В. В. Простите?

Игрек. «Битлз» действительно чертовски популярны. Люди все время слушают их мелодии, причем совершенно разные люди, принадлежащие ко всем поколениям и субкультурам. Почему вас это удивляет? Я очень люблю музыку. Десять лет я учился игре на фортепиано и четыре года – на классической гитаре. Все математики любят музыку. Для меня не существует людей, которые не любят и не понимают музыку. И потом, не хочу придираться, но вы помните историю про мальчика, за которым я наблюдал в окно его спальни? Кого он слушал? Группу Rush. Он слушал Rush. Так почему я сказал вам правду, а не придумал, что он слушал Strawberry Fields?

В. В. Но об этом я и говорю! Я уверена, что история об этом мальчике правдива с начала и до конца. Такую историю просто невозможно выдумать. Но она кардинально отличается от остальных ваших историй, вы вспоминали о ней как о том, что действительно имело место в вашем детстве, она лишена какого‑либо подтекста, не придумана с определенным намерением.

Игрек. Должен признаться, Виктория, когда сегодня я шел сюда, то никак не думал, что вы будете расспрашивать меня о таких вещах. Я случайно убил человека, а вы вздумали рассуждать о «Битлз».

В. В. Но вы действительно его убили? Это же очень важно. Вот что мы должны с вами выяснить. Вы на самом деле убили его?

Игрек. Ну… я не убивал его, если вы это имеете в виду. Я не хотел его убивать. Я не замышлял убийство. Просто так получилось.

В. В. Игрек, а я просто не могу поверить, что вы кого‑то убили. Точнее, я не могу поверить, что вы убили человека и спокойно ушли. Не думаю, что вы могли убить человека и абсолютно ничего не почувствовать, и не думаю, что вы способны представить в смешном виде человека, которого случайно убили. Я не считаю вас таким.

Игрек. Что значит – таким? Я же сказал, я его не убивал. Я не убийца. Я вовсе не такой. Гораздо хуже желать кого‑то убить, но не сделать это, чем действительно случайно убить человека. И на самом деле я чувствую себя виновным в его смерти. Я не говорил, что не чувствую себя виновным. Я сказал, что… Просто я не думаю, что должен чувствовать себя виновным, поэтому и решил к вам обратиться. Потому что я не замышлял и не сделал ничего дурного.

В. В. Я тоже не думаю, что вы совершили что‑то дурное. Я не думаю, что вы действительно совершили все эти ужасные поступки. У вас, конечно, есть возможность безнаказанно нарушать важные общественные законы, и вы их нарушали, незаконно проникая в чужие дома. Но эти ужасные преступления, о которых вы говорите, – вы их придумываете. Все мы что‑то о себе фантазируем. И все‑таки я не верю, что вы способны лишить жизни одного незнакомого вам человека и испортить жизнь другому, не испытывая глубокой вины. Вам кажется, что я вас совсем не знаю, но это не совсем так. Во всяком случае, я уверена, что вы совсем не такой, каким хотите казаться.

Игрек. Мне хотелось бы нравиться вам, Виктория.