Обновление по прошествии 20-ти лет

2000

Прошла уже четверть века с тех пор, как Тед Банди позвонил попросить у меня помощи, сказав, что является подозреваемым в исчезновении более дюжины молодых женщин. Воспоминания об этом звонке всё ещё будоражат меня. Хотя я склонна представлять Теда в начале его третьего десятка, в 2000-ом ему исполнилось бы 54. Но он умер на электрическом стуле в тюрьме Рэйнфорд в Старке, Флорида, почти дюжину лет назад. В моей и общественной памяти он останется молодым и красивым человекам. Его физическая привлекательность помогла сделать его мифическим персонажем, антигероем, который продолжает интриговать читателей, многие из которых даже не родились, когда он совершал свои ужасные преступления. Тед Банди давно уже стал олицетвоерием серийного убийцы. Даже Джон Хинкли, стрелявший в президента Рональда Рейгана, был в восторге, когда Тед ответил на его письма. С Тедом переписывался и Дэвид Берковиц – «Сын Сэма».

Как и безрадостые поступки других убийц, охваченные популярной культурой, ужасающие детали одержимой охоты Теда со временем стали размыты, а в памяти людей остался только мудрый «изгой Тед». Это прискорбно, потому что молодые женщины должны знать, что Тед Банди не был единственным. Есть и другие, подобные ему, и они тоже опасны.

 Время от времени я наивно полагала, что увлечение Тедом сойдёт на нет и, что мне больше никогда не придётся вспоминать о нём. Я давно приняла, что придётся отвечать на вопросы о нём до конца жизни. Не так давно я лежала в операционной, где анестезиолог готовился усыпить меня перед операцией. Одна из медсестёр подошла ко мне и заговорила мягким озабоченным голосом.

– Энн, – начала она.

– Да? – я думала, она хотела спросить о моём самочувствии.

– Скажите, – продолжила она. – Каким на самом деле был Тед Банди?

Я отключилась прежде, чем смогла сформулировать ответ, – вот и хорошо. Вряд ли у меня или у кого-то другого, кто знал Теда, найдётся ответ на этот вопрос. Сомневаюсь, что он сам знал. Знаю только, что моё мнение эволюционировало обратно пропорционально общественному принятию Теда в качестве фольклорного персонажа. Когда я перечитала свою оценку, данную Теду в 70-х, я поняла, что проделала долгий путь, прежде, чем пришла к действительному осознанию. За почти 3 десятилетия, минувшие с тех пор, как я впервые увидела Теда, я была вынуждена принимать всё более неприятные истины. Человеческий разум, включая мой, создаёт сложные бессознательные схемы, позволяющие справиться с ужасом.

Мои воспоминания о Теде ясны, но раздвоенны. Я помню двух Тедов. Одного – молодого человека, сидящего рядом со мной две ночи в неделю в сиэтлской Кризисной клинике. Другого – вуайериста, насильника, убийцу и некрофила. Пытаясь изо всех сил, я всё ещё не могу объединить их в одно целое. Разглядывая их через воображаемую призму, я не могу наложить убийцу на многообещающего студента. И не только я. Большинство из тех, кто его знал, сталкиваются с подобной двойственность.

Поэтому при работе я всегда разделяю двух Тедов. Когда сижу на полицейских семинарах и смотрю слайды мертвых жертв Теда – тех, кого нашли до того, как тела разложились до костей – я вижу подтверждения его возвращений на места преступлений, чтобы с помощью нумелого макияжа подчеркнуть губы, глаза и нанести румянец на бледные щёки. Я понимаю, что это было сделано вторым Тедом. Я понимаю, что он занимался не только жестокими преступлениями, но и некрофелией. Умом я могу совладать с этим, но всегда стараюсь не допустить эмоционального вовлечения. Даже, когда просто пишу об этом, к горлу подкатывает комок, а волосы на голове встают дыбом.

Тед Банди – единственый человек, которого я никогда не могла рассматривать в отрыве от себя. Он единственный, кого я знала до, во время и после его преступлений и, надеюсь, другого такого никогда не будет. Пусть я не остановила бы казнь, если бы была такая возможность, но стараюсь не видеть его посмертных фотографий. В первый раз увидела такой снимок на обложке таблоида в магазине Британской Колумбии. Сегодня снимки его мёртвого тела распространились по интернету[141]. Когда они неожиданно появляются на экране, я быстро кликаю мышкой, чтобы убрать их с глаз.

С появлением интернета я услышала больше историй, чем когда-либо раньше от женщин, столкнувшихся с Тедом Банди – и выживших, чтобы рассказать об этом. Во время лекций я вижу тревожные взгляды женщин, подходящих ко мне рассказать о пережитом страхе. Как и раньше, я понимаю, что не все из них действительно повстречали Теда Банди. Но некоторые – да. Это женщины, которым сейчас за 50, и они очень изменились по сравнению со своими молодыми версиями, которые воспитывались в атмосфере 60-х и 70-х, когда было в порядке вещей заниматься автостопом и доверяться незнакомцам.

 Одна из них рассказала мне о приятном мужчине в «фольксвагене», который отвёз её в западном направлении от Спокана, Вашингтон, свернул с автострады Ай-90 на пустынную дорогу и достал наручники.

– Мне удалось отбиться от него и выскочить в кусты, – вспоминала она. – Он уехал, но я слышала, что машина остановилась где-то рядом; я знала – он поджидал меня. Я просидела в кустах полыни несколько часов и снова услышала звук заводящегося двигателя. Я не была уверена уехал ли он. Я замёрзла и от долгого нахождения в одном положении затекли руки и ноги. Я побежала в дом на ранчо и меня впустили.

Когда позже она увидела фотографию Теда Банди – она узнала его. Она дрожала, вспоминая тот вечерь спустя четверт века, когда была уверена, что умрёт.

Другая женщина вспоминала дождливый вечер, когда заблудилась на машине в районе Университета Вашингтона в Сиэтле. Она заметила светлый «фольксваген», следующий за ней по улицам. Заехав в тупик, она вынуждена была остановиться, и преследователь остновился позади неё.

– Рядом показались подростки, – сказала она. – Мужчина поспешил обратно в свою машину и сдал назад. Это был Тед Банди. Уверена, это был он.

Не никаких сомнений в том, что Тед постоянно занимался наблюдением и выслеживанием. Он вынужден был делать это. Должно быть, на каждую несчастную девушку, которую он заманил или силой вынудил сесть в свою машину, приходится десять девушек, которым удалось уйти. Больше всего в их рассказах меня поражает то, что они испытывают страх даже спустя 10 лет после смерти Теда. Через одну они ругают себя за то, насколько глупы были, что пошли с незнакомым человеком и чувствуют вину за то, что выжили в то время, как другие девушки – нет.

Я знаю, что буду и дальше получать письма. 2 пришло, пока я писала эти строки.

* * *

Осенью 1999 мне довелось побывать в городе, где однажды появился Тед. Я читала полицейские отчёты о последней поимке Теда во Флориде в ранние часы 15 февраля 1978, но никогда до этого не была в Пенсаколе. Меня пригласили провести семинар на ежегодной конференции доктора Фила Ливайна для судмедэкспертов и детективов.

Расположенный близко к Мексиканскому заливу, находящийся на пути ураганов, Пенсакола – город, прославленный как своими традициями, так и технологиями. В нём есть с любовью восстановленные старые дома и шикарные особняки с бассейнами, где живут состоятельные пенсионеры. Старая железнодорожная станция теперь является частью отеля, и вкуснейшее барбекю для посетителей конференции подают в павильоне, в котором находится экспозиция старых торговых прилавков. Во влажном жарком климате деревья и растительность разрастаются густыми и массивными. Над головой летают «Блу Энджелс», совершая тренировочные манёвры, после взлёта с домашней базы военно-воздушных сил Пенсаколы.

 22 года назад атмосфера Пенсаколы не имела значения для Теда Банди. Он просто проезжал мимо, направляясь на запад. Во время перерывов в конференции несколько детективов Пенсаколы провели для меня увлекательную экскурсию. Это был жилой район в блоке от федеральной трассы № 10, – центрального восточно-западного пути. Приземистые каркасные дома с крытыми крыльцами с задней стороны выходили на хонки-тонк бары и остовы разбитых машин. То были грязные улицы с потрёпанными деревьями и исхудалыми шныряющими кошками.

  Худшее место из всех, где Тедом могла овладеть его одержимость. Я поняла, почему местные жители негативно отнеслись к пенсакольскому полицейскому Дэвиду Ли, когда увидели его, борющимся с человеком на земле. В этом районе полицию недолюбливали.

Мы проехали мимо полицейского отделения, и мои гиды указали на задний вход, через который провели арестованного «Кеннета Миснера». Очень давно Тед звонил мне из этого здания. Странно было видеть его. Странно было находиться в Пенсаколе – последнем месте, где он был свободным. В конференц-центре были фотографии тела Теда в компьютерной программе, разработанной для детективов. Он достиг такой степени бесславия, что это делает его объектом почти всех полицейских конференций, но он проиграл битву одному единственному из них в причудливом флоридском городе, который он хотел видеть только в зеркале заднего вида.

Многие семьи молодых девушек, считающихся жертвами Теда Банди, так и не получили останки своих дочерей. Время от времени в прилегающих к городу местностях обнаруживаются части скелетов, но до сих пор невозможно идентифицировать их принадлежность. Да, за прошедшие годы было перепутано несколько скелетов, но проведение идентификации с помощью метохондрических тестов ДНК, почти гарантирует, что такого больше не повторится. Останки Дженис Отт и Денис Насланд, двух девушек, пропавших из Государственного парка Лэйк Саммамиш 14 июля 1974 были навсегда утеряны во время переезда Службы судебно-медицинской экспертизы округа Кинг. Их семьи подали в суд и в конечном счёте округ Кинг выплатил каждой семье по 112 тысяч долларов.

Прошедшие годы тяжело сказались на родственниках жертв Теда. Умерло несколько родителей. Среди них – Элеарор Роуз, мать Денис Насланд, ушедшая в начале 2000-го. Элеанор сохранила комнату Денис нетронутой с того утра, когда Денис уехала на пикник на озеро Лэйк Саммамиш. Её мягкие игрушки так и остались лежать на кровати, а одежда висеть в шкафу. Машина Денис осталась припаркованной перед домом её матери.

Одной из самых больших загадок о Теде Банди по-прежнему остаётся его причастность или непричастность к исчезновению Энн Мари Берр, которой было 8 лет, когда её видели в последний раз 31 августа 1961. Энн Мари жила в Такоме, Вашингтон. И Тед тоже. Тогда ему было 14 и, по словам Берров, по утрам он разносил газеты.

Детективы, проводившие расследование, никогда не считали Теда Банди возможным подозреваемым. Сам он отрицал любые обвинения и в 1986 написал Беррам: «Я не знаю, что случилось с вашей дочерью, Энн Мари. Я не имею никакого отношения к её исчезновению. Вы сказали, она пропала 31 августа 1961. В то время я был обычным 14-летним подростком. Я не бродил по улицам поздними вечерами. Я не угонял машины. И у меня абсолютно не было желания причинять кому-либо вред. Я был среднестатистическим парнем. Ради вашего же блага, вы должны понять это».

Существует много показателей того, что Тед Банди не был обычным, среднестатистическим подростком. Его матери, Луиз, сейчас 75[142], и она настаивает, что он не тот, кто забрал Энн Мари.

– Мы были очень дружной семьёй, – говорит Луиз. – Он жил здесь. А все эти вещи случались, когда его не было.

Луиз Банди считает, что в то время Тед был слишком мал, чтобы силой забрать Энн Мари из дома.

– Она была сильной маленькой личностью, – вспоминал её отец, Дональд Берр. – Вы были счастливы находится рядом с ней. Она была просто обычной маленькой девочкой.

30 августа Энн Мари поужинала у подружки, живущей по соседству и была приглашена остаться на ночь, но её мать, Беверли, сказала «нет». В тот вечер дети Берров отправились спать около 8:30. Энн была старшей. Грег и Джули спали в подвале с их собакой, родители на первом этаже, а Энн и Мэри наверху. Было около 11-ти, когда Энн привела к родителям Мэри, потому что она ревела и жаловалась на сильный зуд под гипсом на сломанной руке.

Затем обе девочки вернулись в кровати. В 5 утра Беверли поднялась и увидела, что за окном разыгрался сильный ветер и ливень. В гостиной было открыто окно.

Энн пропала.

И до сих пор числится пропавшей, несмотря на объявленные вознаграждения, обширные поиски, на детективов, прятавшихся месяц в подвале Берров в ожидании звонка о выкупе. Это было самое страшное испытание в жизни Берров – оставаться в неведении относительно судьбы их маленькой белокурой дочки. Дом, в котором они жили, напоминал о её пропаже. Через 6 лет они переехали, но сохранили старый телефонный номер на случай звонка от неё или кого-то, кто мог рассказать о ней.

И однажды такой звонок поступил. От женщины, утверждающей, что она была их пропавшим ребёнком. Она назвала конкретные вещи: домашнее животное – каранейку, какие-то смутные воспоминания. Но тест ДНК исключил все шансы на то, что это была Энн Мари.

Дональд Берр уверен, что видел Теда Банди в яме на строительной площадки в кампусе Университета Пьюджет-Саунд в утро исчезновения Мари Энн. За годы меня многие спрашивали о связи Теда с Энн Мари. Убедительней всего была женщина, написавшая по электронной почте и утверждавшая, что, когда она была подростком, 19-летний Тед, взял её с собой показать, где спрятал тело. Хотя она отказалась рассказать об этом подробнее.

Берры усыновили дочь, Лору, и каким-то образом продолжили жизнь без Энн Мари. Но они никогда не прекращали поиски. 18 сентября 1999 в церкви Святого Патрика в Такоме они устроили поминальную службу по Энн Мари, которой могло быть 47. Маленькую девочку, будто растворившуюся в воздухе, пришли вспомнить сотни людей. Берры придумали для службы центральную тему: бабочки. Бабочки означали, что Энн Мари была свободна и в безопасности, паря над землёй, где никто не мог добраться до неё и навредить.

Прошло много времени. Боб Кеппел и Роджер Данн, два молодых детектива, расследовавшие убийства Банди в середине 70-х, теперь в отставке. Данн основал очень успешное частное разыскное агенство. Боб Кеппел известен, как эксперт по серийным убийствам. Он пишет книги, выступает консультантом в профильных делах и ведёт очень популярный курс, названный попросту «Убийства» в Университете Вашингтона. Он создал Информационное подразделение по учёту преступлений – компьютерную систему, объединяющую информацию по убийствам, изнасилованиям, пропавшим без вести, сексуальным нападениям и другим преступелниям в Вашингтоне и Орегоне.

Следователи, гонявшиеся за Тедом Банди, за годы узнали много всего об этом убийце-социопате с садистскими наклонностями, и эти знания вполне способны сохранить жизни потенциальных жертв серийных убийц, появившихся после Банди.

И если так, то это хоть что-то позитивное в этих трагедиях и утратах.

                                                               Энн Рул, 22 апреля 2000.

Обновление по прошествии 20-ти лет - №1 - открытая онлайн библиотека