Игры сознания

Какое ощущение для человека важнее всего? Нет, не то, что вы сейчас подумали. И не это тоже. Главное – это целостность и незамутнённость сознания. Только в этом случае человек понимает себя как личность. Иначе – печаль-беда.

Гайдук отличался на редкость устойчивой психикой, успешно противостоящей сюрпризам Зоны вот уже четыре года. Такого ни белая горячка не возьмёт, ни голоса в голове. Из розетки тоже.

А вот понос одолеть мог, особенно после несвежей колбасы, ведь свежей-то взять неоткуда. Однако нужные таблетки в нужной пропорции способны свершить чудо и остановить поползновения своенравного организма.

Почувствовав накануне рейда знакомые симптомы, Гайдук бросился в общую комнату к своей аптечке. Поспешно проглотил для верности сразу две таблетки, бросил пузырёк обратно и вдруг вспомнил, что укрепляющее уже упаковал загодя в рюкзак. Стало интересно – что же тогда он употребил.

Взяв пузырёк в руки, Гайдук похолодел. С таблеточной упаковки ехидно ухмылялась надпись «Тарен». Не знаете что это такое? Сейчас объясню. Пока Гайдук стоит в ступоре, у нас есть немного времени.

На случай поражения ФОВ существовал в советских аптечках антидот под названием «Тарен», но вскоре был изъят из употребления. Во-первых, вызывала большие сомнения его эффективность, как антидота. Во-вторых, существовало побочное воздействие в виде ярчайших и очень правдоподобных галлюцинаций, поэтому употребляться стало в основном для входа в нирвану.

В Зоне советские аптечки попадались частенько, а разжиться современными было наоборот весьма накладно и проблематично. Вот и пользовались сталкеры безнадёжно просроченными, но всё ещё действующими препаратами.

Гайдук попытался вызвать рвоту, но не смог. Тогда он понадеялся, что лекарство не подействует в виду почтенного срока давности, и отправился в рейд. Накрыло Гайдука минут через сорок, когда он совсем расслабился и перестал ждать подвоха.

Воздух вдруг сгустился настолько, что в нём можно было плыть, чем Гайдук немедленно воспользовался. Было приятно чувствовать себя невесомым. Он некоторое время порхал взад-вперёд по дороге, не замечая взглядов товарищей. А потом вещи внезапно обрели вес, Гайдук упал на землю, придавленный рюкзаком, который весил, как показалось, не меньше тонны. Чудом оставшись в живых, Гайдук поспешил избавиться от него, а заодно и от оружия.

Друзья суетились вокруг, но вздумали почему-то разговаривать беззвучно, а читать по губам Гайдук не умел. Кое-как поднявшись, сталкер увидел стайку бегущих собак – более кудрявых и симпатичных тварей он в жизни не видел. Он даже глаза широко открыл от удивления. Так широко, что глазные яблоки вывалились на дорогу.

Сокрушаясь от своей неловкости и умоляя друзей не затоптать его глаза, Гайдук наклонился подобрать их, но земля была прямо-таки усеяна глазными яблоками. Найти среди них свои не представлялось возможным. Сталкер ползал по дороге, перебирал глаза, примерял их, но попадались всё время чужие.

Вокруг что-то происходило, даже вроде бы стреляли, а потом Гайдука подхватили и, кажется, понесли. Сталкер ни в чём не был уверен, потому что находился посреди бескрайней пустыни, сверху жарило беспощадное солнце, а вокруг кривлялись злобные гномы.

Придя к выводу, что данная точка пространства его не устраивает, Гайдук пожелал очутиться в более гостеприимном месте и оказался в станции Янов. Там было прохладно. Наверное, потому, что её до потолка наполняла прозрачная вода. За столами сидели сталкеры, из их ртов и носов поднимались кверху пузырьки воздуха, а над ними плавал Гайдук. Ему было хорошо.

И было ему хорошо ещё примерно четырнадцать часов. После этого остался сушняк и горечь от просмотренного видео, которое не заснял только ленивый. С тех пор Гайдук предельно внимателен в выборе лекарств, а из наркоты позволяет себе только благородный каннабис. И только перед Выбросом, чтоб голова не болела.