Эмоции предков и наша жизнь в настоящем

Все эмоции можно разделить на первичные, вторичные и перенятые. Все чувства, которые дают энергию, толчок к действиям, – это первичные чувства. Они побуждают человека к новым свершениям, порой переворачивая его жизнь. Они раскрывают творческие возможности, проводят невообразимые изменения. Первичные эмоции стоят у истоков всех начинаний человека. Они обладают энергией и мощью. И окружающие люди чувствуют силу, идущую от человека.

Эмоции, отнимающие энергию, заставляющие человека страдать, быть слабым, вместо того чтобы действовать, – это вторичные эмоции. Порой проявление таких чувств демонстративно, вычурно, полно не соответствующего ситуации драматизма. При этом человек оказывается в позиции жертвы. Вторичные чувства вызывают бездействие, бессилие. Они подпитывают жалость к самому себе, ни к чему не приводят и могут длиться всю жизнь.

Следующая категория – это перенятые чувства. Когда человек говорит: «Я был словно не в себе», «я испытывал чувства, нехарактерные для меня», «В этот момент меня как будто подменили», – это часто говорит, что чувство принадлежит не ему. Перенятые чувства – те, которые принадлежат не самому человеку, а кому‑то из его родовой системы. Такие эмоции, как месть, ярость, желание установить справедливость, часто говорят о том, что чувство перенято. Человек испытывает эти ощущения из‑за внутренней любви, лояльности к тому, кому это чувство принадлежит на самом деле. Многие эмоции могут быть как первичными, так и вторичными, а также перенятыми. Те эмоции, которые забирают энергию, привязывают нас к тяжелому прошлому предков, люди часто испытывают и несут их в себе всю жизнь.

Все наши чувства имеют свой источник. Одни эмоции происходят из сегодняшнего дня, другие – из нашего прошлого, а третьи на самом деле принадлежат не нам, а нашим предкам. Каждый человек – это часть семейной системы, его душа – это часть семейной души. Он испытывает те эмоции, которые находятся в его семейной, родовой системе. Этот процесс невозможно проконтролировать или прервать. Нельзя отделиться от семейной души и перестать испытывать эмоции семейной системы. Такая тактика, как вытеснение, подавление эмоций, тоже происходит из семейной системы.

Многое из того, что мы ощущаем, не является нашими чувствами. Мы переживаем в жизни то, что когда‑то чувствовали наши предки. Наши эмоции могут принадлежать нашей маме, или бабушке, или отцу, или прадеду. И каждое неприятное чувство – это какая‑то история из нашего рода. Мы можем не знать многого из жизни своих предков, но их опыт, через различные чувства, ощущения, продолжает жить в нас. И этот подчас тяжелый опыт можно осознать и освободиться от его разрушающего влияния на жизнь. Те неприятные чувства, которые неожиданно охватывают нас, погружая в состояние страха, гнева, беспокойства, тревоги, ярости, агрессии, имеют начало в прошлом, ему десятки, а возможно, сотни лет. Наши предки когда‑то переживали тяжелые, возможно драматические ситуации. То, что произошло тогда, было трудно пережить, но помогло им выжить. Неприятные переживания хранятся в теле, в бессознательном, в семейной душе. И тогда наше тело подает нам сигналы: ощущение тяжести, ком в горле, теснота в грудной клетке, сильное волнение, дрожь в теле, руках, ногах, головные боли и другие подобные симптомы.

Эти ощущения из прошлого предков когда‑то были ими вытеснены. Это позволило им сделать какой‑то выбор, давший возможность выжить. Тогда в прошлом, переживая что‑то тяжелое в своей жизни, у человека не было ресурсов. Травма происходила быстро, событие было слишком большим, сильным, у человека не было выбора. В результате этого она оставалась не пережитой до конца. И вот последующие поколения начинают ощущать то, что было вытеснено и не пережито когда‑то их предками. И эти чувства и переживания – задача для семейной системы. Если родители ее не решают, то этим занимаются их дети. Сейчас у потомков есть другие возможности (тренинг, терапия). То, что когда‑то не завершилось, сейчас может быть завершено.

Те, кто пережили тяжелый травмирующий опыт, передают его последующим поколениям. И тогда потомки могут испытывать состояния оцепенения, беспричинного страха, приступов паники, вспышки ярости, агрессии, навязчивых состояний. Подобный опыт настолько может охватывать психику человека, что он словно находится не здесь, а в прошлом. Неосознанно человек связан с прошлым травмирующим опытом. Чем тяжелее была травма, тем меньше человек присутствует в настоящем. Его способность создавать отношения затруднена. Выпадая из жизни в настоящем, человек не способен освободиться от подобного влияния, что‑то изменить. Выйти из этого состояния можно, только если вступить в контакт со своими неприятными ощущениями, не вытеснять их, а осознавать. Обычно люди не хотят этого делать. Ведь осознать эти чувства – это встретиться с травмирующим опытом, а это создает еще больше неприятных переживаний. Когда человек отказывается ощущать, то за него это делают дети.

Человек в своем теле несет один или несколько травмирующих опытов. Вытесняя, не осознавая своих чувств, человек больше в этой жизни отсутствует, чем присутствует. Его внимание приковано к прошлому опыту, который он не осознает. Поэтому к концу жизни люди и говорят, что жизнь прошла незаметно. Ведь часть ее они находились будто во сне.

ВИНА

В жизни бывают ситуации, когда человек умышленно или по неосторожности нанес вред или ущерб другому, тогда вина может стать первичным чувством, при условии, что ее признают. В этом случае она придает силы. Если же человек вытесняет чувство вины, доказывает окружающим (а на самом деле самому себе), что он ни при чем, то эта эмоция создает внутренний дискомфорт и ослабляет человека. Но это в том случае, когда речь идет о реальной вине человека.

Чувство вины присутствует у каждого человека. Если бы его не было, то все мы, вне зависимости от того, какими мы себя видим, что имеем, кем являемся, считали бы себя достойными любви. Говоря: «Как тебе не стыдно», родители вызывают у ребенка чувство вины за то, что он какой‑то не такой или поступает неправильно. Родители приучают своих детей, что они будут любимыми, если сделают то‑то и то‑то, то есть будут вести себя хорошо, как когда‑то их учили родители. Такое чувство вины вторично. Это наиболее распространенный случай.

Когда человек предполагает, что он должен быть идеальным, действовать без ошибок, то любой упрек или критика в его адрес вызывает чувство вины. Более того, такой человек сам себя постоянно критикует. Стремясь к выстроенному во внутреннем мире идеалу, человек может жить с постоянным ощущением вины и стыда. Но он оказывается недостижим, и поэтому человек всю жизнь живет с чувством вины. Но здесь еще важно понять, почему человек обвиняет себя. Возможно, это перенятое чувство?

Александра в любой жизненной ситуации обвиняла себя в случившемся. Даже в ходе обычной дружеской беседы успевала по нескольку раз извиниться за то, в чем ее никто не обвинял: «Извини, что не могла встретиться с тобой раньше», «Извини, что не слышала, как звонил телефон», «Извини, что не успела убрать квартиру» и т. д. Ее ближайшая подруга постоянно испытывала дискомфорт оттого, что при их встрече Александра успевала десятки раз извиниться «непонятно за что». Муж Александры настоял, чтобы она пошла к психотерапевту. В ходе работы оказалось, что чувство вины было перенятым. Кто чувствовал себя виноватым в семейной системе Александры? Это была ее бабушка, у которой во время войны умерло трое детей. Почувствовав ту боль, которую испытывала ее бабушка, Александра расплакалась. Ей необходимо внутренне сказать бабушке: «Дорогая! Тебе было тяжело пережить смерть своих детей. Я чувствую твою боль, и я из любви к тебе несу эту боль вместе с тобой. Мне очень жаль. Какова бы ни была твоя вина, сейчас я оставляю ее тебе. Я чту твою судьбу. Сейчас твою боль, твою судьбу я оставляю тебе. Моя мама осталась жить, и поэтому есть я. Я принимаю свою жизнь. Бабушка, будь ко мне доброжелательна, когда у меня все будет складываться хорошо».

Когда внутри человека живет чужая вина, это перенятое чувство. Часто это чувство вины было вытеснено предком. А его потомок старается исправить его ошибку. Это ослабляет человека, ведь у каждого своя судьба. Неосознанно беря на себя чужую вину, он создает трудности в своей жизни.

Олег пришел на консультацию, так как считал, что все, за что он ни берется в своей жизни, идет «не так, как надо». Он был пессимистично настроен по отношению к своему будущему. Олег сказал, что у него такое ощущение, что он поступает по определенной программе, искупает что‑то. Он верующий человек и нашел в православии некое «оправдание своим жизненным страданиям». В ходе работы оказалось, что внутри его живет боль по поводу ранней смерти своего брата Сергея. Он погиб в возрасте шести лет в результате несчастного случая. Родители Олега обвиняли друг друга в трагедии, хотя явной их вины в этом не было. С момента смерти брата родители живут словно чужие люди. Олег неосознанно стремился облегчить их ношу взяв часть вины на себя. В этом случае Олегу необходимо было не только избавиться от вины, но и принять свою жизнь. Олег считал несправедливым то, что он жив, а брат мертв. Олег должен был внутренне сказать своим родителям: «Дорогие папа и мама, я чувствую вашу боль из‑за смерти Сергея. Я ваш ребенок, а вы мои родители. Я только ваш ребенок. Я уважаю вашу судьбу и вашу боль, но я оставляю их вам. Какова бы ни была вина, я оставляю ее вам. Каковы бы ни были отношения между вами, я уважаю вас как родителей. Я принимаю и уважаю все, что вы мне дали». Такой позицией Олег ставит в своей семейной системе все на свои места. Он – ребенок, они – родители. Он не может нести их вину, боль, судьбу. Ее он оставляет им. Родители должны осознать проблему; свою боль, разрушающие их жизнь. Олег должен заняться своей. Такая позиция меняет отношение Олега к тому; что происходит в их семейной системе. Она изменит его отношения с родителями и родителей друг с другом.

Чувство вины испытывают оставшиеся в живых на войне, в результате несчастных случаев. Те, кто выжили, считают, что они не сделали чего‑то, чтобы спасти других. А возможно, они выжили благодаря тому, что другие умерли. Если родители, бабушки и дедушки, прабабушки и прадедушки вытесняют и пытаются забыть подобный травмирующий опыт, погибших людей, то они таким образом исключают их. Тогда дети и внуки будут вынуждены нести эти вытесненные переживания за них, возможно через психосоматические или другие хронические заболевания.