Глава 28. Ни снов, ни мыслей, ни страхов

Ни снов, ни мыслей, ни страхов.

Дэл абсолютно неподвижно сидел в рефрижераторе, обняв колени. Он такой же безжизненный, как заиндевелое нутро морозильной камеры. Ему никто не нужен. Он ничего не хочет. У него есть только задание. Очень простое задание, не требующее особых навыков. Но его выполнению мешает досадная погрешность.

Незначительное нарушение процессов.

Дэл тщетно пытался погрузиться в абсолютный покой, замёрзнуть, дать мозгу возможность отладить работу. Но никак не получалось.

По его следу идёт Корректировщик. Пока что эта тварь ни разу не попалась на глаза, она умеет прятаться. Но её присутствие Дэл ощущал так же явственно, как рыбы на дне озера ощущают приближение зимы. Если здесь Корректировщик, значит, все попытки отрегулировать процессы в мозге оказались тщетны.

Что-то меняется. То, что когда-то было душой Дэла, теперь разбито на ледяные осколки. И прежнее, прижизненное сознание, скрытое под толстым слоем льда нынешнего кукольного, марионеточного не-сознания, отчаянно пытается собрать мозаику из этих осколков. Когда два или три кусочка наконец ложатся вместе, вспыхивает искоркой какое-нибудь полузабытое воспоминание, будто бы озаряя тёплым оранжевым светом ледяную пещеру мёртвой души. Это похоже одновременно на оргазм, боль от выстрела и чудесный сон. Но криокиборги не видят снов, не испытывают оргазма, и выстрелы не способны причинить им вред. Ледяные осколки уносит бесшумным ветром, и они тонут в сизой мгле.

- Дэл… - шепчет эта мгла.

Просто мерещится. Пройдёт. Сейчас пройдёт.

- Дэл… Открой глаза, Дэл…

Криокиборг неподвижен. Но только Богу известно, каких усилий стоит ему сейчас эта неподвижность.

Голос. У мглы ЕГО голос…

Крепкие бледные пальцы осторожно стирают иней с белой скулы Дэла. Криокиборг резко распахивает глаза.

Первые несколько секунд - свет, такой ослепительный и невозможный. На нижних уровнях не бывает так светло. Это взрыв? Очередная атомная война? Сверхновая звезда? Обожгло. Прожгло до затылочной кости.

Потом мир снова становится тёмным, буровато-серым, зловонным, шумным. Нет никакой войны, и никакая звезда не взорвалась.

Дэл видит перед собой сперва силуэт, потом - чёткий образ, словно сотканный из той жемчужно-серебристой мглы, что звала его. Он слишком хорошо знает этого снежно-стального человека, изменившего его жизнь.

Дэл смотрит не отрываясь. Дрожит. Дрожь сначала мелкая, точно от озноба. Конечно, ему холодно. Ему очень холодно. Холод нестерпим, ещё чуть-чуть - и будет абсолютный ноль. Потом невидимые иглы пронзают мозг, и Дэл кричит. Он вываливается из ледяной утробы, беспомощный, мокрый, умирающий от боли - словно новорождённый. Он дёргается в конвульсиях, бьётся, как выброшенная на лёд рыба, хрипит, захлёбывается какой-то вязкой субстанцией, похожей на мазут. Мир со звоном распадается на ледяные осколки, которые кружит неслышный, неощутимый смерч. И на огромной скорости эти осколки вонзаются в его мозг, снимают лоскутами кукольное не-сознание, словно кожуру с фрукта, обнажая сочную мякоть его живых воспоминаний, его живой души, его настоящего «Я».

- Вик… - шепчет он.

«Вик. Так не бывает. Ты умер. Я убил тебя сам, своими собственными руками».

- Любимый мой мальчик, - шепчет в ответ киборг зрелых лет, держа на руках всё ещё вздрагивающего Дэла, лицо которого залито иссиня-чёрной, подёрнутой инеем жидкостью и холодными слезами.

- Не бросай меня! Не уходи! Никогда больше! - хрипит Дэл, глотая обрывки слов, вспоминая, ощущая всё заново, вливаясь в материальный мир из своего застывшего в вечности ледяного подпространства. Реальность ещё не вполне реальна. Он не понимает, что Виктор Шталь не мог выжить после выстрела в голову в упор, что даже если бы он каким-то образом и выжил, то сейчас он был бы гораздо старше, чем тогда. Дэл понимает только одно - это Вик. Это его Вик, единственный, кого он когда-либо любил.

Ещё нет будущего, и прошлое сейчас слеплено с настоящим, точно атомы в сверхплотном веществе. Но Дэл чётко ощущает: он жив! Он жив, жив, жив! Он проснулся! Он вернулся!

Механический лязг ворвался в его сознание резко и неприятно, как фальшивая нота в прекрасную симфонию. Ещё не вполне понимая, где верх, где низ, где право, а где лево, Дэл неловко приподнялся.

Приближающуюся чёрную тушу Корректировщика он заметил сразу. Робот легко, словно не весил полтонны, нёсся рысью прямо на него, пригнув вытянутую голову и выставив вперёд лапы-пулемёты. Дэл, отшвырнув Вика с дороги, подскочил как раз вовремя, иначе очередь крупнокалиберных пуль разворотила бы тому спину. Сам же откатился в другую сторону. Здесь было немного места для манёвров: слева и справа сплошные ряды рефрижераторов. Некоторые из них работают, некоторые давно перестали функционировать, их механическую «начинку» и резервуары с охлаждающими реактивами растащили местные воры, и теперь чёрные прямоугольные провалы зияют то тут, то там. Это единственное укрытие от огня. Но если спрятаться в такое укрытие, то Корректировщик окажется рядом в одно мгновение. А бежать будет уже некуда…

Любое огнестрельное оружие безопасно для криокиборга, но только не оружие Корректировщика, правда, в том лишь случае, когда попадание прямое. Корректировщик начал стрелять снова, пара пуль вскользь задела Дэла. Чиркнуло тоненькой жаркой болью. Такого не может быть! Дэл глянул на плечо: по чёрной футболке расплывалось тёмное, жирно поблескивающее пятно и тут же схватывалось инеем. Чёрт! Эта жидкость не должна покидать тела криокиборга! Сейчас произойдёт реакция с кислородом. И взрыв.

Дэл судорожно глянул на приближающегося Корректировщика и с рычанием кинулся прямо на него. Если взрываться, то вместе с врагом! Корректировщик не замедлился ни на секунду, продолжая бежать и стрелять. Ещё несколько чёрных блестящих пятен расцвело на руках и ногах Дэла. Он счастливым образом избегал прямого попадания в торс: разнесёт на ошмётки на сотню метров. Дэл врезался всем телом в твёрдый чёрный корпус робота и с лязгом покатился с ним в обнимку по выщербленному бетону. Корректировщик не переставал стрелять, и в небо полукругом летел ярко-оранжевый пунктир.

Дэл успел удивиться, почему же до сих пор его тело не взорвалось. Что ж, это кстати. Этим стоит пользоваться.

Пятисоткилограммовая груда металла и пластика быстро и пружинисто вскочила на лапы и легко стряхнула с себя жалкого противника. Фатальный сбой привёл к физиологической перестройке криокиборга, теперь с ним справиться будет так же легко, как с простым человеком из плоти и крови.

Не имея возможности подстрелить юркую жертву, Корректировщик сложил пулемёты в пазы лап и принялся наносить удары. Стоит одному такому угодить в ухо противнику, как голова того немедленно слетит с плеч. Дэл успевал пригибаться, отскакивать и откатываться, но атаковать не получалось. Да и как атаковать этот бронированный сверхманевренный танк?! Дэл понимал, что нужно оставаться в «мёртвой зоне», то есть на расстоянии меньше длины пулемётов, иначе Корректировщик начнёт стрелять. Робот почти загнал жертву в один из открытых неработающих рефрижераторов, где той не будет места для манёвра, откуда она не сумеет сбежать.

Но не учёл одной мелочи.

Корректировщики настроены на уничтожение криокиборга, чей мозг дал фатальный сбой. Но они не обращают внимания на окружение. Во всех тех случаях, когда Корректировщики выполняли свою миссию, никто не пришёл на помощь загнанной жертве - наоборот, невольные свидетели спешили поскорее убраться как можно дальше. Но не в этот раз…

Раздался металлический грохот. Корректировщик отметил, что его координатная сетка сбилась, задрожала, пошла волнами. Несколько секторов и вовсе отключилось. И остаток обзора явил нелогичную, странную картину: на него наседал какой-то болезненного вида тощий человек, а вокруг него неровно мерцал ореолом образ высокого крепкого светловолосого мужчины в сером камуфляже. Он со всей силы бил робота по голове железным прутом, коих валялось здесь в изобилии.

Корректировщик мягко, грациозно отступил и сразу же ударил незнакомца лапой. Получилось по касательной, но человек с коротким криком отлетел к стене. В ту долю секунды, что Корректировщик поворачивался обратно, Дэл успел подхватить с земли оброненный нежданным союзником штырь, обогнуть чёрную громаду и взлететь ей на спину. А потом со всей силы вонзил прут в загривок Корректировщика и поднажал. Обтекаемая вытянутая голова со скрежетом вырвалась из креплений и покатилась по земле.

Лишившись обзора, Корректировщик завертелся на месте, размахивая лапами, пытаясь достать противника. Дэл заорал, будто это могло придать дополнительных сил, и воткнул импровизированное оружие в спину робота, а потом спрыгнул на землю, нажав на штырь, словно на рычаг. Полетели искры, мерзко заскрипел раздираемый металл и пластик. Корректировщика мотнуло, он переступил с лапы на лапу, во все стороны полетели жирные брызги чего-то вроде мазута. Дэл заметил, как одна искорка попала в такую каплю, и та мгновенно вспыхнула и испарилась.

Немедленно осознав, откуда исходит опасность, Дэл метнулся к неподвижно лежащему Вику, подхватил его на руки и бросился бегом по «аллее» из рефрижераторов. Через несколько секунд за спиной гулко грохнул взрыв. Волна обжигающе горячего воздуха сбила Дэла с ног, и он рухнул на спасённого Вика, заодно прикрыв его собой от летящих оплавленных останков Корректировщика. Когда всё стихло, криокиборг приоткрыл глаза. Взглянул в лицо человеку, лежавшему под ним.

Это был не Вик!