Бывшего руководителя к субсидиарной ответственности

В рамках дела о банкротстве конкурсный кредитор обратился в суд

с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности

руководителя общества по обязательствам должника, возникшим после

истечения месяца со дня возникновения обстоятельств,

свидетельствующих о признаках неплатежеспособности.

Определением суда первой инстанции в удовлетворении

заявленного требования отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции,

конкурсный кредитор обратился в апелляционный суд с жалобой на

данное определение. Определением суда апелляционной инстанции, оставленным без

изменения постановлением арбитражного суда округа, производство по

апелляционной жалобе прекращено в связи с ликвидацией должника.

Суды пришли к выводу, что рассмотрение апелляционной жалобы

относительно законности судебного акта, принятого в рамках дела о

банкротстве организации, прекратившей свое существование,

невозможно.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда

Российской Федерации отменила определение суда апелляционной

инстанции и постановление арбитражного суда округа и отправила дело

на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции по следующим

основаниям.

Каждый участник гражданского оборота, заключающий сделки с

определенным юридическим лицом, имеет намерение получить

соответствующий результат, что возможно лишь при

платежеспособности этого юридического лица. Исчерпывающей

информацией о финансовом (имущественном) положении юридического

лица обладает его руководитель как единоличный исполнительный

орган. Он же должен действовать разумно и добросовестно, в том числе

в отношении контрагентов должника.

Существенная и явная диспропорция между обязательствами и

активами по сути несостоятельного должника и неосведомленность об

этом кредиторов нарушают права последних. В связи с этим для защиты

имущественных интересов кредиторов должника введено правовое

регулирование своевременного информирования руководителем

юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности

(недостаточности имущества) должника.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в

арбитражный суд с заявлением должника при наступлении

обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Федерального закона от 26 октября

2002 г. No 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о

банкротстве), влечет неразумное и недобросовестное принятие

дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть

исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения

требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом

случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих

удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности

конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя

должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Субсидиарная ответственность руководителя по долгам

возглавляемой им организации возникает вследствие причинения вреда

кредиторам. При этом завершение конкурсного производства само по

себе не влечет материальные последствия в виде освобождения

руководителя от ответственности, поскольку в силу закона требование к

нему подлежит продаже на торгах.

В соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации

каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Право на

судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным

неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает

гарантией всех других прав и свобод, оно признается и гарантируется

согласно общепризнанным принципам и нормам международного права

(ст. 17 и 18; чч. 1 и 2 ст. 46, ст. 52 Конституции Российской Федерации).

Содержание права на судебную защиту раскрыто в постановлениях

Конституционного Суда Российской Федерации, сформулировавшего

правовые позиции, согласно которым отсутствие возможности

пересмотреть ошибочный судебный акт не согласуется с требованием

эффективного восстановления в правах посредством правосудия; в

рамках осуществления судебной защиты прав возможно обжалование в

суд решений и действий судебных органов; право на справедливое

разбирательство дела судом предполагает окончательность и

стабильность судебных актов, вступивших в законную силу, и их

исполнение; право на судебную защиту подразумевает создание условий

для эффективного и справедливого разбирательства дела в суде первой

инстанции, допущенные же судом первой инстанции ошибки должны

исправляться судом второй инстанции в процедурах, наиболее

приближенных к производству в суде первой инстанции (постановления

от 3 февраля 1998 г. No 5-П, от 2 июля 1998 г. No 20-П, от 6 июля 1998 г.

No 21-П, от 17 ноября 2005 г. No 11-П, от 5 февраля 2007 г. No 2-П).

Процессуальные нормы регулируют порядок защиты материальных

прав и конкретизируют конституционные принципы. Так, в частности,

сторонам спора предоставлено право обжалования определения,

вынесенного по результатам рассмотрения заявления о привлечении

руководителя должника к субсидиарной ответственности (п. 7 ст. 10

Закона о банкротстве, ст. 188 Арбитражного процессуального кодекса

Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Прекращение апелляционным судом производства по жалобе в

связи с ликвидацией должника делает невозможным пересмотр

определения суда первой инстанции, чем нарушаются права сторон

спора на судебную защиту.

В силу изложенного, а также в силу ст. 7, 8 АПК РФ следует, что

как кредитор, так и руководитель должника вправе обжаловать

определение суда первой инстанции и получить судебную защиту

посредством рассмотрения апелляционной жалобы по существу вне

зависимости от ликвидации должника в связи с его банкротством.

Из п. 5 ч. 1 ст. 150 АПК РФ следует, что прекращение производства

по делу возможно в случаях объективной невозможности его

рассмотрения (в частности, в связи с ликвидацией ответчика как

стороны спора). Разъяснения, данные в п. 48 постановления Пленума

Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 декабря

2004 г. No 29 «О некоторых вопросах практики применения

Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», также

исходят из того, что рассматривать какие-либо требования к должнику

как к стороне спора после его ликвидации невозможно ввиду отсутствия

одной из сторон спора. В то же время после ликвидации должника истец

и ответчик по обособленному спору о привлечении к субсидиарной

ответственности руководителя должника продолжают существовать.

Следовательно, п. 5 ч. 1 ст. 150 АПК РФ не препятствует арбитражному

суду апелляционной инстанции рассмотреть спор по существу и

вынести решение по жалобе кредитора на определение арбитражного

суда первой инстанции, которым конкурсному кредитору отказано в

удовлетворении его требований.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении

от 12 октября 2015 No 25-П, рассмотрев дело о проверке

конституционности п. 5 ч. 1 ст. 150 АПК РФ, пришел к выводу об

отсутствии препятствий для пересмотра в апелляционном порядке

судебного акта первой инстанции, принятого в деле о банкротстве, если

прекращением производства могут быть нарушены права стороны спора

на судебную защиту.

В соответствии с ч. 3 ст. 44 АПК РФ ответчиками признаются

организации и граждане, к которым предъявлен иск, то есть лица, по

мнению истца, нарушившие его права и законные интересы.

Обстоятельств, связанных с утратой бывшим руководителем должника

правоспособности, делавших бы невозможным его участие в суде в

качестве ответчика, как и прочих объективных препятствий для

рассмотрения жалобы, арбитражный апелляционный суд не установил,

следовательно, суд не был лишен возможности принять решение по

существу спора.

Прекращение производства по жалобе конкурсного кредитора

лишило его возможности обжалования в обычном порядке судебного

акта, принятого судом первой инстанции, и является, по сути, отказом в

праве на судебную защиту, что недопустимо.

Вопреки доводам представителя руководителя должника,

ссылавшегося на отсутствие какого-либо механизма исполнения

судебного акта в случае удовлетворения требования кредитора после

завершения конкурсного производства, законодательство о банкротстве

не ограничивает возможности кредиторов по удовлетворению своих

требований и после завершения конкурсного производства (п. 11 ст. 142

Закона о банкротстве). Кроме того, исполнимость судебного акта о

привлечении к субсидиарной ответственности руководителя при

ликвидации должника может быть достигнута посредством

возобновления дела о банкротстве после пересмотра определения о

завершении конкурсного производства по правилам гл. 37 АПК РФ.

Определение No 307-ЭС15-5270

9. Само по себе принятие судебным приставом-исполнителем

постановления об обращении взыскания на имущественное право

управляющей организации на получение денежных средств,

поступающих от собственников помещений платежному агенту, не

противоречит действующему законодательству.

Расчетный центр (платежный агент) на основании договора,

заключенного с управляющей организацией, осуществлял деятельность

по начислению и получению платы за комммунальные услуги,

предоставленные собственникам помещений в многоквартирных домах,

обслуживаемых управляющей организацией.

Службой судебных приставов возбуждено исполнительное

производство о принудительном исполнении судебных актов о

взыскании с управляющей компании денежных средств в пользу

ресурсоснабжающей организации, осуществлявшей поставку

коммунального ресурса в названные многоквартирные дома.

Получив сведения об отсутствии у управляющей организации

денежных средств на расчетных счетах в банках и имущества, на

которое можно обратить взыскание, судебный пристав-исполнитель

вынес постановление об обращении взыскания на имущественное право

должника – право получения денежных средств по договору,

заключенному с расчетным центром. Расчетный центр, согласно

указанному постановлению, должен был перечислять часть денежных

средств, причитающихся управляющей организации, на расчетный счет

службы судебных приставов до погашения задолженности.

Ссылаясь на то, что в результате неисполнения расчетным центром

указанного постановления судебного пристава-исполнителя

ресурсоснабжающей организации причинены убытки, возможность

взыскания которых с управляющей организации утрачена,

ресурсоснабжающая организация обратилась в суд с иском к расчетному

центру о взыскании убытков.

В определении по данному делу Судебная коллегия Верховного

Суда Российской Федерации указала следующее.

В целях надлежащего исполнения возбужденного исполнительного

производства ст. 68 Федерального закона от 2 октября 2007 г. No 229-ФЗ

«Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном

производстве) предусмотрены меры принудительного исполнения,

совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с

должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего

взысканию по исполнительному документу.

Одной из таких мер в соответствии с п. 3 ч. 3 ст. 68 Закона об

исполнительном производстве является обращение взыскания на

имущественные права должника, в том числе на право получения

платежей по исполнительному производству, в котором он выступает в

качестве взыскателя, на право получения платежей по найму, аренде, а

также на предусмотренные в этом пункте исключительные права,

принадлежащие должнику.

При принятии постановления об обращении взыскания на

имущественные права управляющей компании - право получения

денежных средств по договору, заключенному с расчетным центром,

судебный пристав-исполнитель обоснованно руководствовался ч. 3

ст. 68 Закона об исполнительном производстве, принимая во внимание

возможность поступления денежных средств на счета управляющей

компании по указанному договору.

Определение No 301-ЭС15-6372

10. При рассмотрении заявления о признании и приведении в

исполнение решения третейского суда, вынесенного против лица, в

отношении которого на момент рассмотрения заявления было

возбуждено дело о банкротстве, суды должны исследовать вопрос о

том, не влечет ли признание решения третейского суда вне рамок

конкурсного производства необоснованное удовлетворение

требований одного из кредиторов и нарушение прав и законных

интересов других кредиторов.

Конкурсный кредитор обратился с кассационной жалобой на

определение суда первой инстанции, удовлетворившее заявление

компании о признании и приведении в исполнение иностранного

арбитражного решения, принятого после возбуждения дела о

банкротстве, на основании которого в рамках дела о банкротстве

требования компании включены в реестр требований кредиторов

общества.

Суд кассационной инстанции оставил определение суда первой

инстанции без изменения.

Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда

Российской Федерации указанные судебные акты были отменены, дело

передано на новое рассмотрение в связи с тем, что судами нарушены

принципы состязательности и равноправия сторон. Конкурсный

кредитор, не являющийся ни стороной договора между компанией и

обществом, ни стороной третейского разбирательства, фактически был

лишен возможности совершения процессуальных действий при

рассмотрении спора в суде первой инстанции, в частности заявления

ходатайства о проведении судебной экспертизы по проверке

подлинности решения третейского суда либо иного документа,

истребования документов у сторон третейского разбирательства,

истребования документов, подтверждающих легитимность третейского

суда «ad hoc».

При новом рассмотрении дела заявленные требования компании о

признании и приведении в исполнение решения третейского суда

удовлетворены. При этом суд отказал в рассмотрении заявления о

фальсификации доказательств, в том числе и по основаниям,

установленным ч. 5 ст. 159 АПК РФ.

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

отменила судебные акты судов нижестоящих инстанций и отправила

дело на новое рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 244 АПК РФ, ч. 2 ст. 5 Конвенции

Организации Объединенных Наций о признании и приведении в

исполнение иностранных арбитражных решений 1958 года, п. 2 Обзора

практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении

оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и

приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных

решений No 156, утвержденного Президиумом Высшего Арбитражного

Суда Российской Федерации 26 февраля 2013 г., суд отказывает в

признании и приведении в исполнение решения иностранного

арбитража полностью или в части в случае, если исполнение решения

иностранного арбитража противоречило бы публичному порядку

Российской Федерации.

Защита охраняемых законом интересов третьих лиц, в том числе в

отношениях с неплатежеспособным должником, важная функция

правосудия, являющаяся элементом публичного порядка государства.

Следовательно, при рассмотрении заявления о признании и

приведении в исполнение иностранного арбитражного решения вопрос о

защите интересов третьих лиц подлежит судебному контролю как

элемент публичного порядка государства исполнения.

Защита интересов конкурсных кредиторов - третьих лиц в процессе

признания и принудительного исполнения иностранного арбитражного

решения осуществляется с учетом принципов и норм законодательства о

несостоятельности.

В соответствии с пп. 28, 34 постановления Пленума Высшего

Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 г. No 35

«О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением

дел о банкротстве», п. 3 Обзора практики рассмотрения арбитражными

судами дел о признании и приведении в исполнение решений

иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о

выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений

третейских судов No 96, утвержденного Президиумом Высшего

Арбитражного Суда Российской Федерации 22 декабря 2005 г., введение

процедур банкротства (наблюдение, конкурсное производство,

финансовое оздоровление или внешнее управление) в целях защиты

публичных интересов и имущественных интересов третьих лиц –

кредиторов должника, находящегося в банкротстве, влечет наступление

предусмотренных законом последствий (в том числе, возможность

предъявления требований кредиторов к должнику по денежным

обязательствам и об уплате обязательных платежей только с

соблюдением установленного законом порядка; приостановление

производств по делам, связанным с взысканием с должника денежных

средств; приостановление исполнения исполнительных документов по

имущественным взысканиям и др.); лицу, подавшему исковое заявление

о взыскании с должника долга по денежным обязательствам или

обязательным платежам до даты введения процедуры наблюдения,

предоставляется возможность либо остаться в рамках процесса по

признанию и приведению в исполнение решения третейского суда, либо

обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве.

Однако на возникновение публично-правовых последствий

отношений процессуальное волеизъявление такого лица не влияет:

исполнительный лист в ходе упомянутых процедур банкротства по

такому отдельному делу не выдается в силу запрета на осуществление

по подобным требованиям исполнительного производства в процедурах

наблюдения, финансового оздоровления и внешнего управления и в

целях обеспечения баланса прав всех кредиторов должника.

Рассматривая заявление о выдаче исполнительного листа на

принудительное исполнение решения третейского суда, вынесенного

против лица, в отношении которого на момент рассмотрения заявления

было возбуждено дело о банкротстве, суды должны были исследовать

вопрос о том, не влечет ли легализация решения третейского суда вне

рамок конкурсного производства необоснованное удовлетворение

требований одного из кредиторов и, как следствие, нарушение прав и

законных интересов других кредиторов.

Исходя из указанных выше принципов и принимая во внимание,

что дела о банкротстве направлены в том числе на защиту публичного

порядка, равно как и интересов кредиторов должника, последние вправе

оспаривать судебные акты, на которых основано заявленное в деле о

банкротстве требование.

Доказывая нелегитимность решения третейского суда, конкурсному

кредитору достаточно представить суду доказательства «prima facie»,

подтвердив существенность сомнений в наличии долга, поскольку в

противном случае на него налагалось бы бремя доказывания

отрицательных фактов, что недопустимо с точки зрения поддержания

баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения.

При этом другая сторона, настаивавшая на наличии долга, как

участник третейского разбирательства должна представлять

доказательства, подтверждающие факты его проведения и

действительность решения третейского суда.

Определение No 305-КГ15-5805

Разрешение споров, возникающих из публичных правоотношений

11. Субсидия, полученная налогоплательщиком из бюджета

субъекта Российской Федерации, источником финансового

обеспечения которой являлись в том числе и целевые

межбюджетные трансферты, предоставленные из федерального

бюджета, не может рассматриваться как субсидия, предоставленная

из федерального бюджета. Получение указанных бюджетных

средств не влечет налоговые последствия, предусмотренные подп. 6

п. 3 ст. 170 НК РФ.

В соответствии с постановлением администрации субъекта

Российской Федерации обществу в рамках ведомственной целевой

программы поддержки сельскохозяйственных производителей выделена

субсидия на возмещение затрат, связанных с оплатой приобретенных им

товаров (работ, услуг).

По результатам выездной налоговой проверки налоговой

инспекцией принято решение об отказе в привлечении общества к

ответственности за совершение налогового правонарушения, уменьшении налога на добавленную стоимость, излишне заявленного к

возмещению, начислении пени за несвоевременную уплату налога на

добавленную стоимость.

Основанием доначисления указанных сумм налога послужил вывод

инспекции о нарушении обществом требований подп. 6 п. 3 ст. 170

Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) в связи с

тем, что налогоплательщик при получении субсидий из бюджета

субъекта Российской Федерации на возмещение затрат, связанных с

оплатой приобретенных товаров (работ, услуг), не восстановил налог,

ранее принятый заявителем к вычету. При этом налоговым органом

сделан вывод, что указанные субсидии предоставлены

налогоплательщику из федерального бюджета и включали в себя суммы

налога на добавленную стоимость.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании

решения налоговой инспекции недействительным в части уменьшения

налога на добавленную стоимость, заявленного к возмещению, и

начисления пени.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения

постановлениями суда апелляционной инстанции и арбитражного суда

округа, в удовлетворении требований общества отказано.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды

квалифицировали полученные обществом средства в качестве средств

федерального бюджета и указали, что субсидии на возмещение части

затрат, связанных с оплатой приобретенных заявителем товаров (работ,

услуг), включали в себя в том числе затраты по налогу на добавленную

стоимость, следовательно, их получение в силу положений пп. 6 п. 3

ст. 170 НК РФ влечет обязанность по восстановлению ранее принятого к

вычету налога на добавленную стоимость.

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

отменила указанные судебные акты, удовлетворила заявление общества

и признала недействительным решение налогового органа по

следующим основаниям.

Из положений подп. 6 п. 3 ст. 170 НК РФ следует, что в случае если

субсидии выделены из иных бюджетов бюджетной системы Российской

Федерации на возмещение указанных затрат, то в отношении таких

субсидий данная норма не применяется.

Согласно постановлению администрации Брянской области от

30 декабря 2011 г. No 1308 формирование средств на реализацию

целевой программы в общей сумме производилось из трех источников:

из собственных источников бюджета субъекта Российской Федерации;

внебюджетных источников; иных источников (в том числе средств

федерального бюджета).

Постановлениями Правительства Российской Федерации от

14 июля 2007 г. No 446 «О Государственной программе развития

сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной

продукции, сырья и продовольствия на 2008–2012 годы», от 17 декабря

2010 г. No 1042 «Об утверждении Правил распределения и

предоставления субсидий из федерального бюджета бюджетам

субъектов Российской Федерации на поддержку экономически

значимых региональных программ развития сельского хозяйства

субъектов Российской Федерации» предусмотрено предоставление

федеральных субсидий на поддержку сельского хозяйства субъектам

Российской Федерации.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 22 ноября

2012 г. No 2147-р утверждено распределение субсидий, предоставляемых

из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации

на софинансирование расходных обязательств субъектов Российской

Федерации, связанных с поддержкой экономически значимых

региональных программ развития сельского хозяйства субъектов

Российской Федерации.

В соответствии с п. 2 ст. 40 Бюджетного кодекса Российской

Федерации (далее – БК РФ) денежные средства считаются

поступившими в доходы соответствующего бюджета бюджетной

системы Российской Федерации с момента их зачисления на единый

счет этого бюджета.

Пунктами 1 и 4 ст. 41 БК РФ предусмотрено формирование

бюджета субъекта Российской Федерации из различных источников -

налоговых и неналоговых поступлений, безвозмездных поступлений.

Полученные из федерального бюджета субсидии являются одним из

видов доходов бюджета субъекта Российской Федерации.

Таким образом, поступившие из федерального бюджета денежные

средства в виде субсидий на поддержку производителей

сельхозяйственных товаров становятся собственными доходами

бюджета субъекта Российской Федерации, имеющими целевое

назначение.

Следовательно, субсидия, полученная налогоплательщиком из

бюджета субъекта Российской Федерации, источником финансового

обеспечения которой являлись в том числе и целевые межбюджетные

трансферты, предоставленные из федерального бюджета, не может

рассматриваться как субсидия, предоставленная из федерального

бюджета. Получение же указанных бюджетных средств не влечет

налоговые последствия, предусмотренные подп. 6 п. 3 ст. 170 НК РФ.

С учетом изложенного оснований для вынесения налоговым

органом решения в оспариваемой части не имелось.

Определение No 310-КГ15-8772