Разум: Убери от него свои грабли, скотина! Тебе дайвера мало?

Заткнись, твою мать…

Разум: Хамло!

Истеричка….

Мы зашли в комнату, и тихо закрыв балкон, двинулись в коридор, чтобы убрать куртки в шкаф, а потом отпутешествоваться в ванну, а после, как логичное завершение, в спальню. Хм.… Как и ожидалось, первым об мой забытый чемодан споткнулся Джон. Он с грохотом повалился на пол, отчего я повалился со смеху где-то рядышком. Мы уже не волновались, что можем разбудить Спенсера и громко ржали на всю квартиру, валяясь на полу, колотя по нему ладошками и захлебываясь в слюнях. Дурацкая, вовсе не смешная ситуация, но в тот момент нас просто страшно проперло на истеричный хохот. Вскоре в коридоре зажегся свет, который неприятно ослепил нас после долгого пребывания в темноте. На всю эту истерику черт занес мистера Смита. Он с гневным видом и помятой рожей нарисовался из спальни в одних очень умильных трусах с Симпсонами и долго сверлил нас не выспавшимся взглядом только разлепившихся ото сна очей.

Какого хрена вы тут валяетесь, а? Бля, и какого хрена ржете как кони?! - Спенсер безуспешно пригладил вихор на загривке. Уокер лишь захлебнулся своим громким смешком и, уткнувшись мне в живот, продолжил почти бесшумно гоготать. Теперь уже, похоже, над видком нашего барабанщика. Я, еле сдерживая очередной приступ хохота, сотрясаясь всем телом, смог только помахать рукой, мол, все нормально, вали спать, Смитти. Цыкнув, Спенсер громко утопал обратно в спальню, не выключив света. Джон, не поднимаясь, дополз до выключателя и стукнул по нему ладонью. Свет в коридоре погас, а глаза вместе с квартирой вновь погрузились во мрак ночной.

Ты же не собираешься спать прямо здесь? – поинтересовался я у Джона, который уже приполз обратно и снова лежал рядом со мной. - А почему нет? – возразил он. - Ну, потому что на кровати удобнее. - Хороший довод! – воскликнул Уокер, поднимаясь на ноги и помогая мне встать. - Ещё бы, - хмыкнул я, - звездам не пристало дрыхнуть на полу, тем более на таком холодном! - Естественно! Только на ковре, да с подогревом! – и мы снова заржали.