Продуктивное мышление человека

В гештальтпсихологии экспериментально исследовалось также мышление (Кёлер, Вертгеймер, Дункер, Майер).

Вертгеймер распространяет этот принцип на решение задач человеком. Книга Макса Вертхеймера, посвященная проблемам продуктивного мышления, была опубликована уже после смерти ее автора, в 1945 году. В ней он попытался применить гештальт-принципы научения к вопросам творческого мышления людей, на основе предположения, что мышление осуществляется в терминах целостного осознания проблемы. При этом он утверждал, что для успешного решения поставленной задачи ситуацию в целом должны хорошо представлять себе и ученик, и учитель.

Вертхеймер считал, что если преподаватель организует материал классных упражнений в целостную систему, то у его учеников легче проявится инсайт, они смогут уловить суть проблемы и найти ее решение. Вертхеймер продемонстрировал, что как только принцип решения задачи усвоен, он может применяться и в других ситуациях.

Он приходит к выводу: "Мышление заключается в усмотрении, осознании структурных особенностей и структурных требований; в действиях, которые соответствуют этим требованиям и определяются ими, и тем самым в изменении ситуации в направлении улучшения ее структуры" [3]. Условием переструктурирования ситуации, по Вертгеймеру, является умение отказаться от привычных, сложившихся в прошлом опыте и закрепленных упражнениями шаблонов, схем, оказывающихся неадекватными ситуации задачи. Переход на новую точку зрения осуществляется внезапно в результате озарения – инсайта. Подчеркивается, что, хотя мышление есть единый процесс, в его динамике можно выделить этапы, последовательные фазы.

Первая фаза – постановка задачи на основе условий; "первое -достижение заключается именно в осознании того, что здесь есть проблема. Видение, правильная постановка проблемы часто гораздо важнее решения поставленной задачи" [3]. Вторая фаза – группировка, реорганизация, структурирование и другие операции в связи с поставленной задачей. Третий этап или фаза – обнаружение структуры путем инсайта. Четвертый – нахождение путей реализации в соответствии с этой структурой.

Теория поля Курта Левина

Теория поля - психологическая система Курта Левина, использующая концепцию силового поля для объяснения поведения личности в терминах влияния на него поля общественного воздействия.

Понятие "поля" связывается Левиным с системой объектов-побудителей человеческой активности, существующих "здесь и сейчас" в его психологическом, субъективном пространстве. Поле напряжено (аналог физического поля, как и гештальтисты, Левин утверждал тождество, физических и психологических закономерностей), когда возникает нарушение равновесия между индивидом и средой. Это напряжение нуждается в разрядке, что осуществляется, как реализация намерения. При реализации намерения объекты, в которых человек не испытывает более потребности, теряют свою побудительную силу.

Например, если мы хотим есть, то появившийся в поле зрения бутерброд "притягивает" нас (в терминах Курта Левина, имеет положительную валентность), но, удовлетворив голод иначе, мы теряем к нему интерес. Ситуации, в которых поведение человека определяется объектами поля, называются "полевое поведение": его "нормальный" вариант предполагает, что объект управляет поведением в силу того, что соответствует потребности.

Теория поля Левина явилась новым шагом в объяснении поведения. Согласно ей, протекание действий целиком сводится к конкретной совокупности условий существующего в данный момент поля. Понятие поля охватывает факторы как внешней (окружение), так и внутренней (субъект) ситуации.

От теорий научения и влечения Левиновская теория поля отличается по трем пунктам, которые совпадают с тремя из шести характеристик, данных Левином своей теории. Согласно первой из них, анализ поведения должен исходить из общей ситуации. Таким образом, в объяснение включается более широкий круг явлений, чем объединения отдельных элементов типа раздражителей и реакций. Совокупную ситуацию следует реконструировать так, как она представляется субъекту. Это означает (вторая характеристика), что объяснение должно быть психологичным. Поэтому к основным единицам причинно-следственного анализа относятся, например, не раздражители, как их пытается определить бихевиорист, а воспринимаемые субъектом особенности окружения, которые предоставляют ему различные возможности для действия. При этом психологическому анализу подлежит не только феноменально данное действующему субъекту в нем самом и окружении, но и не представленное в переживании и, тем не менее, влияющее на поведение. Третья характеристика. Простых связей в смысле ассоциации "раздражитель – реакция" для объяснения поведения недостаточно. Согласно Левину, в основе всякого поведения лежат силы. Этот динамический аспект объяснения поведения выходит за рамки допущения об общих и специфических влечениях.

Для объяснения поведения Левин разработал две отчасти дополняющие друг друга модели: личности и окружения. Обе посвящены проблемам мотивации. Структурными компонентами этих моделей являются соседствующие, отграниченные друг от друга области. Несмотря на это сходство, структурные области в каждой из моделей имеют разное значение, которое определяется прежде всего динамическими компонентами обеих моделей. Модель личности оперирует энергиями и напряжениями, т. е. скалярными величинами. Модель окружения имеет дело с силами и целенаправленным поведением, т. е. векторными величинами. В конечном счете обе теоретические схемы базируются на представлении гомеостатической регуляции: создавшееся положение стремится к состоянию равновесия между различными областями пространственного распределения напряжений, или сил. При этом регулирующим принципом является не уменьшение напряжения, а его уравновешивание по отношению к более общей системе или полю в целом.Халл Брунсвик, выдвинул важные моменты, уяснение которых полезно для методологии психологии в целом. Брунсвик справедливо утверждает: "Поле, в котором Левин может предсказывать, есть в прямом смысле слова человек в его жизненном пространстве. Но жизненное пространство нельзя путать ни с географическим окружением и его физическими стимулами, ни с реально достигнутыми результатами в этом окружении. Оно после восприятия, но до поведения" [3, с. 266]. Это утверждение частично верно именно потому, что восприятие и поведение - законные проблемы психологии. Эта точка зрения - естественное следствие подхода с точки зрения теорий поля, согласно которой пограничные условия поля являются важными характеристиками этого поля. Среди фактов, существующих в данное время, можно выделить три области, изменения в которых интересны или могут быть интересны для психологии.

1. "Жизненное пространство", т. е. личность и ее психологическое окружение как оно существует для нее. Мы обычно имеем в виду это поле, говоря о потребностях, мотивации, настроении, целях, тревоге, идеалах.

2. Множество процессов физического и социального мира, которые не влияют на "жизненное пространство" человека в данный момент.

3 "Пограничная зона" жизненного пространства: определенная часть физического и социального мира, которая влияет на жизненное пространство в данное время. Например, процесс восприятия тесно связан с такой пограничной зоной, ибо то, что воспринимается, частично определяется "стимулами", т. е. той частью физического мира, которая действует на органы чувства. Другим процессом, относящимся к пограничной зоне, является выполнение некоторого действия [3].


Заключение

В заключение остановимся на общей оценке гештальтпсихологии. Гештальтпсихология пыталась развить атомистическую теорию в психологии, преодолеть схематизм в трактовке психических процессов, открыть новые принципы и подходы к их изучению. Введенный ею структурный принцип в смысле нового подхода Выготский оценивал как "великое незыблемое завоевание теоретической мысли" [1, c. 281]. В этом сущность и исторический смысл гештальттеории. Существенно отметить также, что основатель общей теории систем Л. фон Берталанфи считал, что в работе "Физические гештальты в покое и стационарном состоянии" В. Кёлер предвосхитил отдельные положения общей теории систем. Этим оценивался важный вклад гештальтпсихологии в методологию научного исследования. Методики экспериментального исследования восприятия, мышления, личности, а также полученная в результате их применения богатая феноменология составляют важный итог деятельности гештальтпсихологов. "Наиболее ценный эффект структурной психологии – это сделанные ею описания" [1, c. 402], - писал Л. С. Выготский. Этой школой сделан важный шаг по преодолению интеллектуализма, свойственного всей традиционной психологии. Однако в теоретическом плане концепция зашла в тупик. Введенный ею структурный принцип не оправдал себя как универсальный, т. е. распространенный на всю общую психологию, и на детскую, и на патопсихологию. В этой универсальности обнаружилась недостаточная объяснительная сила структурного принципа. Так, в применении к проблемам психического развития попытка охватить единым принципом инстинктивные и интеллектуальные процессы не позволяет увидеть принципиальную разницу между ними, а также разницу между животными и человеком, приводит к натуралистической теории психического развития ребенка, "сознательно сливает животное и человеческое, игнорирует историческую природу развития человеческого сознания..." [1, c. 268] и в конечном счете не объясняет психическое развитие. В более общем смысле: "Понятие структуры одинаково распространяется на все формы поведения и психики. Снова в свете или, вернее, в сумерках структуры все кошки серы: вся разница в том, что один вечный закон природы – закон ассоциации – сменился другим, столь же вечным законом природы – законом структуры..." [2, c. 27].

Описанный в гештальтпсихологии чрезвычайно важный психологический факт – факт гештальта – продолжает привлекать исследователей. Его теоретическое осмысление с помощью принципа изоморфизма справедливо расценивается как откровенный физикализм и не может претендовать на объяснение. С позиций, отражающих достижение современной психологии в области экспериментальных исследований и теории, намечается новый подход к объяснению этого факта. Так, анализируя фундаментальные исследования гештальтпсихологии в области восприятия, отмечая "авторитетность и притягательность этого направления" [5, c. 30], был сделан вывод о том, что ключом к пониманию выявленных в них закономерностей может стать изучение генезиса восприятия. Такой подход позволяет понять психологический механизм гештальта, в частности в области восприятия. Им выступает, по мнению А. А. Митькина, опыт субъекта. Более конкретно эти психологические механизмы раскрываются в исследованиях по планомерному формированию симультанного опознания, проводимых в контексте теории планомерного формирования умственных действий и понятий.


Список использованной литературы

1. Выготский, Л.С. Собрание сочинений: В 6-ти т. Т. 1. Вопросы теории и истории психологии. / Под ред. А.Р. Лурия, М.Г. Ярошевского. – М.: Педагогика, 1982. – 488 с.

2. Выготский, Л. С. Развитие высших психических функций / Л.С. Выготский. – М.: Изд-во АПН РСФСР, 1960.

3. Ждан, А. Н. История психологии: Учебник. / А. Н. Ждан. – М.: Изд-во МГУ, 1990. – 367 с.

4. История психологии (10-е - 30-е гг. Период открытого кризиса): Тексты. – 2-е изд. / Под ред. П. Я. Гальперина, А.Н. Ждан. – М: Изд-во Моск. ун-та, 1992. – 364 с.

5. Митькин, А.А. Законы гештальта и фазность восприятия// Психологический журнал. – 1983. № 6. – С. 30.

6. Морозов, А.В. История психологии. Учебное пособие для вузов.- 2-е изд. / А.В. Морозов. – М.: Академический Проект: Фонд "мир", 2005. – 288 с.

7. Хрестоматия по истории психологии / Под ред. П.Я. Гальперина, А.Н. Ждан. – M., 1980.

8. Шульц, Д.П., Шульц, С.Э. История современной психологии / Пер. с англ. А.В. Говорунов, В.И. Кузин, Л.Л.Царук / Под ред. А.Д. Наследова. – СПб.: Изд-во "Евразия", 2002. – 532 с., ил.

9. Ярошевский, М.Г. История психологии: от античности до середины ХХ в. / М.Г. Ярошевский. – М., 1996.