Как готовить лекарство

- Сходи-ка на чердак да мелисы пару стеблей истолки - возьми, которые высохли хорошо, - попросила бабушка.

Я тщательно истолок стебли мелисы, просеял через сито и принес бабушке. Она готовила лекарство от астмы. Сейчас, стоя у печурки, бабушка разогревала мед в глиняном горшочке. Когда мед разогрелся, она высыпала в него толченую мелису и тщательно перемешала деревянной лопаточкой со словами:

- Когда лекарство готовишь, каждую травку надо в свое время класть - сначала слабые, потом более сильные. Если мы все травы кучей сложим, то сильные не дадут слабым силу выделить. Вот мелиса, трава нежная, мы ее первую положили. А минут через десять липовый цвет добавим. Возьми-ка ступочку да липовые цветочки приготовь. Теперь медок должен сутки в холоде постоять, потом мы его снова разогреем и цветки тысячелистника положим. А как медок настоится, через недельку смешаем его с настоем корня девясила. Будет больной тот медок по ложечке два-три раза в день принимать и поправится. Липовый цвет ему легкие разогреет и размягчит, всю слизь выгонит, мелиса их успокоит, тысячелистник инфекцию убьет, а девясил силы добавит. Вот человек и поправится. От любой простуды такой состав хорош и от сердечных болезней помогает.

“Здравствуй, всякая тварь…”

В семь лет я уже хорошо знал травы, особенности их сбора, хранения и приготовления. Но одного собирать травы бабушка меня не пускала.

- Луг тебя еще не знает, - говорила она. - Каждый лекарь, прежде чем травы собирать, должен с лугом подружиться. А потом помощника себе из мира растений завести.

Как-то днем бабушка позвала меня и сказала:

- Пойдем с лугом знакомиться.

- Так он меня давно знает, - обиделся я. - Ведь каждый день там бываю!

- Знать-то знает, - улыбнулась бабушка, - да не признает, за своего не считает. Ты вот тоже - сколько ребят знаешь, а с каждым ли делиться захочешь?

Я должен был признаться, что не с каждым. Мы вышли на луг, сели на траву, и бабушка достала из корзиночки кусочки хлеба, бутылку с водой, семена трав, завернутые в бумагу. Она раскрошила хлеб и бросила несколько кусочков в разные стороны.

- Здравствуй, лужок, здравствуйте, травки, здравствуй, всякая тварь лесная и луговая, - заговорила бабушка. - Давно мы друг друга знаем. Вот пришла к вам в гости, гостинцев принесла. - Бабушка бросила в стороны еще несколько кусочков хлеба и немного семян. - Внучка с собой привела, хочу, чтобы знали его, за своего принимали. - Она встала на колени, поклонилась травам. Потом велела мне бросить несколько щепоток семян на землю, затем продолжила. - Любите его, как меня любите, помогайте, как мне помогаете, взрастут травы из семян посеянных, зашелестят на ветерке, передадут жизнь и память другим. А подрастет внучек, меня заменит и вас не обидит.

Бабушка достала из корзинки засохший стебелек тысячелистника и протянула к травам. Кончики трав наклонились навстречу стеблю, бабушка погладила их рукой и коснулась стеблем земли. Из травы тут же вынырнула шустрая зеленовато-серая ящерица, оперлась лапками о стебелек, который бабушка держала в руках, и уставилась на меня бусинками глаз. От этого взгляда мне стало не по себе. Бабушка улыбнулась:

- Ну вот и помощничек пришел, - сказала она и кончиком пальца коснулась головы ящерки. Та не убежала, а все так же внимательно смотрела в мою сторону.

- Ба, чего она уставилась? - спросил я.

- Запомнить хочет, - сказала бабушка. - Ты возьми-ка семена, по лужайке разбросай да водичкой полей. Сам же их осенью собирал, поэтому они тебя помнят. Как прорастут, память свою другим передадут. Вот и подружишься с лугом.

Я вспомнил, как прошлой осенью бабушка посылала меня собирать семена трав, причем не по отдельности, как обычно, а скопом. Я совершенно забыл про них. И вот теперь они пригодились. Я разбросал семена кругом, побрызгал на траву водой и вернулся к бабушке. Ящерка тем временем забралась к ней на руку, и бабушка что-то шептала ей, поглаживая пальцем по головке. Опустив ящерку на землю, бабушка еще раз провела ладонью по траве, потом поднялась с земли.

- Пора домой, - сказала она, - завтра снова придем.

Еще дважды бабушка ходила со мной на луг и повторяла этот ритуал. И каждый раз из травы выползала серо-зеленая ящерка, забиралась к ней на руки, и было похоже, что они о чем-то разговаривают. Бабушка что-то шептала, а ящерка покачивала головкой и смотрела на нее. Я разбрасывал семена, поливал их водой, и мы уходили домой. После третьего совместного выхода бабушка сказала:

- Теперь один ходить будешь, семь дней подряд семена рассеивай, водичкой поливай да не забывай с лугом разговаривать.

- Ба, а ящерка ко мне выйдет? - спросил я.

- Нет, миленький, у тебя свой дружок-помощник будет. Вот с травками подружишься, тогда его звать и пойдем.

Семь дней подряд я ходил на луг, разбрасывал семена, поливал их, пытался говорить с травами. Сначала это давалось тяжело. Трудно говорить с безмолвным растением, как с человеком, речь сбивается, не знаешь, что сказать. Но постепенно я привык и начал разговаривать с травами свободно, к тому же я стал замечать, что их безмолвие весьма условное. Чем свободнее и непринужденнее становилась моя речь, тем тише вели себя травы. Они как бы замирали в радиусе метра, повернув свои верхушки в мою сторону, и, несмотря на окружающие звуки: шум ветра, щебет птиц, - создавалось ощущение полного безмолвия, давящего на уши. Травы слушали По-другому стали восприниматься и прикосновения к растениям. Когда, уходя с луга, я гладил травы рукой, у меня появлялось ощущение, будто я провожу ладонью по теплой кошачьей спинке. Спинка эта выгибается, травинки оплетают пальцы, по руке пробегает волна тепла. Приходя домой, я делился впечатлениями с бабушкой, она улыбалась, гладила меня по голове и говорила:

- Вот видишь, травы научились тебя слушать. Теперь твоя очередь научиться их понимать.

- Ба, а разве они говорят, у них же рта нет, - удивлялся я.

- Так ведь ушей у них тоже нет, а слушать умеют, - улыбалась бабушка. - Не торопись, придет время, услышишь.