НОВЫЕ ФОРМЫ, И НОВЫЕ ИМЕНА. ОТ 50х К 90м ГОДАМ

В первые годы после Победы люди театра испытывали подъём, но их жажда творчества, их энергия нередко растрачивались впустую. Наступили не радостные, а мрачные времена. Борьба с "космополитами" нанесла сцене ощутимый удар, обеднила репертуар. Режиссёрские работы в большинстве не утратили художественный уровень: продолжали ставить спектакли Завадский и Охлопков, в театре работали ученики Мейерхольда, в Ленинграде на сцене Театра комедии фантазировал и шутил Н. Акимов, в Москве Театр имени М. Н. Ермоловой возглавил А. М. Лобанов (1946 г.). Но пауза ощущалась, однообразие театральной жизни становилось очевидно. Ситуация усугублялась настойчивым официальным утверждением стиля Художественного театра: на сцене всё должно быть как в жизни, но несколько приукрашено - это не могло иметь отношения к Станиславскому и искажало его идеи. Наступили серые будни, театр перестал быть праздником, утратив шутовской колпак с бубенчиками и одновременно плащ и мантию романтического героя. Появлялись хорошие, значительные актёрские работы, выходили премьеры, но событий не было. Спасала классика. В старых пьесах актёры могли ярче показать себя, полнее проявить свой талант. Это не всегда было возможно в слабой, бесконфликтной, грубо пропагандистской современной драматургии.

Но инакомыслие, антимхатовские формы безжалостно искоренялись и в случае обращения к классической драматургии. Таиров показал чеховскую "Чайку" с Алисой Коонен, поставил в 1946 г. пьесу Горького "Старик" - поэтика Камерного театра оказалась не ко двору. В 1949 г. Таиров был уволен, а в следующем году театр закрыли. Перемены начались после марта 1953 г., а подлинно свободное дыхание театр обрёл после XX съезда КПСС. Казалось, что наступили замечательные времена и можно творить, как диктует вдохновение, ставить мировую драматургию, знакомить публику с трактованным по-новому Чеховым и Шекспиром, предлагать зрителям пьесы современных зарубежных авторов. Ощущения свободы, радости творчества, настроения подъёма хватило надолго. Театр предлагал всё новые и новые открытия, появлялись новые коллективы, обрели голос молодые режиссёры, оживились актёры, помолодели те, кто считал, что истинно творческая жизнь позади.

В 1956 г. несколько студентов Школы студии имени В. И. Немировича Данченко при МХАТе поклялись друг другу всегда оставаться верными учению К. С. Станиславского и даже расписались в том собственной кровью. Они и оказались создателями нового театра во главе со своим лидером - Олегом Николаевичем Ефремовым (1927- 2000). Молодые актёры по-прежнему были горячо преданы идеям основателей МХАТа, но полагали, что главный театр страны переживает эпоху упадка. Из этого сочетания восхищения и неприятия родился "Современник" - один из редких советских театров, созданных силами самих артистов, а не по указу властей. Он открылся спектаклем "Вечно живые" (1957 г.). Пьеса Виктора Сергеевича Розова (родился в 1913 г.) о любви молодых людей, которую оборвала война, вскоре легла в основу знаменитого фильма Михаила Калатозова "Летят журавли". Считая себя студией при МХАТе, "Современник" стремился возродить ту творческую обстановку, которая царила в Художественном театре на заре его существования. Был написан специальный устав актёрского товарищества. Всё решали со обща: вместе обсуждали новые пьесы и спектакли, строго критиковали друг друга и даже своего руководи теля Олега Ефремова.

Вокруг студии собирались самые яркие писатели, художники, музыканты, критики. Ранние спектакли "Современника" разительно отличались от привычного театрального фона достоверностью и искренностью актёрской игры. Их стиль был схож со стилем итальянского неореализма - нового европейского кино, которое потрясло в те годы мир. Это был театр общественной правды. Актёры на сцене разговаривали и двигались, как самые обычные люди, и мучились теми же вопросами, что и большинство сидящих в зале. Чистый юноша Александр Адуев (Олег Табаков) из спектакля "Обыкновенная история" (1966 г.; по роману А. И. Гончарова) на глазах у зрителей превращался в циника и приспособленца - и это тоже был сюжет, словно взятый из жизни. С годами "Современник" становился всё меньше похож на студию и всё больше - на "нормальный" театр. Труппа пополнилась новыми именами: вслед за Евгением Евстигнеевым и Игорем Квашой, Олегом Табаковым и Михаилом Казаковым в театр пришли Анастасия Вертинская, Марина Неёлова, Константин Райкин, Олег Даль, Валентин Гафт, Авангард Леонтьев. А в 1970 г. Олегу Ефремову предложили возглавить Художественный театр. Решение оставить своё детище и попытаться спасти легендарный, но полуживой МХАТ потребовало от создателя "Современника" немалого мужества. Ефремов позвал за собой всех артистов, с которыми работал. Большинство отказалось. А осиротевший "Со временник" в 1972 г. возглавила Галина Борисовна Волчек (родилась в 1933 г.).

В начале 70х гг. Волчек пригласила в "Современник" молодого режиссёра Валерия Владимировича Фокина (родился в 1946 г.), первый же спектакль которого - "Валентин и Валентина" (1976 г.) - имел большой успех. В 1977 г. "Современник" пере ехал. Легендарный особнячок на Триумфальной площади около гостиницы "Пекин", хорошо знакомый каждому москвичу, снесли. Труппа "Современника" обрела новый дом в здании бывшего кинотеатра "Колизей" на Чистых прудах. "Современник" конца XX - начала XXI в. - театр крепкий и респектабельный. Теперь здесь любят масштабные постановки. Этот театр очень далеко ушёл от искренности и фальши. Одним из активных единомышленников Эфроса был молодой артист ЦЦТ Олег Ефремов, вскоре возглавивший театр студию "Современник".В 1964 г. Анатолий Эфрос стал главным режиссёром Театра имени Ленинского комсомола. Он успел проработать там всего три сезона. Поставил "Чайку" (1966 г.) с бунтующим мальчишкой Треплевым - очень резкий спектакль, в котором не было ничего от привычного мхатовского Чехова. В "Мольере" М. А. Булгакова он говорил об уничтожении художника властью, о том, каким унижениям могут подвергнуть творца. Через некоторое время после премьеры "Мольера" Эфроса сняли с должности главного режиссёра.

Он перешёл в Московский драматический театр на Малой Бронной; вместе с ним ушли десять актёров. Здесь искусство Эфроса достигло расцвета и настоящей зрелости. Здесь выкристаллизовалась свободная режиссёрская манера, в основе которой лежал точный разбор "изогнутой проволочки" психологического со стояния героев. Эфрос являлся приверженцем разносторонности: персонажи его спектаклей были живыми людьми - в чем-то хорошими, в чем то слабыми или даже дурными. Любимые актёры Эфроса (Николай Вол ков, Ольга Яковлева, Лев Дуров, Лев Круглый и другие) умели донести до зрителя всю палитру чувств. Настоящим пристанищем для режиссёра оказалась классика, позволяющая говорить на вечные темы. Основным мотивом спектаклей становилось предчувствие беды, смутная тревога, до поры до времени не выходящая на поверхность. Так, в "Трёх сестрах" (1966 г.) всё начиналось с ослепительного вальса, в котором кружились несчастные герои. Чулодый внешним эффектам, Эфрос тем не менее будто взрывал изнутри знакомые всем истории, открывая в них новый смысл. Он ставил Шекспира, как Чехова, а Чехова наполнял мощным, почти шекспировским ощущением конца света. Беспомощные владельцы "Вишневого сада" (1975 г.; спектакль был поставлен на сцене Театра на Таганке) ютились на кладбище, не в силах противостоять крушению мира, в которым жили. Эфрос любил своих героев и сочувствовал им.

Он не видел в их метаниях ничего смешного, а в возмездии, которое настигало негодяев, - ничего назидательного. А потому и гоголевская "Женитьба" (1975 г.) в постановке режиссёра лишилась фарсового налёта и оказалась пронзительной историей о несостоявшейся любви. У Эфроса мольеровский "Дон Жуан" (1973 г.) рассказывал не о наказанном развратнике, а о человеке, которого разъедает внутренняя пустота. Постепенно в театральном доме на Малой Бронной наступил кризис. Отношения со "своими" актёрами стали натянутыми. Эфрос выпустил "Тартюфа" (1980 г.) и "Живой труп" (1982 г.) во МХАТе, делал спектакли в Японии, Финляндии. В 1983 г. главный режиссёр Театра на Таганке Юрий Любимов отправился ста вить "Преступление и наказание" в Англию и не вернулся. Он был лишён советского гражданства и освобождён от руководства "Таганкой". Возглавить театр предложили Анатолию Эфросу. Это назначение вы звало мощное сопротивление артистов, преданных своему учителю. Эфрос же хотел только одного - работать. Он надеялся, что совместное творчество понемногу сгладит конфликтную ситуацию.

Но этого не произошло. В 1984 г. Эфрос выпустил "На дне" Горького, где на огромной пустой сцене с кирпичной стеной и зияющими глазницами окон звучала песня Высоцкого "Что за дом такой, погружён во мрак...". Последним спектаклем режиссёра стал мольеровский "Мизантроп" (1986 г.). 13 января 1987 г. Анатолий Эфрос умер от сердечного приступа. Те, кто создал славу отечественного театра 60-80х гг., оставили последователей и учеников, очень разных, талантливых и самостоятельных. Они работают во многих городах России, ставят как драматические, так и оперные спектакли.

ТЕАТРАЛЬНЫЙ РОМАН: МХАТ И МИХАИЛ БУЛГАКОВ.

Михаил Афанасьевич Булгаков (1891 - 1940), уроженец Киева, по первой профессии - земский врач. Он знал и любил театр с детства, а гастроли Московского Художественного театра в Киеве в 1912 г. стали одним из самых ярких впечатлений его молодости. Булгаков обладал серьёзным актёрским дарованием, но лишь в 1934 г. он сыграл на сиене МХАТа свою единственную роль - Судью в спектакле "Записки Пиквикского клуба" по Ч. Диккенсу. Булгаков был наделён и режиссёрскими способностями. Но главным его делом в театре стала драматургия. 15 августа 1925 г. заведующий литературной частью прославленного МХАТа Павел Александрович Марков (1897-1980) принял от начинающего литератора Михаила Булгакова пьесу "Белая гвардия", а 5 октября в Московском Художественном была создана постановочная группа и распределены роли. Так начался десятилетний трагический "роман" Булгакова с театром. Премьера пьесы, в основу которой положен роман "Белая гвардия" о событиях Гражданской войны, состоялась в октябре 1926 г. Это была самостоятельная работа мхатовской молодёжи. Разрешения на постановку пьесы добивались на самом высоком уровне - от Совета театра до Главреперткома (цензурной комиссии новой революционной власти). Было предложено более десятка названий, из которых утвердили "Дни Турбиных". Три генеральные ре петиции в присутствии публики прошли с небывалым для современной пьесы успехом. И три первые премьеры - 5, 6, 7 октября 1926 г. - закрепили его. Однако это было только начало "хождения по мукам". Почти сразу после премьеры и на спектакль, и на автора пьесы обрушился град отрицательных откликов. В Доме печати состоялся "Суд над „Белой гвардией"". Результатом этой кампании было решение снять "Дни Турбиных" с репертуара МХАТа. Постановщики воззвали к руководству страны, и благодаря их усилиям спектакль дважды в течение трёх последующих сезонов возвращался на сиену театра. А потом на три года наступил вынужденный пере рыв - "Дни Турбиных" запретили. Затем снова разрешили в феврале 1932 г. - и пьесу играли до 1941 г. Всего за время жизни этого знамени того спектакля его сыграли девятьсот восемьдесят семь раз. Через два года после премьеры "Дней Трубиных" МХАТ взял в работу новую пьесу Булгакова. Она называлась "Бег" (1926-1928 гг.). В пьесе, состоящей из восьми "снов", Булгаков вновь обращался к теме Гражданской войны, к её разрушительным для чело века последствиям.

Постановку "Бега", так же как и когда-то "Дни Турбиных", власти запретили. В отчаянии Булгаков 28 марта 1930 г. написал письмо советскому правительству: "Я предлагаю СССР совершенно честного, без всякой тени вредительства, специалиста - режиссёра и актёра, который берётся добро совестно ставить любую пьесу, начиная с шекспировских пьес и вплоть до пьес сегодняшнего дня. Я прошу о назначении меня лаборантом режиссером в 1 и Художественный театр...". Назначение драматург получил. 18 апреля ему позвонил Сталин. А 10 мая Булгаков написал заявление в отдел кадров МХАТа о приёме на работу на должность режиссёра. Позднее он был принят также в актёрскую труппу. Аля постановки взяли и его инсценировку "Мёртвых душ" Гоголя, и пьесу о Мольере, которая называлась "Кабала святош" (1936 г.). "Мёртвые души" после продолжи тельных и непростых репетиций увидели свет в декабре 1932 г. "Кабалу святош" репетировали вдвое дольше - четыре года, а премьера состоялась лишь в феврале 1936 г. Семь представлений спектакля о жизни Мольера прошли с огромным успехом. А в газетах появились резкие, злые статьи. 9 мар та 1936 г. "Мольера" сняли. Булгаков так и не смог простить театру, что МХАТ не защитил его. 1 октября он перешёл на работу в Большой театр на должность либреттиста консультанта. Свою историю взаимоотношений с МХАТом Булгаков описал уже после разрыва с театром, в повести "Театральный роман" (не закончен, 1936- 1937 гг., опубликован в 1965 г.), которая чуть позже была переименована в "Записки покойника". Чёрный юмор в названии отражал нелёгкую судьбу драматургии Булгакова на ведущей театральной сиене страны. Еще раз мхатовцы обратились к Булгакову с просьбой о создании для них пьесы в год сорокалетия театра. Булгакова просили написать пьесу о Сталине. Он заказ выполнил, но "на верху" пьеса получила резко отрицательный отзыв. И "Батум" не был поставлен. Последняя встреча Булгакова с МХАТом состоялась уже после смерти писателя. 10 января 1943 г. - день премьеры спектакля "Последние дни", о Пушкине. Это был последний спектакль в МХАТе режиссёра В. И. Немировича Данченко. Михаил Афанасьевич Булгаков по хоронен на Новодевичьем кладбище в Москве, недалеко от могил К. С. Станиславского, А. П. Чехова, Н. В. Гоголя.

МАРК ЗАХАРОВ.

Главный режиссёр Московского театра "Ленком" создал своему театру славу и авторитет. При Марке Анатольевиче Захарове (родился в 1933 г.) эта сиена приобрела популярность благодаря постановкам мюзиклов: "Тиль", "Звезда и смерть Хоакина Мурьетты" и "„Юнона" и „Авось"". Шли на сцене и открыто публицистические спектакли, ставит Захаров и классику. "Ленком" под руководством своего режиссёра всегда знает, чем и как поразить зрите ля. Актёры этого театра - настоящие звёзды сиены и экрана.

РЕЖИССЁР ТОВСТОНОГОВ.

В Санкт Петербурге на набережной Фонтанки находится один из самых знаменитых театров нашей страны - Большой драматический театр (БЛТ). Ныне эта сиена носит имя Георгия Александровича Товстоногова (1913- 1989), который возглавил театр в 1956 г. и оставался его руководителем до конца жизни. Родился Товстоногов в Петербурге в семье железнодорожного инженера. Его отец был русским, а мать - грузинкой, и в трудные революционные годы родители переехали в Грузию, в Тбилиси. Увлечение Товстоногова театром началось с самодеятельного школьного кружка. После окончания школы будущий режиссёр работал в Театре юного зрителя. Талантливого юношу направили на учёбу в Москву. Окончив ГИТИС, Товстоногов вернулся в Тбилиси.

Там он работал в ТЮЗе и в Русском театре, преподавал в театральном институте. В 1948 г. переехал в столицу и поставил в Централь ном детском театре спектакль "Где-то в Сибири" (по повести И. Ирошниковой). Незаурядное дарование Товстоногова заметили, и вскоре его назначили главным режиссёром Ленинградского театра имени Ленинского комсомола. Лучшими его спектаклями стали "Дорогой бессмертия" (1954 г.; по документальной повести чешского антифашиста Юлиуса Фучика "Репортаж с петлёй на шее") и "Униженные и оскорблённые" (1970 г.; по роману Ф. М. Достоевского). Товстоногов ставил спектакли и в других театрах Ленинграда. В 1954 г. в Театре комедии имени Н. П. Акимова появились "Помпадуры и помпадурши" М. Е. Салтыкова Щедрина, а в 1955 г. в Театре имени А. С. Пушкина (бывшем Александрийском) - пьеса Вс. Вишневского "Оптимистическая трагедия". За этот спектакль режиссёр получил высшую в те годы награду - Ленинскую премию. Большой драматический театр имел славную историю, но ко времени при хода в него Товстоногова (1956 г.) находился в творческом кризисе. Уже первые спектакли, поставленные новым режиссёром, вернули зрителей в театр, и с тех пор БДТ не видел ни одного непроданного билета. В 50х гг. в театральном искусстве происходили серьёзные перемены. Не случайно, что год прихода Товстоногова в Большой драматический сов пал со временем возникновения в Москве театра "Современник". Самые талантливые деятели театра понимали, что искусство сиены нуждается в обновлении, в новых творческих идеях и приёмах. Товстоногову удалось создать театр, который заговорил на естественном, но сценически очень выразительном языке. Он воспитал блистательных артистов: Евгения Лебедева, Иннокентия Смоктуновского, Павла Луспекаева, Татьяну Доронину, Ефима Копеляна, Зинаиду Шарко, Владислава Стржельчика, Кирилла Лаврова, Сергея Юрского и многих других. Вскоре после прихода в театр, в 1959 г., Товстоногов поставил спектакль, который вошёл в историю русского театра, - "Пять вечеров" драматурга Александра Моисеевича Володина (настоящая фамилия Лифшии, родился в 1919 г.). Новизна заключалась в отсутствии пафоса: спектакль рассказывал о жизни самых обыкновенных людей, герои были показаны с состраданием и любовью.

Режиссёр нашёл новую интонаиию, с которой современная сие на говорит и по сей день. Такие спектакли Товстоногова, как "Идиот" по роману Ф. М. Достоевского, "Варвары" и "Мешане" М. Горь кого, "Горе от ума" А. С. Грибоедова, "Три сестры" А. П. Чехова, "Ревизор" Н. В. Гоголя, "История лошади" по повести Л. Н. Толстого "Холстомер", вошли в историю мирового театра. Классические тексты режиссёр прочёл глазами человека XX столетия, увидев в них мотивы, которые не потеряли актуальности и в наши дни. Много и плодотворно Товстоногов работал с современными авторами. Ставил пьесы А. Н. Арбузова, В. С. Розова, К. М. Симонова, А. В. Вампилова, В. М. Шукшина, А. И. Гельмана, инсценировал произведения М. А. Шолохова ("Тихий Дон" и "Поднятая целина"), В. Ф. Тендрякова ("Три мешка сорной пшеницы"). Эти спектакли неизменно становились событиями в театральной жизни страны. Георгий Товстоногов был режиссером новатором, который не только выпустил много выдающихся спектаклей, но и создал режиссёрскую школу, воспитал последователей, которые, как и их учитель, обновляют сценическое искусство России.

ИННОКЕНТИЙ СМОКТУНОВСКИЙ.

Жарким летом 1955 г. на чердаках и лестничных клетках то одних, то других московских домов ютился рыжеватый молодой человек в потёртом костюме. Был он приезжим, без друзей и работы, и ночевать ему было негде. Днём молодой человек ходил по театрам в надеж де устроиться актёром. Но директорам и главным режиссёрам он не нравился. Лишь в Театр имени Ленинского комсомола его приняли на разовые выходы. Молодого человека звали Иннокентием Михайловичем Смоктуновским (1925- 1994). К моменту своего безрассудного приезда в Москву Смоктуновский был провинциальным артистом со стажем. Сын портового грузчика из Красноярска, прошедший войну, Смоктуновский работал в театрах Красноярска и Сталинграда, Норильска и Махачкалы. Играл много, но отличался неуживчивым характером. В Норильске под нажимом директора театра он взял псевдоним Смоктуновский (его настоящая фамилия - Смоктунович, а директор настаивал на псевдониме Славянин).

Согласно легенде, в 1955 г., хлопнув дверью дирекции Сталинградского драматического театра имени М. Горького после очередного скандала, Смоктуновский сказал: "Если обо мне не услышите через пять лет, буду заниматься другим делом". О нём услышали через два года. В Москве летом 55го Смоктуновский все-таки сумел устроиться в Театрстудию киноактёра, начал сниматься в эпизодических киноро лях. В одной из картин, она называ лась "Солдаты" (1957 г.; по повес ти Виктора Некрасова "В окопах Сталинграда"), ему досталась роль побольше и позначительнее - он сыграл интеллигентного лейтенанта Фарбера. Говорят, именно после этого фильма Смоктуновского за помнил главный режиссёр ленинградского Большого драматического театра Георгий Александрович Товстоногов и пригласил на роль князя Мышкина в инсценировке романа "Идиот" Ф. М. Достоевского (1957 г.). Режиссёр решил, что у этого неизвестного и очень странного артиста "глаза Мышкина". Увидев на сиене интеллигентного, обезоруживающе доверчивого и какого-то бесплотного "рыцаря бедного" - князя Мышкина в исполнении Смоктуновского, публика середины 50х испытала настоящий шок. Перед зрителями предстала глубокая, оригинальная и бесконечно цельная личность. Это было похоже на чудо: Смоктуновский явил на сцене чистую красоту человеческой души. "После войны, после разрухи и голода людей очень интересовал быт, а я в конце 50х пришёл и сказал: „Дух!". И они откликнулись" - так объяснял актёр свой триумф. Роль князя Мышкина сделала из тридцатидвухлетнего Смоктуновского главного интеллектуального артиста страны. На Смоктуновского буквально обрушились предложения, в основ ном связанные с кино. Актёр сыграл блистательного физика Куликова в картине Михаила Ромма "Девять дней одного года" (1962 г.), шало пая Геннадия в "Високосном годе" Анатолия Эфроса (1962 г.), Гамлета в одноимённом фильме Григория Козинцева (1964 г.), Деточкина в комедии Эльдара Рязанова "Берегись автомобиля" (1966 г.). Он снялся даже в роли Ленина ("На одной планете", 1966 г.). В конце концов от переутомления Смоктуновский заболел туберкулёзом глаз и на некоторое время был вынужден уйти из кино. После триумфального Мышкина Смоктуновский несколько лет не вы ходил на сцену. В 1973 г. он сыграл страдающего и человечного царя Фёдора Иоанновича (в спектакле Малого театра "Царь Фёдор Иоаннович"; пьеса А. К. Толстого). А в се редине 70х гг. пришёл во МХАТ. Его Иванов в чеховском спектакле Олега Ефремова (1976 г.) - человек не столько опустошённый и усталый, сколько сосредоточенный лишь на своих мыслях. Он словно мечтал остаться один, разобраться в себе, в своей жизни. Драму Иванова в исполнении Смоктуновского называли "драмой невоплощённости". Казалось, стихия и судьба этого актёра во МХАТе - внешне мягкие чеховские герои. Но в 1984 г. Смоктуновский резко, утончённо и устрашающе подробно сыграл историю жизни и распада личности Иудушки Головлёва в спектакле Льва Долина "Господа Головлёвы" по одноимённому роману М. Е. Салтыкова Щедрина. Виртуозный демагог Порфирий Петрович - Иудушка в конце спектакля превращался в какого-то безобразного вурдалака. Однако даже в финале этот омерзительный персонаж вызывал восхищение благодаря бесстрашию и блеску актёрской игры.

ЛЮБИМОВ И "ТАГАНКА"

В самом конце апреля 1964 г. в старом, давно ожидавшем ремонта здании Театра драмы и комедии состоялась премьера пьесы Бертольта Брехта "Добрый человек из Сезуана". Это был выпуск ной спектакль Высшего театрального училища имени Б. В. Щукина, диплом ная работа курса, которым руководил вахтанговский актёр Юрий Петрович Любимов (родился в 1917 г.). Режиссёрские способности у героя любовника классических и современных спектаклей проявились неожиданно и блестяще. На сиене забытого и зрителями, и критиками театра молодые актёры, вчерашние студенты, разыгрывали притчу об опасности доброты в жестоком мире. Играли они раскованно и заразительно, пели песни под гитару и аккордеон, жили в роли со всей страстью и в то же время "с холодком отчуждения".

Оказалось, что великие традиции можно оживить и освоить, вспомнив о театральности Вахтангова и об остроте мейерхольдовских мизан сцен, об условности восточного театра и о безоглядной патетике русских трагиков. Начало новому театру было положено. Отныне театральная Москва (а спустя несколько лет и Европа) следили за тем, что происходит у Любимова на Таганке. За брехтовскими спектаклями последовали поэтические композиции: на сиену вернулась поэзия, за звучали стихи Андрея Вознесенского ("Антимиры", 1965 г.) и молодых поэтов, погибших на войне ("Павшие и живые", 1965 г.). Потом Любимов снова обратился к Брехту - осенью 1966 г. состоялась премьера спектакля "Жизнь Галилея" с Владимиром Семёновичем Высоцким (1938-1980) в главной роли. Театр приобрёл героя, выразившего себя сполна, понятного всем. Спустя несколько лет Высоцкий сыграл Гамлета. Хриплым, срывающимся голосом он поведал о том, что "время вывихнуло сустав" - здесь, за стенами театра, в этой стране. На Таганке говорили о несвободе, о гнёте обстоятельств, но сам факт существования такого театра, актёрская игра, очень личная и откровенная, пророчествовали о грядущих переменах. Любимов познакомил зрителей с дерзкими и в то же время продуманными, выстраданными трактовками русской и зарубежной классики. В репертуаре Театра на Таганке долгое время сохранялись "Тартюф" Мольера и "Преступление и наказание" Достоевского, "Гамлет" Шекспира и "Три сестры" Чехова.

Зрителей поразила любимовская версия романа М. Булгакова "Мастер и Маргарита" с ироничным Вениамином Смеховым в роли Воланда. Любимов может на сиене поистине всё, его режиссёрская рука по-прежнему тверда и уверенна, фантазия безгранична, профессионализм бесспорен. Он чувствует каждый миллиметр сценического пространства, как музыкант диезы и бемоли, и это ощущение передаёт актёрам. Вслед за великими режиссёрами XX столетия - Максом Рейнхардтом и Всеволодом Мейерхольдом - и подобно булгаковскому персонажу Любимов заслужил наименование Мастера.

ТЕАТР СТУДИИ.

В конце 80х гг. в стране появилось огромное количество театров студий. На самом деле многие студии воз никли задолго до начала "перестройки" - просто существовали полу подпольно, а после 1985 г. стали легальными. В 1988 г. было создано Всероссийское объ единение "Творческие мастерские" (ВОТМ), под крылом которого и собрались экспериментальные театры. Режиссёр, драматург, автор сценариев, либретто и книг Марк Григорьевич Розовский (родился в 1937 г.) в 60х гг. руководил знаменитой студией "Наш дом" при МГУ. Театр "У Никитских ворот", возникший в 1982 г., - прямой наследник "Нашего дома". Спектакли студии "У Никитских ворот" часто напоминают милый капуст ник с вокальными номерами и музыкой. Спектакли другой студии со стажем - Театра на Юго Западе - всегда "крепко сколочены".

Это театр ярких мизансцен и оглушающей музыки, несколько преувеличенной манеры актёрской игры - мир скорее фантасмагорических масок, чем живых людей. Студия на Юго Западе возникла в 1977 г. как драмкружок рабочей молодёжи. В 80х гг. "Юго Запад" был невероятно популярен: жёсткая эстетика его спектаклей выглядела неожиданно и современно. Актёры здесь бравировали тем, что пришли в театр из "настоящей жизни": они работали водителями троллейбуса, дворниками и в большинстве своём не имели специального образования. Звездой сиены был Виктор Авилов - артист с запоминающимся лицом и выразительной пластикой. История Театра студии под руководством Олега Табакова непроста. Еще в 1974 г. во Дворце пионеров Бауманского района Москвы Олег Павлович Табаков (родился в 1935 г.) организовал студию, где посвящал в тайны актёрского ремесла шестнадцатилетних подростков. В 1987 г. она превратилась в профессиональный театр студию, а в 1992 г. в Театр под руководство О. П. Табакова. "Табакерка" - фаворит и баловень публики. За годы своего существования из приятного, но неяркого театрального содружества "Табакерка" выросла в модный "звёздный" коллектив. Имена Владимира Машкова и Евгения Миронова, Евдокии Германовой и Марины Зудиной, Сергея Безрукова и Виталия Егорова заставляют учащённо биться сердца поклонниц и поклонников "Табакерки". На сцене встречаются популярные молодые звёзды и умудрённые опытом мастера. Совсем другой стиль у Театра студии под руководством Петра Фоменко. В 1993-1994 гг. театральная Москва с увлечением смотрела студенческие спектакли актерско-режиссерского курса Петра Наумовича Фоменко (родился в 1932 г.) в ГИТИСе. Эти дипломные работы составили основу репертуара будущего театра, который стал называться "Мастерская Петра Фоменко".

Участники спектаклей - молодые люди, впитавшие лучшие культурные традиции и при этом несущие что-то свежее и молодое. "Мастерской" долго мыкалась по чужим сценам, пока наконец в 1999 г. не обрела свой дом - помещение бывшего кинотеатра "Киев".В репертуаре театра - остроумная и изящная трактовка пьесы М. И. Цветаевой "Приключение" (1993 г.; спектакль Ивана Поповски о Казанове идёт... в коридоре). Зрительский интерес вызвало "прозрачное" и мудрое прочтение пьесы А. Н. Островского "Волки и овцы", где артисты "Мастерской" сыграли лучшие свои роли (1992 г.; постановка Петра Фоменко). Молодые артисты театра - рыжеволосые сестры близнецы Полина и Ксения Кутеповы, изысканная Га лина Тюнина, органичный, с завидным чувством юмора Юрий Степанов и другие - стали любимцами театральной Москвы. Труппа обновляется за счёт выпускников курсов Петра Фоменко в ГИТИСе (так называемые "младшие фоменки").В подвале дома в Скатертном переулке разместился театр студия "Человек". Художественный руководитель Людмила Рошкован в начале 80х гг. приютила под крышей своего театра группу молодых артистов и режиссёров, некоторое время назад окончивших Школу студию при МХАТе. Здесь можно было увидеть спектакль "Эмигранты", появившийся еще в 1984 г. и шедший почти нелегально. Камерная пьеса Славомира Мрожека была поставлена Михаилом Мокеевым для двух артистов - Романа Козака и Александра Феклистова. Два совершенно разных человека, интеллектуал и простой работяга, загнанные в трущобы чужой страны, доводили друг друга до исступления, почти до от чаяния. Издевались друг над другом, презирали, но всё таки пытались примириться. Выпускники мхатовской школы, пригревшиеся в "Человеке", в конце концов вернулись обратно под крыло МХАТа. На смену им в начале 90х гг. в подвал дома в Скатертном переулке пришли другие - на этот раз ученики Петра Фоменко из ГИТИСа. Всего в Москве насчитывается несколько десятков студий, среди которых и те, которые придерживаются старых традиций, и те, которые стремятся освоить язык и формы театрального авангарда