Я подхожу к кругу людей, и в этот момент врач, что проводит сегодняшний тренинг, оборачивается, одаряя меня своей белоснежной улыбкой

- Добрый день, Райан, - нежно говорит Дакота, приглашая меня жестом присесть, - я очень рада, что сегодня ты с нами…

Я начинаю глупо улыбаться, вспоминая слова Курпата. Разворачиваю стул спинкой внутрь круга и седлаю его. Передо мной сидит чернокожий парень с перебинтованной головой. Я улыбаюсь ему и получаю в ответ такую же искреннюю и задорную улыбку, которой обладают только представители этой расы. Дакота берет меня за руку и начинает объяснять, чем мы будем заниматься. И я понимаю, что сегодня мне станет намного легче…

После тренинга, получив от Бьюика ещё пару наставлений, я со спокойной душой отправляюсь домой. Мысль об этом сгустком нежности и нетерпения отзывается в груди. Я понимаю, что после беседы с такими же потерпевшими, как я, в душе становится свободнее и на несколько страхов меньше. Гораздо проще воспринимается сама болезнь. Чувствую, что мне нравится идти по светлому, залитому солнечному больничному коридору, потому что от его стен отражается моя уверенность в следующем дне и в том, что скоро все будет также, как несколько недель назад. И что мне не страшно потерять что-то из прошлого; Дакота вселила в меня уверенность, что эти пробелы я смогу заполнить чем-то более значимым. И я с ней полностью согласен. Тем более, когда рядом есть такие люди, как Брендон.

Просторный коридор за дверью главврача заканчивается, когда в его конце резко появляется туловище моего горе-друга. Я стараюсь слиться со стеной, наблюдая за его действиями.

Туловище медленно подходит к автомату с газировкой, сует туда монету, жмет кнопку. Из автомата ничего не вываливается. Близорукое туловище нервно озирается по сторонам в поисках либо помощи, либо одобрительного непонимания. Но вокруг только неврастеники и унылые медсестры. Ури с досадой понимает, что больше мелочи в карманах не наблюдается. Туловище элегантно отстраняется от автомата, на лице – гримаса обиды и искреннего негодования оттого, что эти автоматы только и норовят ограбить бедных пациентов. Секунды три он пребывает где-то в облаках. Но потом, резко развернувшись, со злости пинает несчастный автомат. Раздается звон падающей монетки. А из отверстия для банок начинает сыпаться нескончаемый поток этих самых банок. Ури в ужасе подхватывает какие-то из них, стараясь в то же время совать остальные себе в футболку, но автомат продолжает злостно изрыгать из себя жестяной мусор. Половина коридора уже завалена упакованной водой, а Ури все ещё пытается спасти ситуацию, теперь с помощью какой-то женщины на каталке, на которую он начал складывать банки.