Новые знания, полученные с помощью томографии

Современная наука о мозге не способна объяснить симптомы пациентов.

Зигмунд Фрейд. «Проект научной психологии»

Томография мозга - это будущее психиатрии.

Стивен Хайман. «Сайентифик Американ», 2003

Люди, марширующие под звуки марша, заслужили мое сострадание. Головной мозг достался им по ошибке, они вполне могли бы довольствоваться спинным.

Альберт Эйнштейн

В конце 1800-х годов невролог Зигмунд Фрейд увлекся созданием модели психики на основе науки о мозге. На заре своей карьеры в 1885 году он учился у отца-основателя неврологии Жана Мартина Шарко в лечебнице «Сальпетриер» в Париже. Шарко, первый в истории нейропсихиатр, осознал взаимосвязь психики и мозга и использовал гипноз для лечения пациентов с симптомами истерии. Проведя несколько месяцев с Шарко, а затем принимая своих собственных пациентов в Вене, Фрейд, как и его учитель, пришел к убеждению, что скрытые ментальные процессы оказывают на психику значительное воздействие. Он постулировал, что истерия, то есть физические симптомы без явной причины, например истерическая слепота, происходят не из-за симулирования болезни, а из-за изменений в мозге. Пытаясь доказать наличие этой связи, Фрейд потерпел поражение, поскольку не располагал инструментами для визуализации связи между эмоциональными проблемами и мозгом. В 1895 году Фрейд сдался, написав: «Современная наука о мозге не способна объяснить симптомы пациента». Фрейд сменил точку приложения усилий и занялся психоанализом, в котором излечению способствовали речь, эмоции и отношения, но не анализ работы мозга. Однако он знал, что когда-нибудь нейробиология и психология найдут точки соприкосновения. Его идеи родились слишком рано, чтобы воплотиться в реальность.

Больше 110 лет назад Зигмунд Фрейд начал важную работу, но он не располагал техническими средствами для выявления связей между психикой и мозгом. С тех пор было совершено множество замечательных открытий. Сегодня нейробиология и психология практически слились в одну науку, но, как и во времена Фрейда, новым идеям нужно время, чтобы укорениться в общественном сознании.

Функциональная томография мозга стала инструментом, который помог воплотить мечты Фрейда в реальность.

С их помощью возможно увидеть, что происходит в мозге, когда люди видят сны, мечтают, думают, поглощены идеями, играют в азартные игры, концентрируются, пьют, принимают наркотики, фантазируют, злятся или грустят. В Клиниках Амена мы сканировали детей с аутизмом, СДВГ, нарушением способности к обучению или принимающих различные препараты, подростков и взрослых с биполярными расстройствами, суицидальных пациентов, убийц, супружеские пары на грани развода, людей, зависимых от наркотиков или азартных игр, педофилов, поджигателей… Словом, людей со всевозможными отклонениями. 28 тысяч томограмм убедили нас согласиться с Фрейдом: между психикой и мозгом существует сильнейшая связь. Но как обнаружить ее, не исследовав работу мозга?

Мы использовали томографию, чтобы улучшить работу разбалансированного мозга пациентов с проблемами, а людей со здоровым мозгом вывести на новый уровень жизни. Сканирование помогает понять, от чего отталкиваться. Как и в других областях медицины, в психиатрии томография помогает обнаружить проблемные зоны мозга и провести целевое лечение. Мы выясняем, кто нуждается в лечении, а кто нет. Томография позволяет увидеть области повышенной и сниженной активности, визуализировать травмы или токсические повреждения. С помощью повторного сканирования мы отслеживаем прогресс лечения.

Один из самых приятных комплиментов я получил от декана факультета психиатрии Университета Калифорнии в Ирвине, который представил меня своим коллегам со словами: «Если бы Фрейд жил сегодня, он бы работал с томографией так же, как это делает Дэн в своих клиниках».

Принцип 7

Томография мозга необходима для того, чтобы эффективнее помочь пациенту, повысить комплайенс и справиться с общественным осуждением и неприятием психических расстройств. Томография позволяет найти кратчайший путь превращения хорошего мозга в превосходный.

Последние 15 лет я убеждаю психиатров пользоваться томографией. Фрейд обязательно бы ее освоил. Почему современные психиатры ее избегают?

Готов поспорить, что если вы страдаете от серьезных расстройств чувств (депрессия), мыслей (шизофрения или биполярное расстройство) или поведения (склонность к жестокости, педофилия), то ваш лечащий психиатр ни за что не отправит вас на прохождение томографии. Даже после попытки суицида психиатры не захотят взглянуть на ваш мозг. Даже после убийства многих людей прокурор не захочет посмотреть на томограмму обвиняемого в суде. Врач пропишет психотерапию или сильнодействующие средства, даже не посмотрев на то, как работает ваш уникальный мозг. Когда дело касается поведения, обучения и эмоциональных проблем, лекарства выписываются вслепую. Из-за этого психиатрия плетется в хвосте других медицинских наук, теряет свою эффективность и общественное доверие, лишая надежды тех, кому нужна помощь.

Можете вы представить, какой шум поднимется, если другие врачи тоже начнут действовать без диагностики? Что, если ортопед будет править смещенные кости, не проведя предварительно рентген? Что, если кардиолог диагностирует вам блокаду коронарной артерии без ангиограммы или быстрого КЭТ-скана? Что, если фтизиатр определит пневмонию, не посмотрев на флюорограмму и не сделав анализа мокроты? А если хирург проведет мастэктомию, не проверив опухоль груди под микроскопом, чтобы увидеть, была она раковой или нет? Тем не менее состояние дел в психиатрии таково, что специалисты все еще не смотрят на орган, который они лечат. Психиатры диагностируют и лечат пациентов в зависимости от выявленных симптомов, а не от вызвавших их дисфункций мозга.

Я дипломированный психиатр со специализацией в психоанализе. Я также прошел обучение по лечению детей, подростков и семейных пар и тренинг по компьютерной томографии. В начале 70-х годов, еще до учебы на медицинском факультете и практики в Медицинском центре Уолтера Рида в Вашингтоне, я работал военным врачом третьей дивизии американской армии и немецком городе Франкфурте. Я был рентгенотехником и большую часть времени занимался снимками разных частей тела (костей, легких, брюшных полостей, почек, черепов). Поступив в 1978 году на медицинский факультет, я пришел туда со сформированной привычкой сначала посмотреть на состояние органа, который нужно лечить, и с уважением относился к таким процедурам, как рентгенография или маммография.

На третьем курсе случился очень важный для моего профессионального становления случай. Я проходил педиатрическую практику в больнице Св. Иоанна в Тулпсе, Оклахома. В отделение обратилась мать, встревоженная вялостью ее 10-недельного сына. Мышечный тонус Люка (так его звали) был снижен. Мальчик не держал голову, что не является нормой для такого возраста. Невролог, осмотревший младенца в моем присутствии, решил, что это ботулизм и нужно просто подождать.

Я спросил врача, почему он не закажет томографию мозга, чтобы исключить другие причины, например опухоль мозга, которая тоже могла вызвать гипотонию мышц. Врач разозлился и ответил, что его задача - научить меня, практиканта, не заказывать слишком много анализов и экономить клинике деньги, а важнейшая часть обследования - это расспросы и сбор данных.

Мне стало неловко: как можно быть таким уверенным, не посмотрев? Ребенку тем временем становилось все хуже, но невролог уперся в своей правоте. Однажды ночью меня срочно вызвали в палату, где лежал мальчик. Стало ясно, что у Люка только что случился инсульт, половина тела была парализована, и он ослеп. Мы сделали рентген, который показал опухоль мозга, вызвавшую инсульт и, как следствие, неизлечимую слепоту. Мать Люка была убита горем, а я не мог найти слов, чтобы выразить свой гнев и печаль. Разве можно ставить диагноз вслепую?

Этот случай, как и многие другие, привел меня к изучению технологий томографии мозга. Многие причины эмоционально-поведенческих и познавательных расстройств скрыты от психиатров, пока те не посмотрят на работу мозга.

Многие люди интересуются, почему психиатры не смотрят на функции мозга. Я и сам не могу это объяснить. Ведь эта информация позволяет задавать правильные вопросы и принимать эффективные решения. У меня есть несколько предположений.

- Врачи не занимаются тем, чему их не учили, а томография не является обязательной частью программ обучения психиатров. Единственное место в мире, где углубленный курс томографии при психиатрических проблемах обязателен, это Университет Калифорнии в Ирвине.

- Томография не является частью психиатрической традиции (в прошлом ею не занимались).

- Большинство психиатров не умеют читать томограммы, даже если те попадают им в руки.

- Большинство психиатров не знают, как поступить с информацией из сканов мозга, даже если сумеют их прочитать.

- Психиатры считают, что страховые компании откажутся оплачивать томографию.

- Большинство психиатров все еще думают, что томография - это экспериментальный метод.

Психиатрам пора избавиться от этих мифов и учиться работать с томографией. Мозг - это орган поведения, а томография способна помочь изучить его. Бывший президент университета Стивен Хайман писал в одной журнальной рецензии в 2003 году: «Будущее психиатрии лежит в области генетики и томографии мозга». 19 лет я доказываю, что будущее наступило сегодня. Гарольд Бурсзтайн (Harold Bursztajn), руководитель отделения судебной психиатрии в Гарварде, считает, что томография помогает психиатрам задавать правильные вопросы. Следующее поколение врачей будет изучать нейробиологию одновременно с психологией.

Общество ядерной медицины - одна из профессиональных групп, которая занимается функциональной томографией мозга - выделяет четыре стандартные причины заказать сканограмму.

- Оценить тяжесть травмы мозга.

- Обследовать пациента с подозрением на деменцию и когнитивные ухудшения.

- Обследовать припадочную активность до операции, чтобы определить область операции.

- Отследить тяжесть заболеваний кровеносных сосудов мозга.

Руководство Общества содержит и другие показания к томографии. В Клиниках Амена мы добавили еще несколько: понять причины жестокого или суицидального поведения, злоупотребления наркотиками, выявить тип СДВГ, тревожности и депрессии, понять истинные причины трудноизлечимых психических расстройств, а также оценить здоровье мозга для дальнейших назначений.

Будущее психиатрии за томографией. Вскоре после выхода моей книги «Мозг и душа» в 2002 году я получил очень доброжелательное письмо от профессора психиатрии из Беркли. Он писал: «Все истинные идеи проходят три стадии. Сначала их высмеивают, затем яростно отрицают и, наконец, воспринимают как нечто само собой разумеющееся».

Повседневное применение томографии в психиатрической практике находится где-то между вторым и третьим этапом. Некоторые принимают эту технологию в штыки, в то время как другие начинают заказывать сканы в повседневной работе. Больше тысячи терапевтов и специалистов психиатрии направляют своих пациентов на томографию. В следующем тысячелетии томография станет обыденной процедурой.

В Приложении вы найдете больше информации об ОЭКТ и ответы на распространенные вопросы. К сожалению, возможность сделать томограмму доступна не всем, поэтому я разработал опросник (см. главу 5), с помощью которого возможно определить уязвимые области своего мозга.

Глава 8