Больше книг Вы можете скачать на ‑ FB2book.pw 5 page

Мы оба надолго замолчали. Лично я вспоминала дни, проведенные мной на "Эндорре" и удивлялась ‑ как я могла не понять раньше, что он шпион. Сейчас, вспоминая прошлое, все казалось таким очевидным...

‑ А зачем надо было устраивать этот цирк с первым боем и "уязвимыми местами неймарцев"? ‑ вырвался у меня вопрос.

‑ Проверял тебя, пользуясь распоряжением Гайяра. Он велел заниматься с тобой, надеясь, что это повысит твою самооценку, поможет стать увереннее, ‑ все так же безразлично, уткнувшись головой в согнутые колени, пробормотал неймарец. ‑ Просто очень странно, что тебя перебросили на "Эндорру", даже невероятно... Я думал, это под меня происки, хотя определенной логики не видел. Но от Гайяра можно всего ожидать... Так и не понял насчет тебя: вряд ли бы даже с бывшей любовницей он стал так носиться ‑ пристраивать на корабль... А когда ты прогноз по поискам девочки сделала ‑ я испугался. Потому и старался не выпускать из вида.

Как глупо все. И трагично. Так горько быть для окружающих всего лишь объектом для манипуляций и собственных игр. Хотя мотивы его игры я понимала. Но и результат, полученный им, считала закономерным. А на что еще он надеялся? Собрав остатки сил, попыталась сесть. Надо было осмотреться, понять, зачем мы тут. Тело было словно онемевшим, неловким и уже кажется чужим. Почувствовав боль в онемевшей ладони, поднесла ее к глазам, с удивлением обнаружив, что в кулаке что‑то зажато. Разогнув одевеневшие пальцы, в шоке обнаружила там неймарский кулон‑капсулу с эниаром.

Глава 17

Ольга

В ответ на мой непроизвольно‑удивленный всхлип неймарец, подняв голову, взглянул в мою сторону. Его взгляд, коснувшись лица, быстро метнулся к ладони и... замер. Крейвана ощутимо передернуло.

‑ Чья? ‑ раздался его хриплый вопрос.

‑ Кажется, Гайяра, ‑ сосредоточившись на том, чтобы удержаться в сознании, припомнила я. ‑ Он пытался меня перехватить, а я, наверное, машинально уцепилась за цепочку на его груди.

Понятно, почему так рука онемела, если от рывка Крейвана у меня в ладони лопнула та необычная веревочка, на которой висела капсула.

‑ Он же из первородных..., ‑ донесся до меня шепот отчего‑то охваченного настоящим ужасом неймарца. nbsp;

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

&

Он так смотрел, что мне стало еще хуже, хотя казалось, что это уже невозможно. Чувствуя, что больше не выдержу, начала плавно заваливаться набок.

‑ Олга!!! ‑ невероятная из его уст почти мольба вызвала недоумение, несколько заслонив ощущение дурноты. ‑ Держитесь! Сейчас нельзя отключаться! Если это найдут... Нельзя допустить подобного.

Он мощно дернулся вперед, словно стремился вырваться из удерживающих пут, но не смог даже сдвинуться с места.

‑ Попытайтесь встать! Вы должны! Обыщите шкафы. Это какое‑то медицинское помещение, похоже на операционную. Возможно, найдете шприц или медицинский пистолет.

Я, из последних сил удерживаясь от потери сознания, недоуменно посмотрела на него, с трудом прошептав:

‑ Зачем? Я не смогу...

‑ Сможете!!! ‑ с диким возбуждением приказным тоном выкрикнул неймарец. ‑ Вставайте и ищите! Дорога каждая секунда, они могут прийти за Вами в любое мгновение!

Совершенно не понимая, что его так взбудоражило, но чувствуя, что он как никогда серьезен, с мучительным стоном опираясь на кушетку, встала, пошатываясь, рядом с ней. Перед глазами все плыло. Совершив фактически подвиг, умудрилась постепенно обойти маленькое помещение, открывая дверцы множества белых шкафов. Но ни шприц, ни пистолет мне не попались. Неймарец все это время напряженно молчал, не сводил с меня горящего, какого‑то возбужденно‑холеричного взгляда.

‑ Нет, ‑ закончив осмотр последнего шкафа, я измученно прислонилась для устойчивости спиной к стене.

‑ Подойдите ко мне, ‑ резко скомандовал он.

Я испуганно вздрогнула. Поведение неймарца с момента обнаружения у меня этой капсулы было более чем неадекватным, и приближаться к нему казалось опасным.

‑ Зачем? Что Вам надо? ‑ уточнила у него.

‑ Раз нет пистолета, то остается просто порезать тело и впрыснуть эниар в рану. Возможно, получится. Другого варианта я не вижу, ‑ напряженно пояснил он.

‑ В рану на Вашем теле? ‑ напряженно застыв, уже я переспросила его.

‑ На Вашем, конечно! Это же мужской эниар, ‑ раздраженный этой заминкой, почти прорычал неймарец.

А я просто рухнула от такого заявления ‑ в буквальном смысле съехала спиной по стене. Что за потребительское отношение?! То капитан, то вот ‑ предатель. И все, не интересуясь моим мнением на этот счет , стремятся в меня что‑то 'добавить'! Категорично качнула головой, отказываясь.

‑ Я Вам сознание выжгу! ‑ заорал он на меня, буквально заходясь гневом! ‑ Немедленно идите ко мне, иначе... будут необратимые проблемы во всей конфедерации.

Упрямо дернув подбородком, отказалась. И тут голову словно сдавило, сплющивая кольцом огня, неимоверно вдавливая в висках. Я, непроизвольно рухнув вперед, уперлась руками в пол и ‑ заорала. Во весь голос закричала от нестерпимой боли.

‑ Идите ко мне! ‑ яростный приказ неймарца и я, ослепнув от боли, поползла к нему, так и сжимая проклятую капсулу в руке.

Как только я оказалась в зоне его досягаемости, он тут же выхватил из моей ослабленной болью ладони капсулу, а другой рукой, плотно обхватив мое запястье, притянул к себе. И тут же обжигающая боль отступила, оставив меня в его власти полностью обессиленной. Мучившая меня изначально головная боль от этого воздействия на мое сознание усилилась настолько, что я была не способна даже полностью раскрыть глаза, с усилием наблюдая за Крейваном сквозь натужно приоткрытые щелочки. Неймарец же, не обращая на меня внимания, деловито закатал мне рукав форменной куртки и, достаточно глубоко вспоров мне когтем кожу, притянул локоть с ранкой ближе. Осторожно надломив капсулу, невероятно бережно отделил верхний кончик, потом поднес 'вскрытую' капсулу к ране и перевернул отверстием вниз прямо над ранкой. Я, уже смирившись со всем от отупляющей боли и уверенного ощущения, что сейчас все равно умру ‑ не от этого, так от головной боли, ‑ проследила, как две крохотные и искрящиеся прозрачные, словно росинки, капельки выкатились из капсулы и упали прямо в мою кровоточащую рану. Мы вдвоем замерли, сосредоточив взгляды на месте их падения. Не знаю, чего ожидал Крейван, а я ‑ так снова боли. Но... не произошло ничего. Никаких ощущений, ни внешних эффектов не было. Я облегченно перевела дух, мечтая лишь отползти обратно на кушетку. По всем ощущениям, меня вот‑вот просто вывернет наизнанку.

‑ Не вышло..., ‑ голос неймарца буквально звенел от эмоций. ‑ Гайяр... как же он теперь?! Этим я смог бы хоть как‑то возместить ему причиненный вред... Конечно, землянка ‑ это худший из вариантов для него, но... они могут использовать эниар в еще более жутких целях. Тем более, в твоем случае... Ведь капсула поддалась?

Он, на мгновение плотно сжав края ранки, раскатал рукав и выпустил мою руку, которая тут же опала безжизненной плетью. Я из последних сил принялась отползать от него, стремясь уже только к одному ‑ остаться одной. Неймарец опять поник, еще больше напоминая наглядное олицетворение скорби и отчаяния, словно эта вспышка бешеной активности забрала последние силы и жизненные ресурсы.

С трудом взобравшись на кушетку, обессилено рухнула на подушку, ощущая, что проваливаюсь в спасительную темноту.

(ВЫРЕЗАН КУСОК С РАЗГОВОРОМ ОЛИ И КРЕЙВАНА ‑ СОХРАНЮ ИНТРИГУ ДЛЯ РАССЫЛКИ, НА ХОД ДАЛЬНЕЙШЕГО ПОВЕСТВОВАНИЯ ЭТО ОСОБЕННО НЕ ПОВЛИЯЕТ)

Глава 18

Ольга

Сколько раз за свою жизнь я была уверена, что вот он ‑ худший ее миг, когда беда неотвратима и надежды на спасение больше нет. Но только сейчас, ощущая этот странный обволакивающий наркоз, от которого тело медленно леденело, а сознание шаг за шагом отступало дальше, я по‑настоящему осознала, что именно сейчас наступило последнее мгновение именно моей жизни. Видя застывших рядом в ожидании врачей, я как никогда ясно понимала, что после того, что они намерены сделать, все изменится уже навсегда. И как‑то повлиять на ход событий было не в моих силах, для этого я была слишком слаба. Прощай, настоящая Я... Последним моим ощущением стала резкая встряска, то ли судорога передернувшая замирающее тело, то ли всколыхнулся окружающий мир.

В себя приходить было сложно. Окружающая вязкая пелена не отпускала, стараясь все крепче оплести, затянуть в свои глубины. Но даже сквозь эту липкую муть до меня долетали какие‑то раздражающие сознание ощущения. Раз ‑ и боль опалила, два ‑ и вздрогнуло тело, реагируя на какой‑то нечеловеческий вскрик. И я поняла, что слышу...

‑ Олга! Просыпайся же! Я не могу тебя все время нести. Сейчас брошу тут! ‑ голос определенно был гневным и вроде бы идентифицировался, но вот кому же принадлежал? Странно‑сонная память никак не могла сориентироваться.

Крейван! Меня же увезли в операционную!!! Пришли непонятные существа в светлых комбинезонах и эластичных шлемах, без объяснений обездвижили каким‑то разрядом и сразу ввели наркоз. Потом меня везли по длинному коридору, в ушах до сих пор стоял странный гул, потом врачи в прозрачных масках склонились сверху... Неужели уже все?.. Желание приходить в себя исчезло ‑ лучше вообще не пробуждаться, чем проснуться с мыслью о том, что отныне я начну превращаться в стремящегося только уничтожать монстра.

‑ Да пусть их вечная тьма поглотит! ‑ рявкнул снова этот раздражающий голос, и меня снова ощутимо тряхнуло и раз ‑ лицо опалило болью.

"Оплеуха", ‑ пришла какая‑то отстраненная мысль. А просыпаться все равно не хотелось... Но тут раздался неимоверный грохот, словно рядом разом извергались несколько мощных вулканов. Мозг, опаленный инстинктом самосохранения, мгновенно прояснился, а глаза распахнулись сами. Кругом творилось что‑то невообразимое... Мы были в узком коридоре, стены которого буквально ходили ходуном, с потолка сыпались части покрытия, какие‑то каркасные балки и пыль. Стоял жуткий шум, в котором угадывались крики сотен живых существ, рев каких‑то машин и гул взрываемых снарядов. Что за ад??!

‑ Что это? ‑ хрипло прошептала я.

‑ Наши! ‑ возбужденно рявкнул неймарец. ‑ Сама идти сможешь? У меня нога сломана и приходится быть готовым к любому нападению, поэтому нести тебя сложно. Надо выбираться из этих катакомб, пока не стало слишком поздно.

Я, тут же вознамерившись идти, да если надо, то и бежать, не взирая на состояние, попыталась встать на ноги. Неймарец, одновременно осматриваясь вокруг, придержал меня одной рукой, пока все еще расслабленные ноги перестали дрожать, обретая устойчивость.

‑ Давай, ‑ толкнул он меня вперед, ковыляя следом, ‑ иначе будем погребены тут заживо!

Угроза впечатлила, жить все же хотелось, поэтому я, поначалу кривясь от боли в затекших конечностях, спешно поковыляла в нужном направлении. Голова все еще кружилась и временами "картина мира" плыла перед глазами, но я упорно продвигалась следом за неймарцем, раз за разом падая от резких толчков, снова вскакивая и двигаясь к выходу. Коридор привел нас в достаточно большую пещеру, разделенную на множество отсеков‑клеток. И каждый из них был заполнен... живыми существами. Все кричали, тянулись к нам сквозь заграждение, моля о помощи и призывая спасти их. Я, охваченная ужасом, болью и желанием спасти хоть кого‑то, кинулась в направлении первой, но была перехвачена Крейваном. Неймарец, жестко удерживая меня за плечо, практически поволок вперед, целенаправленно идя сквозь зал и не обращая внимания на стоны и мольбы пленников.

‑ Они обречены, ‑ глухо произнес он мне, глядя только вперед, ‑ если не поспешишь ‑ и сама тут погибнешь!

От этой бескомпромисности, суровой предопределенности я споткнулась, наверняка бы упав, не держи меня второй помощник. Обречены... Голова, словно опустела от ужаса и боли, разом лишившись всех мыслей, а сердце заколотилось в груди. Обречены... Я хорошо знала, что это значит...

Неймарец, ни на миг не прерывая своего решительного движения вперед и продолжая тянуть меня следом, выскочил из этого страшного, пронизанного отчаянием, зала, наполненного молящими о спасении. Стоило нам выйти в очередной коридор, как снова раздался оглушающий хлопок. Прямо надо мной послышался резкий треск и, прежде чем я успела понять, что происходит, сверху рухнули какие‑то перекрытия, а плечо пронзило резкой болью. Лишенная возможности двигаться, придавленная упавшими балками и куском покрытия потолка, я с трудом могла дышать, плечо горело огнем, в глазах от удара головой о пол потемнело.

‑ Олга? ‑ донесся, словно сквозь вату, зов Крейвана. ‑ Жива?

Я с огромным трудом попыталась что‑то прохрипеть, внутренне сотрясаясь от боли. Почти сразу почувствовала, как неимоверная тяжесть, выдавливающая из груди последнее дыхание, стала сдвигаться ‑ это неймарец пытался мне помочь. Вытащив меня из‑под завала, подхватил на руки и поковылял дальше. Как он вообще идет со сломанной ногой?!

‑ А охраны тут нет? ‑ оформилась в стон беспокоящая мысль.

‑ Думаю, все разбежались в надежде укрыться и спастись, ‑ прохрипел неймарец, ‑ тут все сейчас взорвут. Они это тоже понимают.

Мне было больно до безумия, кажется, есть переломы, а плечо пропороло какой‑то разновидностью арматуры, но при одной мысли о том, что будет дальше, всю боль физическую заслоняли муки душевные. Ожидать от карателей сочувствия не приходилось. Они всегда поступали одинаково ‑ тотальное уничтожение виновных решает любую проблему. И все те пленные... они действительно были обречены. И даже не потому, что виноваты... они просто были живой угрозой конфедерации.

Кое‑как нам удалось выбраться на поверхность, очевидно, какого‑то спутника не идентифицированной мной планеты. Она огромным розовато‑зеленым шаром виднелась рядом, буквально нависая сверху. Было ветрено, меня в просторной длинной медицинской рубахе мгновенно прохватило резким порывом, заставляя съежиться от холода. Но Крейван, не позволяя себе замедлиться, так и шел упорно вперед, удаляясь от входа в катакомбы. Неожиданно я заметила, что мы не одни ‑ по обеим сторонам нас обгоняли, в панике стремительно бегущие... кого только тут не было.

Но неожиданно бегущий впереди нас, кажется, ортег резко замер, едва не став для нас непреодолимым препятствием. В последний момент обогнув застывшего инопланетянина, поняли причину его остановки. Навстречу нам, растянувшись бесконечной цепью, шли ‑ неймарцы! Каратели прибыли... Я застыла тоже, не понимая, как вести себя, внезапно остро вспоминая эту, уже виденную мною однажды, картину... Неразрывный, монолитный строй красноволосых, словно спаянных расправленными крыльями мужчин. В душе вспыхнул какой‑то врожденный инстинктивный страх, заставляя сердце бешено забиться в груди. Они прибыли, сейчас начнется... Крейван резко опустил меня на ноги и, схватив за руку, дернул вперед, заставив зашипеть от резкого прострела огненной боли в раненом плече. Слепо подчинившись, двинулась за ним во внезапно наступившей тишине. Молчали, застыв, каратели, молчали, замерев, те, кому удалось выскочить из подземной лаборатории и добраться сюда. Только мы, движимые несгибаемым стремлением Крейвана, неумолимо брели вперед. И вот уже они рядом ‑ сомкнутые ряды безжалостных ликвидаторов. Шаг... еще... Они неподвижно стояли у нас на пути... Нас не пропустят...

‑ Пропустить, ‑ этот холодный безэмоциональный голос не узнать невозможно.

В тот же миг ближайший к нам неймарец отступил в сторону, позволяя нам выйти за пределы "кольца смерти"...

Как только мы оказались позади единого крылатого щита, Крейван остановился, отпуская мою ладонь. Я испуганно взглянула на него, не понимая, что делать дальше. Его ответный взор... Он был пустым. Не задерживаясь на мне, его взгляд скользнул дальше, явно сосредоточившись на чем‑то. Я инстинктивно обернулась, следуя за ним, и ожидаемо наткнулась на ответный взгляд стоявшего неподалеку капитана "Эндорры". Время словно застыло, заставив замереть и меня, пока эти двое настолько разных неймарцев незримо... прощались. Я внезапно поняла это, почувствовала. Интуитивно распознав и боль потери, и утрату чего‑то по‑настоящему дорогого, и безысходность выбора обоих... Не сдержавшись всхлипнула, боясь поверить в то, о чем кричало сердце.

Крейван, мгновенно отреагировав на мой всхлип, оглянулся. Потом, резко схватив мою руку, задрал рукав, чтобы взглянуть на ту рану, что сам оставил мне. Я тоже опустила взгляд и ‑ изумилась. Ранки... даже шрама не было! Недоуменно подняв взгляд на неймарца, успела заметить на миг вспыхнувшие радостью глаза:

‑ Мой долг оплачен, а вред, нанесенный нашей расе, компенсирован с лихвой, ‑ еле слышно шепнув мне, он скользнул по щеке мимолетным жестом и, повернувшись ко мне спиной, шагнул назад.

Тот неймарец, что отступил, пропуская нас, так и стоял отдельно. Но как только Крейван вновь оказался внутри кольца, тут же вернулся обратно. А я, в отчаянном бессилии в небольшую щель между сомкнутыми плечами продолжая отчаянно вглядываться в мощную прихрамывающую фигуру уже навсегда уходящего неймарца, переживала уже даже не утрату этого, спасшего мне жизнь, мужчины, а ту, семилетней давности, гибель семьи. Я снова слышала это:

‑ Уничтожить все! Выжечь полностью, ‑ произнесенное уже голосом Гайяра.

И чувствуя, что это ‑ предел моих сил, последняя капля того страдания, тех мук, что я была в состоянии выдержать. И когда вспыхнуло алое зарево очистительного огня, я почувствовала, как взмыло и в моей душе пламя внутренней свободы, выжигая въевшийся в душу страх, покорность и осторожность! Что‑то умерло во мне, сгорело в огне жутких воспоминаний в этот миг, рождая понимание, чтатель!!!

Гайяр

Было тяжело. Все знать теперь и понимать, что изменить что‑то ты уже не можешь. Только теперь я понял, что ключ к предательству в том, что его дейнара осталась жива. Разберись я в этом раньше... Ведь я доверял ему. Мы всегда были друзьями, партнерами. Почему он не попросил о помощи? В этом был весь Крейван! Всегда сам... А сейчас ‑ у меня не было права поступить иначе...

Землянка сделала невероятное ‑ своим гениальным предположением о создании какого‑то техногенного устройства, обладающего подавляющим действием, ставшим последним и самым невероятным кусочком всей этой головоломки ‑ она не только открыла, наконец, мне картину происходящего, но и дала нам шанс приготовиться к атаке.

Но появления Измененных в таком количестве не ожидал даже я. А также не ожидал, что Крейван решит прихватить с собой Олгу. Было облегчением увидеть ее живой, хотя я надеялся, что напавшим будет не до блока прогнозистов, когда они столкнуться с отпором защитников 'Эндорры'. Многое мне виделось не так..., и в этом была моя ошибка. Я слишком поздно понял, что именно она была их целью. Потому и не успел... Найдя, наконец, толкового специалиста, так нелепо его потерял. Одно обнадеживало: вчера, обдумав этот странный маневр с появлением у меня в каюте землянки, я понял, что ей отводится определенная роль в его игре, и вживил ей маяк. На всякий случай... О его существовании не знал никто. И сейчас, если подумать, ее захват был мне на руку ‑ это был реальный шанс выйти на создателей Измененных. Еще неплохо было бы отбить ее живой, но это уж как пойдет...

Как только они внезапно отступили, бросив остатки своих нам на растерзание, приказал сохранить нескольких для обследования и уничтожить остальных. Сам же бросился на мостик, оценивая потери и надеясь, что сигнал от ее маяка уже активен. Она и так всегда боялась, а уж сейчас... Сигнал был!!! Оставалось идти по следу. Скоординировав также перемещение военной армады, тут же распорядился максимально охватить сектор, постаравшись лишить их возможности уйти от облавы. Первоначальной задачей стало ‑ никого не упустить. Сейчас внезапными, непредсказуемыми и невидимыми предстояло стать нам. Важно было не только найти место, где они обосновались, где содержали всех этих несчастных, где проводили свои эксперименты, главной задачей стал поиск и захват "идейных вдохновителей и воплотителей" этой очередной попытки подрыва существующего устройства конфедерации.

Захваченный своими планами, я слишком поздно заметил, что лишился капсулы с эниаром! Когда привычным жестом коснулся груди и не ощутил под рукой ставшей за жизнь словно частью меня капсулы, замер, буквально застыв от ужаса. Неужели потерял в бою?! Судорожно вспоминая недолгий бой с напавшими, убедился, что в пылу сражения потерять бесценный эниар не мог! Да и невозможно это... Тогда... в памяти четко отпечаталась неудавшаяся попытка перехватить прогнозиста. Именно в этот момент я и лишился его. Возможно, капсула упала и так и находится в зале? Боясь даже думать об альтернативном варианте, бросился назад. Но методично обыскав каждый сантиметр помещения, понял, что надеждам не дано осуществиться... Видимо, капсулу подобрал кто‑то из врагов. А это... Для меня это означало совсем мрачные перспективы. Да и для нашей расы ‑ тоже. Если они знают, что заполучили, а в этом сомнений у меня не было, то смогут ввести его любой... особи женского пола. И ‑ все! Мне конец... Я буду бессилен противостоять этому зову... Как не мог и Крейван! Не смог противиться призыву своего эниара, ради своей дейраны пойдя на невероятные, по неймарским меркам, преступления ‑ помощь в выведении новой расы и предательство своих. Меня же он поработит совершенно...

Отчаянно гоня от себя мысли о будущем, погрузился в работу. У нас была важнейшая цель ‑ найти и обезвредить создателей этих, как технологичных, так и геномных разработок. Неужели опять земляне? Когда же они успокоятся? Что за маниакальное стремление к самоуничтожению? Неужели они не осознают, что в своем навязчивом желании самоутвердиться, готовят себе безальтернативный конец?!! Неужели они не понимают, что создай они по‑настоящему сильную расу, сами тут же будут уничтожены ею. Любые существа высшего порядка не потерпят власти более слабых. Как самонадеянно полагать, что они позволят использовать себя исключительно в интересах создателей! Они предпочтут заменить их интересы собственными. Это ‑ закон выживания, закон равновесия. И ведь это не общая черта этой противоречивой расы. Но всегда находится кучка отчаянных "гениев", стремящихся поработить мир. И если они не занимаются созданием какого‑нибудь оружия глобального радиуса поражения, они тут же кидаются выводить биологически новый вид или искусственный агрессивный интеллект. Последняя такая попытка была семь лет назад... И вот снова! Да еще с таким масштабным подходом!

Мы знали о существовании землян, отстраненно следили за их развитием, даже помогали порой, вмешиваясь в какие‑то наиболее пограничные моменты развития их цивилизации. Не раз и не два они стояли на самом краю бездны. Возможно, было ошибкой с нашей стороны поступать так, я не раз задавался этим вопросом ‑ не лучше ли было позволить им уничтожить себя? Но эта их поразительная живучесть... Сколько раз они почти вымирали, деградируя и фактически самоуничтожаясь как вид, но... на осколках прежней жизни возникала новая, формируя очередной виток поразительной по организации и простоте формы жизни. Возможно, когда‑нибудь они все же достигнут прорыва, совершив толчок в развитии видового сознания, и все же перейдут на иной уровень восприятия гармонии жизни и баланса существования... А пока нам оставалось все так же контролировать их опасные стремления.

Сигнал маяка Олги четко указывал нам путь. День за днем, боясь потерять его, мы приближались к цели ‑ туда, где была база этих странных существ. Операция по охвату всего сектора была почти завершена, вселяя в меня надежду, что в этот раз мы наверняка никого не упустим и ликвидируем очаг проблемы. Координируя работу космических сил конфедерации, я все так же пребывал в невероятном напряжении, будучи не в силах забыть об утраченном эниаре. У нашего народа было всего четыре первородных семьи, и среди них я был единственным наследником мужского пола. Поэтому еще с детства я знал, кто станет моей дейраной, с кем мне предстоит совершить обмен эниаром. Надо было давно сделать это, подчинившись давлению семьи, но я был всегда занят работой, выполняя свой долг и храня целостность и неприступность конфедерации. И вот сейчас я не только лишен шанса поступить истинно, предложив избраннице свой эниар, я лишен даже гипотетической возможности обрести собственных первородных наследников, продолжив свой исключительный род. Или же его введут той, кого я никогда не смог бы избрать сам, а возможно, и Измененной, превратив меня в управляемую марионетку. Подобного я допустить не могу!

И спустя несколько дней отчаянной погони и не менее отчаянных размышлений, я нашел решение! Выходом станет полное уничтожение всего живого в лабораториях этих безумных экспериментаторов. Если мой эниар или уже его носительница сгорят, я избавлюсь от этого бремени нависшей опасности, но... при этом лишусь и всякого шанса на Пробуждение. Смогу ли я пойти на это? Справлюсь ли с последствиями? Да, я могу потом принять эниар давней избранницы, став ее дейраном, но... совершенно холодным, пустым, безответным! Смогу ли выдержать это я? Устроит ли это ее? Подобная односторонняя всепоглощающая привязка, непреодолимая тяга и потребность в том, кому ты безразличен. Вряд ли... Я разрушу ее мир, отказав ей в ответном восприятии. А о реакции семьи думать не хотелось совсем. Единственный наследник рода, лишившийся эниара... Мои родители будут раздавлены, просто уничтожены этим фактом!

Но ощущать непреодолимую тягу к Измененной... Я судорожно выдохнул, на миг утратив самоконтроль ‑ худшей доли не представляю. По крайней мере, пока... Как только эниар прорастет в ней, меняя для меня, тогда я лишусь и этого понимания, тогда зов дейраны заслонит для меня все... Решено, я пойду на полную зачистку, я все там уничтожу! Лично! Надеюсь, успею сделать это до того, как начну ощущать полностью поглощающее влияние...

*****

Крейван. Я был рад, несмотря ни на что, увидеть его, получить возможность проститься. Мы оба понимали, что для него уже все решено. Но отдать дань когда‑то верному соратнику, другу... я смог. Его мотивы теперь стали мне понятны. Захватив Дайлию, они лишили его воли, права распоряжаться собой. Никто бы не поступил иначе на его месте. Вина за его предательство лежала на мне. Не смог уберечь ее год назад, не смог спасти, поверив в факт ее гибели, не смог адекватно предположить естественных последствий. Все остальное предопределялось уже моими ошибками. И отвечать за это мне еще предстоит!

Он также смог спасти Олгу, сохранив мне действительно ценного сотрудника. Даже в этом он остался верен себе...

Мысленно прося прощения, глядя на его удаляющуюся фигуру и готовясь отдать сигнал полного уничтожения, я беззвучно кричал ему, что сейчас теряю то же самое, только при этом буду вынужден жить... В бессмысленном холоде, одиночестве и горечи утраты. Отдавая приказ о зачистке, я все же испытал сиюминутное ликование, вспышку восторга! Я не позволил врагам использовать мою слабость... пусть и ценой невосполнимой потери для себя. Но я сохранил за собой право распоряжаться собственной судьбой! Пусть и в обездоленном ее варианте...

И даже нелепая вспышка ненависти землянки не задела меня. Какая же они эмоциональная раса!.. Понятно, что пережитый плен и зрелище полной зачистки ее взвинтило. Наблюдая, как она, очевидно растратив на свой порыв последние силы, падает на землю, кивнул в ее направлении Тинарагу: прогнозист она профессиональный и пока еще найдешь подобного...

А сейчас можно подвести итог: лишился первого помощника, есть потери среди экипажа, но удалось захватить находившихся на орбитальной станции рядом с этим спутником, ученых‑создателей этого "проекта" и уничтожить непосредственно лабораторию, а также большую часть созданных, генетически измененных особей, опять же ‑ прогнозиста вернули. Но сначала надо проверить, не успели ли и ей вживить что‑то в геном. Если успели ‑ тоже ликвидировать. Теперь создателями проекта и данными с захваченной станции займется Совет, собирая полную информацию об их работе. А мне еще предстоит поиск тех кораблей с модифицированным экипажем, что в данный момент отсутствуют, отправленные с различными заданиями. Опять же, необходимо выяснить, как на них влияли, подчиняя, заставляя повиноваться приказам создателей. Видимо, опять какое‑то воздействие или в заложниках оставляли близких. И прогнозист в этом деле понадобится как никогда, да и для военных сил найдется немало работы по "прочесыванию" просторов конфедерации.