Теории суицидального поведения

В настоящее время единой теории, объясняющей природу суицидов, нет. Можно говорить только об отдельных теоретических концепциях, среди которых условно выделяют три основные: психопатологическую, психологическую и социальную.

Ряд исследователей в рамках социологического направления при объяснении уровня суицидального поведения ведущее значение придает внешнему принуждению, давлению, которое становится как эквивалент социального влияния. Основоположником социологической концепции в суицидологи является Э.Дюркгейм.

В соответствии с его взглядами, существует три основных вида суицидов. Большинство актов аутоагрессии являются эгоистическими. Саморазрушение возникает, поскольку индивид чувствует себя отчужденным и изолированным от общества, семьи и друзей. Характерной его чертою является состояние томительной меланхолии, парализующей всякую деятельность человека. Всевозможные дела, служба, полезный труд, домашние обязанности внушают ему только чувство безразличия и отчуждения. Ему невыносимо соприкосновение с внешним миром, и, наоборот, мысль и внутренний мир выигрывают настолько же, насколько теряется внешняя дееспособность. Закрывая глаза на все окружающее, человек главным образом обращает внимание на состояние своего сознания; он избирает его единственным предметом своего анализа и наблюдения. Но в силу этой исключительной концентрации он только углубляет ту пропасть, которая отделяет его от окружающего мира; с того момента, как индивид начал заниматься только самим собой, он уже не может думать о том, что не касается только его, и, углубляя это состояние, увеличивает свое одиночество.

Альтруистический тип самоубийства диаметрально противоположен эгоистическому. Это суицид, который совершается человеком, если авторитет общества или группы подавляет его собственную эго-идентичность, и он жертвует собой во благо общества. Альтруистическое самоубийство, имея своим происхождением страстное чувство, происходит не без некоторого проявления энергии. Субъект убивает себя, потому что так велит ему его сознание, поэтому его поступок характеризуется по преимуществу той ясной твердостью, которую рождает чувство исполняемого долга. Это тип активного самоубийства, являющегося контрастом эгоистического типа.

Третий тип самоубийств, отличающийся от первого тем, что совершение его всегда носит характер страстности, а от вторых – тем, что вдохновляющая его страсть, совершенно иного происхождения. Анемические самоубийства, являющиеся следствием неудач в приспособлении человека к социальным изменениям, приводящим к нарушению взаимной связи личности и группы. Они резко учащаются в периоды общественно-экономических кризисов, но сохраняются и в эпохи социального процветания, когда у быстро достигающих больших материальных благ людей возникает необходимость адаптации к новым условиям жизни. В таких случаях человек лишает себя жизни в гневном состоянии. Нарушение всех его привычек вызывает в нем острое раздражение, которое ищет исхода в каком-нибудь разрушительном поступке. От случая зависит, в каком направлении разрядится накопленный запас энергии.

То же самое наблюдается и тогда, когда человек непрерывно стремится, но без нормы и меры превзойти самого себя или когда ему в течение долгого времени удавалось удовлетворять всем своим прихотям и желаниям, случается наталкиваться на такое препятствие, которое у него не хватает силы преодолеть. В таких случаях человек спешит прекратить существование, которое становится для него полным лишений.

Таким образом, Э.Дюркгейм считал, что в основе суицидального поведения лежит “снижение и неустойчивость социальной интеграции”, а частота самоубийств зависит от того, в какой степени индивиды интегрированы в обществе. По его мнению, самоубийство во всех случаях может быть понято лишь с точки зрения влияния на человека социальной среды, что является в определенной степени односторонним. Главный недостаток этой концепции – недооценка роли личности во взаимоотношениях индивидуума со средой.

Психопатологическая концепция исходит из предположения о том, что самоубийцы – душевнобольные люди, а суицидальные действия – есть проявление психических расстройств. Сторонниками этой концепции были такие видные отечественные психиатры, как Н.П.Бруханский, В.К.Хорошко, Л.А.Прозоров и другие. В 19 веке делались попытки выделить самоубийства в отдельную нозологическую единицу, cуицидоманию. Проблема изучалась привычными для медицины методами с точки зрения этиологии, патогенеза, клиники заболевания. Предлагались различные методы медикаментозного и физиотерапевтического лечения суицидомании (слабительные, желчегонные, кровопускания, холодные влажные обертывания и т.п.). С началом систематических эпидемиологических и социологических исследований появилось большое количество данных, свидетельствующих против представления о том, что самоубийство – это всегда аутоагрессивный акт психически больного человека.

В настоящее время в отечественной и зарубежной литературе общепризнанно, что только 25-30% суицидов совершается психически больными, а остальное количество приходится на психически здоровых и лиц с пограничными расстройствами.

У большинства психически больных суициды встречаются при депрессиях, параноидных и галлюцинаторно-параноидных состояниях. При психической патологии не существует прямой зависимости суицидального поведения от степени выраженности болезненных симптомов. Суицидальные действия совершаются при нарастании и спаде (после выписки из стационара) как психотической, так и невротической депрессии. Происходит это обычно в начальный период заболевания или в период ремиссии при относительной сохранности, когда человек “открыт” внешним психотравмирующим влияниям и реагирует почти как здоровая личность.

При пограничных расстройствах суициды чаще всего встречаются у психопатов, хронических алкоголиков и у лиц с реактивными состояниями. Причем суицидальные действия легче совершаются теми больными, у которых слабые формы защиты не приобрели жесткого, фиксированного характера. В этих случаях приоритет принадлежит особенностям личности.

Сторонники психопатологической концепции придерживаются в основном взглядов, что психическое состояние индивидуума с суицидальными переживаниями и действиями может быть описано как патологические формы дезадаптации в рамках пограничных нервно-психических расстройств. В основе этих воззрений лежат также данные об особенностях работы эндокринной системы и метаболизма серотонина у лиц, совершивших самоубийства.

Однако подавляющее число авторов считают, что суицидальные действия могут совершать как лица с психическими заболеваниями, так и практически здоровые люди. Естественно, что больные, склонные к суицидальным действиям, в первую очередь требуют внимания врача. Но если суицидальные действия совершают практически здоровые люди в ответ на создавшиеся объективные психотравмирующие трудности, то компетенции врача недостаточно, так как в этих случаях в первую очередь нужно ликвидировать объективные причины, приводящие к суицидальным действиям. Меры только медицинского характера по отношению к этим лицам чаще всего малоэффективны и не решают проблемы.

Психологическая концепция отражает точку зрения, согласно которой в формировании суицидальных тенденций личности ведущее место занимает психологический фактор.

Несомненный интерес в этом плане представляют работы, в которых изучаются преморбидные особенности личности как один из предиспонирующих факторов, позволяющих прогнозировать суицидальное поведение. А.Г.Амбрумова и Е.М.Вроно [1], исследуя личностные особенности подростков с суицидальным поведением, показали, что для большинства из них характерна импульсивность, проявляющаяся в неспособности подростка сколько-нибудь продолжительное время обдумывать принятые решения, предусмотреть последствия совершаемого поступка и смоделировать свое поведение таким образом, чтобы не пострадали самолюбие и собственные интересы.

Всем суицидентам, по данным авторов, была свойственна некоторая эксплозивность и эмоциональная неустойчивость, чем и объяснялось большое количество конфликтных ситуаций, нередко заканчивавшихся суицидальными действиями. Изменение настроения у таких подростков обычно зависело от мимолетных и незначительных впечатлений, а в конфликтной ситуации у них легко возникало состояние растерянности с элементами тревоги, вегетативными нарушениями (тахикардия, гипергидроз, яркая игра вазомоторов лица, сухость во рту и т.п.).

Большинство лиц, совершивших суицидальные действия, отличались повышенной внушаемостью, которая проявлялась в выраженной способности к сопереживанию и сочувствию, переносу встречающихся в литературе и кино коллизий на себя, быстром “вживании” в образ, в возможности испытывать в этих несуществующих ситуациях истинные эмоциональные потрясения, а также в некоторой несамостоятельности мышления, зависимости от мнения окружающих, стремлении строить свое поведение по образу и подобию героев книг, кинофильмов и т.п.

Нельзя оставить без внимания тот факт, что описанные А.Г.Амбрумовой и Е.М.Вроно личностные особенности суицидентов в известной степени свойственны любому подростку, чем и объясняется, по утверждению самих же авторов, высокий процент ситуационных реакций и реактивных состояний, формирующих пресуицидальный период в подростковом возрасте.

Ц.П.Короленко, А.Л.Галин [23] выделяют следующие психологические особенности суицидентов: преобладание формально-логического типа мышления, усиление аффективной сферы и недостаточность активного воображения. По мнению авторов, мышление большинства лиц с суицидальными тенденциями больше соответствует законам формальной логики; мышление же лиц, у которых во фрустрирующих условиях не возникает суицидальных тенденций, приближается к мышлению, протекающему по законам логики диалектической. Субъективная однозначность интерпретации внешних объектов, характерная для суицидентов, объясняется преобладанием формально-логического типа мышления и выраженным влиянием на интеллект аффективной сферы. В то же время недостаточно развитое воображение делает фрустрирующую ситуацию неожиданной, затрудняет возможность прогнозировать последствия своих действий, снижает психологические защитные механизмы и делает суицидальную попытку более вероятной.

А.Е.Личко [28] указывает на определенную связь суицидального поведения с типом акцентуации характера. По мнению А.Е.Личко, суицидальное поведение у подростков бывает демонстративным, аффективным и истинным. По данным автора, при демонстративном суицидальном поведении 50% подростков имели истероидный, истероидно-неустойчивый и гипертимно-истероидный типы, 32% – эпилептоидный и эпилептоидно-истероидный, и лишь 18% – другие типы акцентуаций характера. В то же время суицидальные покушения в большинстве случаев совершались лицами с сенситивным (63%) и циклоидным (25%) типами акцентуации.