У Александра Николаевича разве было звание ? На Новодевичьем ведь хоронят только народных артистов

Л.В. - Ничего у него не было. Только Сталинская премия. Правда, потом человек, который в Министерстве культуры занимался вопросами присвоения званий, сказал мне, что уже был готов указ о присвоении Александру Николаевичу звания заслуженного артиста. Но у чиновников не дошли руки, чтобы его опубликовать.

- А для Вертинского были важны официальные награды ?

Л.В. - Все мужчины - это дети. А детям всегда важны медали. И для Александра Николаевича это было важно.

- Расскажите, как вы жили ? У вас с Александром Николаевичем было много друзей ?

Л.В. - Очень близких - нет. А так мы со многими общались. Когда в 43-м году вернулись в СССР и поселились в гостинице «Метрополь», к нам в гости приходила вся артистическая и художественная Москва. Помню, прямо с фронта приезжал Костя Симонов и приводил с собой молодых поэтов. Они все были в военной форме. Дмитрий Шостакович бывал. А за границей Александр Николаевич дружил с Федором Шаляпиным. Сам Федор Иванович говорил Вертинскому: «Я - Шаляпин оперы, а ты - Шаляпин эстрады».

- Вертинский красиво ухаживал ?

Л.В. - Очень. Но моя мама была категорически против нашего брака. Ведь между нами была разница в 34 года. Александр Николаевич никак не мог понять причину, которая мешает нам объединиться и все порывался пойти к маме и поговорить с ней. А мне было неудобно сказать, что все дело в его возрасте. Но потом мама сама поняла, что у нас все серьезно и уже не возражала. Хотя сама была моложе своего зятя. Она умерла, не дожив одного года до 90 лет.

- Дома у вас сохранились вещи Вертинского ?

М.В. - Конечно. Хотя ремонт квартире бы не помешал, все никак не сделаем. Хотя, может, это и хорошо - чувствуется прежняя атмосфера.

Л.В. - На стенах у нас висят фотографии Александра Николаевича. И его портреты, и фото с друзьями - Иваном Козловским, Василием Качаловым. А на даче есть мои работы. Но я стесняюсь вешать их на стену. Ведь моя внучка рисует лучше меня.

М.В. - А еще у мамы есть старинный перстень отца, который она собирается подарить Степе. А вообще многое, увы, разворовали. Здесь же воруют. И не только у нас. Неподалеку от нашего дома находилась дача Леонида Маркова, актера театра имени Моссовета. Он как-то утром вышел из дома, смотрит, а его машина за забором на полметра ниже стала. Подошел узнать, в чем дело - оказалось, колеса сняли. Так что и вы будьте начеку. Зря вы машину за воротами оставили.

- Лидия Владимировна, а кто из дочерей больше похож на отца по характеру ?

Л.В. - Обе похожи. У Насти одни черты отца, у Маши другие. Но больше по характеру, как мне кажется, Маша похожа. Такая же добрая…

- Марианна Александровна, а это правда, что Вам делал предложение Андрей Тарковский ?

М.В. - Правда. Когда я училась в Щукинском театральном училище, то меня пригласил сниматься в фильме «Мне 20 лет» режиссер Марлен Хуциев. Меня со съемок прямо на мотоцикле привозили на занятия. Все так завидовали. Там я и познакомилась с Андреем. Как-то спросила Тарковского, чего он больше всего хочет. И он ответил, что мечтает о черничном пироге с сеточкой из кислого теста. Андрею такой пирог пекла его бабушка. Как печь сам пирог я знала, а вот рецепт кислого теста был для меня загадкой. Пришлось бежать за ним в кулинарию с женой Максима Шостаковича, сына композитора.

Когда пирог был готов и я стала раскладывать его по тарелкам, то случайно уронила кусок на брюки Андрея. Он пришел просто в ужас. Тарковский ведь был большим модником. И в тот раз явился на вечер в красивой синенькой заграничной рубашке, которую привез из Венеции, и модных брюках, которых тогда ни у кого не было. И вдруг на эти брюки падает черничная начинка. Что делать? Хорошо, моя подруга знала, как вывести это пятно. Андрей разделся, отдал нам брюки, а мы пошли в ванную, направили на них струю крутого кипятка и пятна как ни бывало.