожерелье. Затем присел рядом с дочерью.

- Ты ведь не будешь мне сейчас врать? - мягко спросил он. Элен отрицательно качнула головой. - Ты действительно больна?

- Не знаю, папа. Я странно себя чувствую… но я не понимаю, в чем дело! - горячо ответила она.

- Ты должна показаться врачу.

- Догадываюсь, - согласилась Элен.

Оба улыбнулись и одновременно обернулись на звук торопливых шагов за дверью медицинского кабинета.

Джерри встал и загородил собой Элен. В помещение ворвался высокий, невероятно ухоженный мужчина лет сорока с небольшим. Девушка живо вскочила с койки и обежала ее, инстинктивно озираясь в поисках другого выхода. Элен показалось, что она сейчас умрет.

В углу возникла одна из рыдающих сестер из ночного кошмара. Она стояла на коленях, ее лицо закрывали длинные грязные волосы. Женщина стонала, произнося какие-то имена, твердя: «Кровь за кровь», ритмично колотясь лбом о стену.

Элен зажала уши ладонями. Она отвела взгляд от ужасного видения и, набравшись храбрости, опять посмотрела на высокого незнакомца. Вдруг между ними проскочила некая искра… они узнали друг друга. И Элен почувствовала, что он представляет большую опасность. Его худое лицо с заостренными чертами сперва выражало решительность, а потом - удивление, которое сменилось растерянностью. Мужчина сосредоточился на Джерри, и в его глазах отразилось почти комическое недоумение и недоверие.

- Вы… отец юной леди, напавшей на моего сына? - спросил он срывающимся голосом.

Джерри коротко кивнул.

- Моя дочь Элен, - произнес он, показывая на нее. - А я - Джерри Гамильтон.

- Кастор Делос, - представился мужчина. - Моей жене, Ноэль, будет тяжело услышать о школьном случае. А мать Элен?..

- Мы с Ленни живем вдвоем, - последовал решительный ответ.

Кастор бросил быстрый взгляд на Элен, затем на Джерри и поджал губы, будто у него в голове созрела дельная мысль.

- Прошу прощения… я не хотел совать нос в личные дела. Мы с вами можем переговорить наедине?

- НЕТ! - выкрикнула девушка.

Она схватила отца за руку и оттащила его подальше от Кастора.

- Да что с тобой? - рассердился Джерри.

Он попытался вырваться, но безуспешно.

- Пожалуйста, не ходи с ним никуда! - умоляюще произнесла Элен со слезами на глазах.

Джерри разочарованно вздохнул, обнял ее и прижал к себе.

- Она плохо себя чувствует, - объяснил он Кастору, смотревшему на него с сочувствием.

- У меня тоже есть дочь, - негромко бросил тот.

В медицинский кабинет вбежали миссис Крэйн и директор школы, доктор Гувер. Похоже, они гнались за Кастором.

- Мистер Делос… - раздраженно заговорил директор, но Кастор его перебил.

- Надеюсь, Джерри, ваша дочь вскоре полностью поправится. У меня случались тепловые удары. Мне говорили, что в такие моменты я совершал крайне странные поступки. Случались даже галлюцинации, - добавил он, ни к кому в особенности не обращаясь.

Он кинул быстрый взгляд сначала на Элен, а потом в угол, где рыдающая сестра без остановки раскачивалась взад-вперед. «Неужели он тоже ее видит, - удивилась Элен. - Разве возможно, чтобы у двух человек возникла одинаковая галлюцинация?..»

- Значит, никаких претензий вы не имеете? - неуверенно спросил доктор Гувер.

- Ни с моей стороны, ни со стороны моего сына - я уверен. И я очень обеспокоен вашим состоянием, юная леди, - произнес Кастор, вежливо поворачиваясь к Элен. - Люк заявил мне, что ему пришлось… быть несколько грубоватым. Он не причинил вам боли? - спросил он. Делос вроде бы обладал безупречными манерами, но обмануть Элен ему не удалось. Он жаждал выяснить, насколько она сильна.

- Я в порядке, - ядовито ответила она. - Ни царапинки.

Он вскинул брови. Элен не знала, почему она нападает на взрослого, крупного мужчину в расцвете сил. Она просто не могла удержаться. Вообще-то она ненавидела разные споры, дискуссии и всякие паршивые ТВ-шоу, когда участники орали друг на друга. А здесь она сама готова была сцепиться с незнакомым человеком. К счастью, у нее отсутствовало безудержное желание убить Кастора. Никто и никогда прежде не приводил Элен в такую ярость, как Лукас - его сын. Однако девушке хотелось пробить брешь в броне Кастора. И это сильно ее смутило.

- Что ж, я рад, - улыбнулся он, разряжая обстановку.

Делос повернулся к директору и поклялся, что ни он, ни его родные не желают, чтобы Элен наказывали. Он уверен в том, что девушке нездоровится, и весь инцидент следует забыть. После этих слов отец Лукаса покинул медпункт так же внезапно, как появился.

Как только шаги Кастора затихли вдали, рыдающая сестра растаяла, шепот прекратился. Элен больше не злилась. Она тихо опустилась на койку, как сдувшийся воздушный шарик.

- Вам лучше забрать ее домой, - произнесла миссис Крэйн не допускающим возражений тоном, но с доброй улыбкой. - Пить много жидкости, никакого яркого света, и пусть примет прохладную ванну, чтобы сбить температуру.

- Конечно, миссис Крэйн. Большое вам спасибо, - кивнул Джерри. Он будто вернулся в свое прошлое - превратился в подростка, который забрел в кабинет миссис Крэйн.

Элен добралась до автостоянки. Она шагала, низко склонив голову, но чувствовала, как на нее таращатся школьники. Когда она скользнула на переднее сиденье «поросенка», то заметила, как открылась дверь школы. На пороге возникли трое: братья и Кастор. Лукас смерил ее взглядом. Кастор подтолкнул его и положил ладонь на плечо сына, что-то говоря. Лукас посмотрел на отца, кивнул и уставился на землю.

Одна, две, а затем три огромные тяжелые капли упали в пыль, и внезапно начался ливень. Элен со стуком захлопнула дверцу и оглянулась на отца, который пристально наблюдал за Делосами.

- С которым из них ты сцепилась? - спросил Джерри, стараясь сдержать улыбку.

- С тем, что поздоровее, - ответила она, и ее губы чуть изогнулись в ответ на скрытую усмешку отца.

Джерри громко присвистнул и повернул ключ зажигания.

- Тебе повезло, что он не расшиб тебя всерьез, - заявил он теперь уже без шуток.

Девушка смиренно кивнула, но подумала, что именно Лукас легко отделался. Собственные мысли так напугали Элен, что всю дорогу до дома она молчала.