Глава 1. - Твоя мама принесла мне сегодня письмо, - боль в груди была настолько сильна, что мне приходилось бороться с собой

Эбби Глайнз

Серия: Морской Бриз

История о Кейдже Йорке

Книга Третья

Пока это длится

Пролог

- Твоя мама принесла мне сегодня письмо, - боль в груди была настолько сильна, что мне приходилось бороться с собой, чтобы не согнуться пополам и не закричать, - я читаю каждое последнее слово. По нескольку раз.

Осенний ветер ласкал мое лицо, но он не мог высушить слезы. Слезы были всегда. Они никогда не заканчивались. С трудом сглотнув, я смогла продолжить. Мне нужно, чтобы он услышал меня.

- Это не справедливо, знаешь ли...письмо не правильный способ сказать прощай. Это отстой, Джош. Это отстой.

Всхлип вырвался из моей груди. Я прижала кулак к сердцу. Сколько еще боль будет терзать меня, прежде, чем разлетится на миллион кусочков?

- Ты всегда говорил мне, что мы вместе состаримся. Что мы будем сидеть на веранде и держась за руки наблюдать, как наши внуки играют во дворе. Ты мне пообещал, - с трудом сказала я, и прикоснулась большим пальцем к крошечному желтому бриллианту "солитер", который он надел мне на палец всего лишь шесть месяцев назад.

- Ты нарушил свои обещания. Ты никогда, до этого, так не поступал. Сейчас же ты подвел меня и оставил мне это письмо. Как я должна жить в этим дальше, а? Ты ожидал,что я прочту его и мне станет легче? Ты ожидал, что я пророню несколько слезинок и буду двигаться дальше? Но ответа не было. Ничего, кроме тяжелых букв на листке бумаге в заднем кармане. Оно была таким заплаканным, что несколько слов вообще нельзя разобрать. Да это уже и не имеет значения. Я его помнила наизусть. Каждое. Последнее. Слово.

- Я начала писать тебе письмо и сегодня я принесла его. Мой шанс это лишь несколько прощальных слов - но я не могу. Я не могу кричать и вопить в письме. Слова на бумаге не могут передать эмоции которые бушуют во мне. Я полезла в карман и вытащила потрепанное письмо, которое будет преследовать меня всю мою жизнь.

- Вместо того, чтобы писать тебе письмо, я решила, что отвечу тебе лично. Так будет правильно. Нет...не правильно, - со злостью выкрикнула я, - потому что в этом всем нет ничего правильного, но это все, что у меня есть. Это все, что ты мне оставил."

Я осторожно открыла первую страницу письма. Я не хотела его рвать, потому что слова, написанные в нем, это все, что у меня осталось. Я начала читать вслух:

- Моя Лазурная Ева. Слезы вновь потекли по моему лицу. Одно лишь прочтение имени, которе дал мне Джош, когда нам было девять, было болезненно. Как я смогу прочитать все письмо вслух и не упасть на землю?

- Причина, по которой я пишу это письмо, доставляет мне такую боль, которую ты не можешь себе и представить. Это не то, что я хотел бы, чтобы ты читала, но я знаю, что ты заслуживаешь прощания. Ты заслуживаешь намного больше, чем это, и знает бог, у тебя будет великолепная жизнь, о которой мы мечтали вместе часами. Я перестала читать и подняла взгляд от слов, закрепленных на бумаге.

- Мы строили эти планы, Джош. Ты и я. Это не только мои планы. Это наши планы, черт бы тебя побрал! Как ты мог меня оставить? Мы все распланировали. Все те ночи, проведенные лежа на земле под звездами, обсуждая имена наших детей, цвет нашей спальни, цветы, что будут расти в горшках на нашей веранде, наш летний домик на берегу моря, все это КАСАЛОСЬ НАС ДВОИХ!

Еще одна слеза покатилась по моему лицу и я быстро смахнула ее рукой, прежде чем она упала на лист бумаги. Мне нужно закончить. Как бы трудно ни было это читать, нужно закончить. На этом не поставится точка. Я никогда не смогу поставить точку. Но это будет самое близкое к тому, что я когда-либо могу назвать прощанием.

- Я любил тебя с того самого момента, как взглянул в твои замечательные голубые глаза. Даже в пять лет я знал, что ни одна девушка не сможет занять твое место в моем сердце. Никто никогда с тобой не сравнится. Для меня всегда будешь только ты, Ева Брукс. Всегда. Пожалуйста, помни об этом, ты самое ценное в моей жизни. Никто никогда не сможет затронуть мое сердце так, как это сделала ты. Моя жизнь ознаменована каждым годом, в течение которого я все больше и больше влюблялся в ту необузданную, сумасшедшую, великолепную девушку по-соседству. Я жил, осознавая, что этот неземной ангел хочет быть со мной, что эта восхитительная женщина будет моей женой. Жизнь, которую мы планировали. Жизнь, о которой мы мечтали, была именно тем импульсом, что толкал меня вперед. - Присев на землю, я притянула колени к груди и начала вновь плакать, заставляя себя сфокусироваться на словах, которые я должна дочитать. Я должна. Я должна.

- Я молю господа о том, чтобы тебе никогда не пришлось читать это письмо. Я хочу, чтобы однажды я достал это письмо и дал его тебе прочесть, когда мы будем седыми и старыми. Тогда мы сможешь улыбнуться и понять, как многому мы должны быть благодарны, что это письмо никогда не выполнило свое предназначение. Но Ева, если однажды ты получишь это письмо от моей матери, тогда знай: я любил тебя до своего последнего вздоха. Твой образ был единственным в моей голове, когда я навеки закрыл глаза. Наше с тобой время было превосходней, чем чья-либо жизнь. Жизнь, которую я прожил был раем на Земле, так как я прожил ее с тобой.

- О, господи, Джош. Я не смогу сделать это все без тебя! Я не смогу сделать все это без тебя! Я так люблю тебя. Господи, пожалуйста, пожалуйста, - громко зарыдала я. Никто меня не слышал. Кладбище было пустым. Последние строки письма были самыми невыносимыми. Как он вообще смог подумать, что такие слова возможны?

- Однажды ты смиришься с этим. Для тебя жизнь продолжается. Какой-нибудь другой парень будет счастлив найти приют в твоем сердце. Когда это случится, полюби его. Продолжай идти дальше. Проживи эту счатсливую жизнь, которую ты заслуживаешь. Знай, что я любил тебя. Знай, что ты сделала мою жизнь завершенной. Но двигайся дальше, Ева. Полюби снова. Проживи свою жизнь.

Люблю,

Джош.

Полтора года спустя...

Глава 1

Кейдж

- Спасибо, что подвез, - сказал я, потянувшись за рюкзаком, в котором были упакованы все мои летние вещи.

- Я сделал это ради Лоу, - напомнил мне Маркус Харди уже во второй раз. Моим лучшим другом была девчонка - чертовски горячая девчонка. Маркус, ее жених, порой бывал высокомерной задницей, но я нашел с ним общий язык; мне пришлось это сделать, если я хотел сохранить Лоу в своей жизни. Все дело в том, что он понимал, что Лоу охренительно святая девушка. Пока он помнит об этом и относится к ней как к таковой, я смогу смирится с этим придурком.

- Я в этом и не сомневался, - ответил я, ухмыльнувшись, закидывая рюкзак себе на плечо. Оторвав внимание от Маркуса, я взглянул на большой белый фермерский дом, возвышающийся передо мной. Он был окружен километрами зеленой травы и чертовски огромным количеством коров - это моя лачуга на все лето. Взглянув вновь на Маркуса, я кивнул ему и начал закрывать дверь. Я знаю, ему не терпелось вернуться в Морской бриз, где ждала его Лоу. Никто бы не хотел застрять в этом чертовом коровье городишке.

- Кейдж. Стой, - Маркус окликнул меня до того, как я успел полностью закрыть дверь. Медленно я открыл ее и поднял бровь в вопросе. Чего еще Макрус мог хотеть от мной? Он едва говорил со мной во время часовой поездки сюда.

- Не наделай глупостей, хорошо. Будь разумным. Не садись за руль, пока не получишь назад свои права и постарайся не выводить из себя брата твоего тренера. Твое будущее зависит от этого лета и ты расстраиваешь Лоу. Я не хочу, чтобы она за тебя переживала. Подумай хоть раз о ком-нибудь кроме себя. - Черт побери, я только что получил родительское наставление от Маркуса мать его Харди. Разве это не мило?

- Я знаю, что произойдет, если я все испорчу, Маркус. Но спасибо за напоминание. - Я позволил доле сарказма проникнуть в мои слова.

Маркус нахмурился и хотел было еще что-то сказать, но просто помахал головой и начал сдавать назад. Разговор окончен. Отлично. Парню следует научиться не совать свой нос в чужие дела.

Я захлопнул дверь и вновь обратил свое внимание на дом, в то время как шины грузовика Маркуса резко тронулись с места. Наверное, мне лучше пойти познакомиться со своим смотрителем на это лето и положить начало этому дурдому. Все, что мне нужно, так это сделать этого парня счастливым. Я буду ухаживать за его коровами и выполнять различную физическую работу на протяжении двух с половиной месяцев, и тогда мой тренер не пнет меня под зад из бэйзбольной команды. Вождение в нетрезвом состоянии, из-за которого он вытащил меня из тюрьмы под залог, будет забыто и моя бэйзбольная стипендия не пострадает. Но есть только три проблемы:

1. Никаких девчонок.

2. Я ненавидел физический труд.

3. Никаких девчонок.

Если закрыть на это глаза, то все не так уж плохо. По воскресеньям у меня будет выходной. Мне просто нужно будет восполнять мой запас сексуальных девочек в миниатюрных бикини по воскресеньям. Я подошел к входной двери дома. Оформление крыльца выглядело чертовски привлекательно. Я не был любителем всяких фермерских штучек, но это место не было таким уж и плохим. Готов поклясться, что спальни здесь были довольно просторными.

- Ты должно быть тот самый парень, которого Уилсон нанял на лето. - Парень в потертых джинсах и поношенных крутых ботинках поднимался по ступенькам на крыльцо. Он улыбался так, словно рад был меня видеть. Должно быть это сын моего смотрителя. Я буду таскать сено и коровье дерьмо все лето за него. Не удивительно, что я ему нравлюсь.

- Да, - ответил я, - Кейдж Йорк. Я от тренера Мэка.

Парень улыбнулся и кивнул, засунув обе руки в передние карманы сових джинс. Ему только не хватало во рту соломинки, чтобы выглядеть как типичный сельский парень.

- Да, верно. Я слышал о тебе. Вождение в нетрезвом виде. Чувак, это паршиво. Особенно учитывая то, что Уилсон тиран - рабовладелец. Мой брат и я довольно таки прилично поработали на него пока учились в старшей школе. Клянусь, что у тебя будет только перерыв на стакан воды, а затем вновь будешь пахать.

Видимо он не был сыном Уилсона. Кивнув, я повернулся к двери, чтобы постучать.

- Уилсон еще не вернулся со скотного двора. Он будет здесь через час.

Парень протянул мне руку.

- Кстати, я Джереми Бислей. Я уверен, что мы будем видеться довольно таки часто этим летом, так как я живу по-соседству. А также потому, что здесь живет Ева, - он прервался и его взгляд переметнулся с меня на дверь. Я только было хотел спросить его, кто такая Ева, как проследил за его взглядом и увидел свет в конце туннеля, возникший в дверном проеме.

Длинные каштановые волосы, волнами спадающие на обнаженные плечи. Кристально голубые глаза, которые я никогда прежде еще не видел, обрамленные густыми длинными черными ресницами, и красные пухлые губы завершали идеальный образ ее лица. Мой взгляд скользнул вниз и остановился на гладкой загорелой коже, облаченной в едва что-либо прикрывающий топ и коротенькие шортики на ее бедрах. А затем эти ноги. Длинные длинные ноги и босые стопы с красным лаком на ногтях завершали чертовски нелепое идеальное создание напротив меня. Черт. Может мне стоит почаще выбираться в деревню. Я и не думал, что здесь водятся такие девчонки.

- Ева, ты еще не готова? Я думал, мы успеем на сеанс в шесть тридцать, - сказал Джереми из-за моей спины. О, черт. Нет, не может быть. Эта богиня была девушкой этого парня? Я метнул взгляд назад к ее лицу и обнаружил пристальное внимание ее голубых глаз на мне. Они на самом деле были самыми невероятными голубыми глазами, которые я когда-либо видел.

- Ты кто? - ледяной тон ее голоса слегка меня ошарашил.

- Тише, девочка. Будь милой, Ева. Это именно тот парень, который будет помогать твоему отцу этим летом. - В ее глазах отразилось что-то похожее на отвращение. Действительно? Я уже видел этот взгляд в глазах девушек, но не тогда когда я даже еще не успел ее использовать и бросить. Очень интересно.

- Ты тот самый пьяница, - произнесла она.

Это не прозвучало как вопрос. Так что я не стал отвечать. Вместо этого я одарил ее своей улыбкой, которая, как я знал, имела определенное влияние на все женские трусики, и сделал шаг ей навстречу.

- У меня много имен, малышка, - в итоге ответил я.

Она изогнула брови, выпрямилась и пронзила меня самым холодным взглядом, который я когда-либо видел. Что не так с этой девчонкой?

- Я и не сомневалась. Дай угадаю, Больной, Лузер, Осел, и Алкаш, и это только малая их часть, - отрезала она, выходя за порог и хлопнув за собой дверью. Она метнула свой взгляд на Джереми, который, я готов поклясться, только усмехнулся.

- Я не могу пойти в кино, Джер. Мне нужно, чтобы ты съездил со мной к миссис Мабел и снова помог мне починить ее колодец. Это срочно.

- Опять?

- Да, опять. Ей действительно нужен новый колодец.

Ева прошла мимо меня, взяла Джереми за руку и повела его к ступенькам. Видимо меня отвергли.

- Твой отец уже позвонил ее сыновьям? Они должны притащить свои задницы сюда и помочь своей матери, - сказал Джереми и они начали уходить, даже не обернувшись.

Какого черта? Кто вот так просто уходит и оставляет парня стоять на крыльце, не сказав ни слова? Она была безумно красивой, но в то же время ужасной стервой.

- Эй, мне можно зайти? - прокричал я.

Ева остановилась и обернулась. На ее лице было видно все тоже пренебрежение.

- В дом? О, нет, - ответила она, словно безумная махая головой. Она подняла руку и указала на двухэтажный красный амбар за домом. - Твоя комната в задней части амбара. Там есть кровать и душ.

Отлично, разве это не охренительно чудесно...?

Ева

Я ненавидела таких парней, как Кейдж. Для них жизнь была всего лишь игрой. В моей голове не было сомнений, что девушки всех возрастов падали к его ногам. Он был в хорошей форме, веселый и относился ко всему так, словно это игра.

- Спрячь коготки, милая. Ты уже показала себя. Он больше не будет пытаться к тебе подкатить. - Джереми положил мне руку на коленку и слегка сжал ее, а затем включил радио.

- Он придурок, - сказала я, стиснув зубы.

Джереми тихонько рассмеялся и слегка поерзал на месте. Я знала, что он думает, что мне ответить. Единственный человек, который знал меня лучше Джереми, был Джош - его брат-двойняшка и мой жених. Мы все выросли вместе. Джереми всегда был слегка странным, но Джош и я делали все возможное, чтобы удерживать его рядом с нами.

Когда Джон погиб от взрыва в северной части Багдада полтора года назад, единственный человек, которого я подпускала к себе, был Джереми. Мама Джоша и Джереми говорила, что это потому что Джереми был единственным, кто был способен понять мое горе. Мы оба потеряли нашу вторую половину.

- И ты пришла в такому выводу после столь короткого между вами разговора? Мне он показался довольно милым. - Джереми всегда был оптимистом. Он всегда видел в людях лучшее. И мне всегда приходилось держать ухо в остро, чтобы люди не пользовались его чрезмерной доверительностью. Джоша теперь не было рядом, чтобы об этом позаботиться.

- Он здесь, потому что напился и сел за руль, Джер. Это не какая-то небольшая провинность. Он мог навредить какой-нибудь семье. Он мог убить чьего-то ребенка. Он эгоистичный неудачник. - Но выглядит нереально привлекательным. Но мне не следует обращать на это внимание. Его милое личико меня не подкупит.

- Ева, многие люди выпивают и садятся за руль. Возможно, он просто решил проехать небольшое расстояние от бара до своего дома. Я не думаю, что он пустился в дальнюю дорогу. И выпил то может всего две бутылки пива.

Милый Джереми. Благодаря своему сердцу, он даже и не догадывается какими испорченными могут быть люди. Это одно из тех качеств, за что я его люблю. Мне удалось узнать, что Кейдж Йорк был вдрызг пьяный,когда его остановила полиция. Я слышала, как дядя Мэк рассказывал о том, что он еще тот хулиган и единственное к чему он относится серьезно, так это бэйсбол.

- Поверь мне, Джер. Этот парень сплошные неприятности.

Джереми ничего не ответил. Он положил локоть на открытое окно и позволил теплому бризу освежить его. Внутри папиного грузовика все плавилось от жары в это время года, но он был моим единственным средством передвижения. Мой автомобиль стоял нетронутым в гараже. Я не могда заставить себя сесть за его руль и не могла избавиться от него. Милый серебристый джип, который папа купил мне, стоял нетронутый с тех пор, как мне позвонила мама Джоша и сообщила о его смерти. В том джипе, с видом на Глухую Рощу, Джош сделал мне предложение. Затем он включил музыку на радио погромче и мы выбрались из машины и начали танцевать под звездами. Я не решалась даже взглянуть на эту машину в течение полутора лет. Вместо этого я езжу на фермерском грузовике. Просто так было легче.

- Ева? - окликнул меня Джереми, прерывая мои мысли. Казалось, он всегда знал, когда я нуждалась в ком-то, чтобы увести меня от воспоминаний.

- Да?

- Ты же знаешь, что я люблю тебя?

Напрягшись, я крепко сжала руль. Когда Джереми начинал разговор с чего-то подобного, мне никогда не нравилось его продолжение. В последний раз, когда он это спрашивал, он высказался о том, что мне необходимо снова начать водить свой джип, потому что этого хотел бы Джош.

- Не надо, Джер, - ответила я.

- Пришло время снять кольцо, Ева.

Мои пальцы онемели от той мертвой хватки, которой я вцепилась в старый потертый руль. Золотая полоска на моем пальце впилась мне в кожу, напоминая о себе. Я никогда его не сниму. Никогда.

- Джереми, не надо.

Он глубоко и тяжело вздохнул и потряс головой. Я терпеливо ждала, что он скажет что-то еще и была так благодарна, что мы как раз въехали на парковку к дому миссис Мабел. Я тут же выскочила из грузовика, даже не дождавшись его полной остановки, так как решила убежать от него, пока он не продолжил разговор. Помолвочное кольцо, которое Джош надел на мой палец, никогда не может быть с него снято. Это будет означать то, что я забыла его. Будто бы я продолжила идти дальше по жизни и оставила его позади. А я никогда не оставлю его позади.