Кто дома, а кого и нет

В потайном ходе было темно и так тихо, что даже шепот казался громким криком. Перекусили и легли спать. Засыпали, просыпались, а вокруг было все то же - непроглядный мрак и тишина. Никто не знал, сколько прошло времени; казалось, минули не одни сутки. Так недолго и задохнуться или сойти с ума; хотя бы глоток свежего воздуха! Пусть даже возвратился бы в свое логово дракон - и то стало бы легче: вот он, тут, под боком; а тишина наводила на неприятные мысли о том, что Смог затаился где-нибудь неподалеку и замышляет что-то ужасное. В конце концов терпение истощилось.

- К двери! - велел Торин. - Хоть надышимся вволю перед смертью. Уж лучше погибнуть в бою с драконом, чем задохнуться в темноте.

Несколько гномов поплелись вверх по проходу. Их ожидало разочарование. В потайном ходе случился обвал, и до двери теперь было не добраться.

- Мы в ловушке! - закричали гномы. - Все, мы погибли! Нам отсюда не выбраться!

Они причитали и рвали на себе волосы, а Бильбо вдруг ощутил несказанное облегчение - словно с груди его наконец-то сняли камень.

- Успокойтесь, - сказал он. - Как говаривал мой папаша, пока живу - надеюсь. Пора мне прогуляться вниз. Я уже дважды ходил в гости к дракону, схожу и в третий раз, тем паче что хозяин, по-моему, благополучно отсутствует. По третьему разу всяко сладится. В любом случае, другой дороги нет. И на сей раз, по-моему, вам всем, судари мои, лучше пойти со мной.

Отчаяние заставило гномов согласиться.

- Теперь тихо, - прошептал Бильбо вставшему рядом Торину. - Сдается мне, дракона в пещере нет, но кто его знает, этого Смога! Лучше не рисковать.

На ощупь двинулись вниз. Хоббит то и дело замирал и настороженно прислушивался. А гномы пыхтели и шаркали ногами - они просто не умели ходить по-хоббитовски; эхо разносило звуки по коридору, но снизу, как ни странно, не слышалось ни шороха. Наконец Бильбо решил, что они почти пришли, и надел кольцо. Впрочем, предосторожность была излишней: тьма стояла хоть выколи глаз, и различить что-нибудь было невозможно. Хоббит пошарил руками вокруг, нащупал пустоту, от неожиданности не устоял на ногах и кубарем скатился на пол пещеры.

Он упал и остался лежать лицом вниз, едва осмеливаясь дышать. Но никто его не трогал, никто с ним не заговорил. Хоббит медленно поднял голову. В пещере было темно, лишь мерцал в отдалении тусклый огонек, ничуть не похожий на пламенный зрачок дракона. Но в том, что это - пещера Смога, сомневаться не приходилось: в ней стоял густой драконий дух, на языке ощущался горьковатый привкус дыма. Господин Торбинс не выдержал.

- Смог! - взвизгнул он. - Ты, проклятый червяк! Хватит прятаться! Посвети-ка, слышишь? А потом можешь меня есть - коли поймаешь, конечно.

Ответом ему было только эхо, обежавшее пещеру.

Бильбо поднялся и вдруг понял, что не знает, в какой стороне потайной ход.

- Знать бы, что затеял Смог, - сказал сам себе хоббит. - Похоже, нынешним вечером (или днем - что там у нас на дворе?) он отправился на прогулку. Вот и славно. Еще бы свету подбавить. Может, Оин с Глоином запаслись в Эсгароте новыми огнивами? Эй! - крикнул хоббит. - Эй, кто-нибудь! Огоньку не найдется!

* * *

Услышав, с каким шумом упал Бильбо, гномы, разумеется, испугались, сбились в кучку и затаились у отверстия.

- Шш! - зашипели они, услыхав голос хоббита. Это помогло Бильбо худо-бедно определить направление, в котором располагалось отверстие, но прошло немало времени, прежде чем гномы пришли на выручку господину Торбинсу. Лишь когда он пронзительно завопил: «Огня!» и принялся топать ногами, Торин наконец разрешил помочь хоббиту. Оина с Глоином отправили наверх, к завалу, где оставались мешки с припасами и инструментами.

Вскоре они вернулись. Сперва показался алый огонек, а затем стали видны и гномы: Оин с маленьким зажженным факелом в руке и Глоин со связкой факелов под мышкой. Бильбо подскочил к дверному проему и схватил факел. Правда, гномы не до конца избавились от страха и наотрез отказывались зажечь другие факелы или присоединиться к хоббиту. Как доходчиво объяснил Торин, господин Торбинс может лезть на рожон сколько ему вздумается; если уж на то пошло, добытчик - он, а добытчику виднее. Мол, ступайте, господин Торбинс, а мы посидим подождем и посмотрим, что у вас получится.

Хоббит не стал настаивать. Подняв факел над головой, он двинулся в обход пещеры. Время от времени гномы слышали звяканье - это Бильбо спотыкался об очередную золотую поделку. Хоббит уходил все дальше. Внезапно алый огонек факела, уже почти неразличимый во мраке, начал подниматься. Бильбо взобрался на груду сокровищ, на мгновение застыл и над чем-то наклонился.

То был Завет-камень, Сердце Одинокой горы, в точности такой, каким его описывал Торин.

Впрочем, Бильбо узнал бы этот камень из тысячи других, ибо двух таких камней попросту не могло быть. Это Завет-камень тускло светился во мраке пещеры. Подобравшись ближе, Бильбо увидел светящийся изнутри шар. Блики пламени дробились на его бесчисленных гранях, приобретая самые невероятные оттенки. У хоббита захватило дух. Алмаз мерцал и искрился, и в его сиянии мерцали и искрились несметные сокровища вокруг.

Неожиданно для себя самого Бильбо протянул к камню руку. Ладонь хоббита оказалась слишком маленькой, чтобы охватить алмаз. Бильбо зажмурился, поднял камень обеими руками и сунул его в самый глубокий из своих карманов.

«Вхожу во вкус, - подумалось ему. - Надо будет рассказать гномам - но не сейчас. Они ведь говорили, что я сам могу выбрать свою долю. Хорошо, тогда я беру камень, а они пускай забирают все остальное».

Так рассуждал хоббит, но все же его грызли сомнения - он догадывался, что гномы не одобрят такого выбора.

Бильбо двинулся дальше, спустился с груды сокровищ, и гномы потеряли факел из виду. Но вскоре огонек появился вновь - Бильбо пересекал пещеру наискосок. Вот он добрался до громадного проема в дальнем конце, и порыв ветра снаружи чуть было не погасил факел. Хоббит робко заглянул в проем: из темноты проступали широкие коридоры, можно было различить нижние пролеты уводивших куда-то вверх лестниц. Смога нигде не было. Пожалуй, пора возвращаться. Бильбо повернулся, и тут над ним прошмыгнула черная тень, что-то коснулось лица. Он взвизгнул, покачнулся - и рухнул навзничь. Факел выпал из руки и погас. Впрочем, хоббит быстро опомнился.

«Наверно, летучая мышь, - сказал он себе. - Вот незадача! Как же мне теперь быть? Где восток, где север, где юг и где запад?»

- Торин! Балин! Оин! Глоин! Фили! Кили! - закричал хоббит. В огромной пещере его отчаянный крик прозвучал шепотом. - Кто-нибудь! Помогите, найдите меня! - На мгновение от мужества Бильбо не осталось и следа. Гномы расслышали крик, но разобрали одно только «помогите».

- Что с ним стряслось? - проворчал Торин. - Ясно, что это не дракон, иначе он бы и пикнуть не успел.

Немного подождали, но никаких подозрительных звуков не доносилось - слышался лишь взывавший о помощи голос Бильбо.

- Эй, зажгите-ка факелы! - велел Торин. - Похоже, пора подсобить нашему добытчику.

- С великой охотой, - откликнулся Балин. - Сколько раз он нас выручал, теперь наша очередь. Поторопимся же, покуда нам ничто не угрожает.

Глоин зажег факелы, гномы один за другим спустились в пещеру и торопливо двинулись на голос хоббита. Далеко идти не пришлось - Бильбо пошел им навстречу, едва завидев огоньки.

- А, летучая мышь пролетела, да факел погас, - небрежно отмахнулся он в ответ на вопросы гномов. Как ни странно, гномы не стали ворчать - мол, чего же ты тогда вопил, будто тебя режут. А все дело в том, что они очутились рядом с сокровищами и ни о чем другом думать уже не могли. Ведь и самый осторожный гном при виде золота становится отважен и свиреп, и никакая опасность его не пугает. Представляете, что было бы, знай гномы, что в кармане у Бильбо лежит Завет-камень?!

Понукать их необходимости не было. Все как один рвались осмотреть пещеру - раз уж представилась возможность и коль скоро Смога, по-видимому, нет дома. Похватали факелы и разбрелись в разные стороны, забыв о всякой осторожности. Громко разговаривали, перекликались, поднимали сокровища с пола, снимали со стен доспехи и оружие, пристально разглядывали, ощупывали и любовно поглаживали.

Фили и Кили настолько увлеклись, что, отыскав золотые арфы с серебряными струнами, немедля принялись играть. Дракон музыкой не интересовался, поэтому струны оказались в порядке и своих голосов арфы не потеряли. Под мрачными сводами поплыла древняя мелодия. Другие гномы занимались более важным делом - набивали карманы самоцветами, со вздохом кладя обратно на пол те, которые в карманы не лезли. Торин обшарил всю пещеру, явно разыскивая нечто особенное (конечно, он искал Завет-камень, но его поиски были тщетны).

Потом гномы принялись вооружаться. Торин облачился в золотую кольчугу и прицепил к отделанному яхонтами поясу секиру с серебряным древком. Теперь он и вправду выглядел по-королевски.

- Господин Торбинс! - позвал он. - Вот вам первая награда. Снимите свой плащ и наденьте-ка это.

Он накинул на плечи хоббиту кольчужную рубашку, выкованную в давние времена, должно быть, для эльфа небольшого роста. Эта рубашка была из чудесного металла, который эльфы называют мифрил; к рубашке замечательно подошел пояс, расшитый жемчугами и горным хрусталем. На голову Бильбо водрузили легкий кожаный шлем со стальными ободьями изнутри, также искрившийся драгоценными каменьями.

«Здорово! - обрадовался хоббит. - Но выгляжу я, наверное, нелепее не придумаешь. Вот посмеялись бы надо мной дома! Хоть бы зеркальце дали, что ли».

Гномы продолжали рыться в сокровищах, а Бильбо это быстро надоело. Он отошел в сторонку, сел и стал прикидывать, как быть и что делать дальше. «Какой толк ото всех этих кубков, ведь они пустые, - подумалось ему. - Эх, глотнуть бы сейчас из Беорновой чаши!»

- Торин! - окликнул Бильбо. - Что будем делать? Против Смога никакое оружие не поможет. Да забудьте вы про сокровища! Мы ведь пришли не за золотом, нам надо выбраться наружу. Удача - штука капризная, не стоит ее искушать.

Гном с трудом отвлекся от блеска драгоценностей.

- Верно, - согласился он. - Надо идти, и теперь поведу я. Даже за тысячу лет мне не забыть коридоров этого дворца!

Торин подозвал остальных. Подняв факелы над головами, они пересекли пещеру и миновали огромный проем. Пока сокровища не скрылись из виду, гномы все оглядывались и бросали назад исполненные сожаления взгляды.

Сверкающие кольчуги спрятались под плащами, шлемы - под драными колпаками. Двигались гуськом, то и дело останавливаясь и прислушиваясь.

Хотя древние укрепления гномов внутри Горы были разрушены, хотя Смог ухитрился разломать даже то, что строилось на века, Торин уверенно вел компанию к выходу. Взбирались по длинным лестницам, поворачивали, шли по гулким коридорам, снова поворачивали и снова карабкались по гладким, вырубленным в скале ступенькам. Им не попалось навстречу ни единого живого существа, лишь шарахались прочь, завидев свет, крохотные черные тени.

Для хоббита ступеньки были слишком высоки, и ему начало казаться, что дальше идти он уже не в силах, как вдруг потолок пещеры словно исчез - факелы не могли рассеять сумрак. Откуда-то сверху сочился тусклый свет, воздух заметно посвежел. Впереди виднелись огромные дверные створки, покореженные и обугленные.

- Это Великая палата Трора, - сказал Торин. - Здесь король пировал и держал совет. Мы почти пришли.

Пересекли опоганенную палату. Перевернутые столы, переломанные, обугленные скамьи и табуреты, осколки кувшинов, чаш и рогов, черепа и кости, и на всем - толстый слой пыли. Миновав еще одну дверь, услыхали клекот воды. Стало гораздо светлее.

- Исток Бегущей, - показал Торин. - Отсюда она течет к Парадным Вратам. Нужно идти вдоль реки.

Из отверстия в каменной стене вырывался бурный поток, попадавший в узкий, глубокий и прямой, как стрела, канал, проложенный древними мастерами. По берегу шла мощенная камнем дорога, широкая настолько, что по ней могли пройти в ряд несколько воинов. Гномы побежали, обогнули скалистый выступ у речной излучины - и в глаза им ударил ослепительно яркий дневной свет. Перед ними возвышалась арка, на которой виднелась древняя резьба, местами обезображенная и почерневшая от пламени. А за аркой, в осенней дымке, сияло меж отрогами Горы солнце, и золотистые лучи светила падали на каменные плиты у ворот!

Стая нетопырей, испугавшись чадящих факелов, кинулась наутек. Гномы двинулись к арке. Ноги скользили по камням, до блеска отполированным драконьим брюхом.

Бросив факелы, стали осматриваться. Неподалеку из подземелья вырывалась река и пенясь устремлялась в долину. На равнине за Парадными Вратами лежали развалины Дола.

- Ну, - проговорил Бильбо, - я и не надеялся это увидеть. И никогда не думал, что можно так радоваться солнышку и ветру! Однако до чего же он холодный!

Ветер и вправду был холодным, пронизывал до костей, возвещал о приближении зимы. Резкие порывы заставляли ежиться, и вскоре все продрогли.

Внезапно Бильбо понял, что не только замерз, но и проголодался.

- Сейчас у нас позднее утро, не правда ли? - сказал он. - Не мешало бы перекусить - ежели, конечно, найдется чем. И, разумеется, не тут. Надо поискать какое-нибудь укрытие.

- По-моему, я знаю подходящее место, - отозвался Балин. - Древний сторожевой пост на юго-западном склоне.

- А далеко до него? - спросил хоббит.

- Думаю, идти часов пять, и путь предстоит не из легких. Та дорога, что на левом берегу реки, давным-давно заброшена. Зато посмотри вниз. Видишь, у развалин река поворачивает на восток? В том месте когда-то был мост, а от него можно было подняться по лестнице на дорогу к Враньему Пику. Там должна быть тропа, ведущая прямиком к посту.

- Это же надо! - всплеснул руками хоббит. - Снова идти, снова куда-то лезть - и все натощак! Интересно, сколько завтраков и обедов мы пропустили, покуда сидели в этой дыре?

Он потерял счет времени, ему казалось, что миновала по крайней мере неделя. А ведь обвал в потайном ходе случился всего два дня назад.

- Пошли, пошли, - засмеялся Торин, настроение которого заметно улучшилось. Он засунул руки в карманы и загремел самоцветами. - И не смей называть мой дворец дырой! Подожди, вот его отделают…

- Сначала не мешало бы отделать Смога, - угрюмо возразил Бильбо. - И куда он, кстати, подевался? Тому, кто мне это скажет, я отдам свой завтрак. Надеюсь, он не высматривает нас из поднебесья?

Гномы всполошились. Все дружно сошлись на том, что Бильбо с Балином правы.

- Пора уносить ноги, - сказал Дори. - У меня такое ощущение, будто за мной кто-то следит.

- Тут холодно и пусто, - проворчал Бомбур. - Воды хватает, а вот есть нечего. Вот почему дракон всегда голоден…

- Хватит! Хватит! - закричали остальные. - Веди, Балин!

* * *

На правом берегу возвышалась отвесная каменная стена, поэтому идти пришлось по левому, и вскоре царившее в окрестностях Горы запустение отрезвило даже Торина, по-прежнему грезившего о Завет-камне. Мост, о котором упоминал Балин, давно рухнул, лишь торчали из воды опоры. Перешли реку вброд, поднялись по крутому склону, передохнули в глубоком распадке и слегка перекусили лепешками крэма - иначе сытниками, запивая их водой. (Вам наверняка интересно, что такое сытники. Рецепта я не знаю, а по виду они похожи на печенье, хранятся долго и придают сил. Сытники не глотают, а жуют, как вяленое мясо, пока кусок весь не изжуется. Жители Эсгарота обычно запасаются ими, собираясь в дальнюю дорогу.)

Потом двинулись дальше, забирая к западу, в сторону от реки, мало-помалу приближаясь к южному склону горного отрога. Наконец нашли тропу, ведущую к сторожевому посту. Построились гуськом и медленно побрели вверх; и лишь только к вечеру, когда солнце стало клониться к закату, взобрались на гребень и обнаружили там ровную площадку, открытую с трех сторон. Лишь с севера ее защищала от ветра скала, в которой виднелось отверстие. От скалы открывался замечательный вид на юг, запад и восток. Окрестности Горы были как на ладони.

- Тут сидели дозорные, - пустился в объяснения Балин. - Этот ход ведет в вырубленную в скале сторожку. Таких сторожек тогда было несколько. Но мы, должно быть, слишком уж разнежились и дозор несли спустя рукава. Ах, если бы тогда дракона заметили загодя! Все, все могло бы быть иначе! Ну да ладно. Здесь мы можем укрыться и многое увидеть, сами оставаясь незамеченными.

- Коли Смог видел, как мы сюда лезем, чего прятаться, - пробурчал Дори. Он все поглядывал на Гору, словно ожидая увидеть там дракона, примостившегося на вершине, точно птичка на ветке.

- Будем надеяться, что нас никто не видел, - откликнулся Торин. - В любом-случае дальше мы сегодня не пойдем.

- Ура! - завопил Бильбо, плюхаясь наземь. - Вот мудрые слова!

В сторожке могла разместиться добрая сотня гномов. К главному залу примыкал другой, поменьше, и в нем было теплее. Похоже, сюда не забредали даже дикие звери - в сторожке было чисто. Свалили поклажу; некоторые гномы буквально попадали на пол и тут же заснули, а остальные уселись у входа и принялись строить планы. Однако быстро отвлеклись; всех волновало одно - где Смог? Ни на западе, ни на востоке ничего похожего на летящего дракона видно не было; на юге - тоже, однако там почему-то кружила громадная стая птиц. Стали гадать, что бы это значило, и все толковали и толковали, а на небе уже появились первые звезды.