Гетерохрония и противоречивость индивидуального развития

В биологии, нейрофизиологии, медицине, педагогике, геронтологии и других науках накоплены многочисленные данные о несовпадении во времени фаз развития отдель­ных органов и структурных образований вследствие того, что темпы их роста и инволюции, длительность каждой фазы развития оказываются различными. Была выявлена разновременность, или гетерохронность, прохождения основных стадий и внутренняя противоречивость соматического, полового и нервно-психического раз­вития человека. Причем явления гетерохронии возрастных изменений функций и си­стем имеют место на протяжении всей человеческой жизни, как в раннем, так и в позд­нем онтогенезе. «Гетерохронность инволюционных процессов и неравномерность старения отдельных систем - капитальное явление позднего онтогенеза человека, имеющее не меньшее значение для онтогенеза в целом, чем гетерохронность созрева­ния. Неравномерность процессов и гетерохронность смены состояний индивида, вы­ражающие внутренние противоречия развития, следовательно, содержат различные возможности жизни - от преждевременного старения в одних случаях до долголе­тия в других» [6, с. 66].

По данным П. К. Анохина [9], гетерохронность обнаруживается в процессе эмб­риогенеза в морфофизиологическом и биохимическом развитии. Структуры, которые к моменту рождения должны составить систему, выполняющую жизненно важные функции (акт сосания, реакция повисания и др.), закладываются и созревают из­бирательно и ускоренно. Они вступают в синаптические контакты и образуют впол­не очерченную функциональную систему, способную обеспечить животному мини­мум приспособительного полезного эффекта, так необходимого в экологической си­туации.

Действие закона гетерохронии в постнатальный период было исследовано П. К. Анохиным на разных уровнях развития организма: биохимическом, поведенче­ском, рефлекторном. На молекулярном уровне проявляется гетерохрония созревания тех химических констелляций синаптической протоплазмы, которые принимают на себя действие различных посторонних фармакологических веществ, и натураль­ной формы проведения возбуждений, которая созревает в первую очередь. Наиболее яркие примеры избирательного и ускоренного созревания структур были получены при изучении рефлекторной деятельности птиц. Грач, вылупившись из яйца, немед­ленно отвечает на звук «кар» и на движение воздуха раскрытием клюва. Специаль­ный анализ с помощью камертона показал, что у птенца слуховой аппарат способен реагировать только на составляющие комплекса «кар». У птенцов, живущих в дупле, проявляется избирательность иного рода. У них созревают те синаптические образо­вания, которые обеспечивают реакцию раскрытия клюва на перемену в освещеннос­ти. Избирательное созревание рецепторных аппаратов и связей происходит в точном соответствии с экологическими факторами данного вида животных.

Гетерохрония в раннем онтогенезе имеет важное биологическое общеприспособи­тельное значение. «Могучим средством эволюции, благодаря которому устанавлива­ются гармонические соотношения между многочисленными и различными по слож­ности компонентами функциональной системы новорожденного, является гетеро­хрония в закладках и темпах развития различных структурных образований зародыша. Гетерохрония является специальной закономерностью, состоящей в не­равномерном развертывании наследственной информации. Благодаря этой наслед­ственно закрепленной особенности созревания обеспечивается основное требование выживания новорожденного - гармоническое соотношение структуры и функции с внезапно возникающим действием экологических факторов» [9, с. 81].

В развитии функциональных систем П. К. Анохин выделяет два основных вида гетерохронии: внутрисистемную и межсистемную. Внутрисистемная гетерохрония проявляется в неодновременной закладке и различных темпах созревания отдельных фрагментов одной и той же функциональной системы. Она определяется главным образом различной степенью сложности строения этих фрагментов. Межсистемная гетерохрония относится к закладке и темпам развития таких структурных образова­ний, которые будут необходимы организму в различные периоды его постнатального развития. В процессе созревания мозговых структур с момента рождения гетерохронность выражена в том, что вначале формируются филогенетически более старые образования. В двигательном анализаторе к моменту рождения дифференцировано четвертое поле, которое достигает зрелости уже к году жизни. В кожном анализаторе имеет место более ранняя дифференциация и созревание третьего поля, в зритель­ном - семнадцатого поля. Филогенетически новые области мозга - лобная, темен­ная - формируются позднее, к двум годам [10].

В высшей нервной деятельности наблюдается разновременность инволюционных процессов. В книге В. Д. Михайловой-Лукашевой [43] представлены многочислен­ные материалы, показывающие геронтогенез различных сторон нейродинамики и гетерохронность процесса старения. В высшей нервной деятельности в первую очередь ухудшается образование условного тормоза, выработка дифференцировок, и в мень­шей степени изменяется замыкательная функция коры. В системе безусловнорефлек-торной деятельности после 60 лет страдает ориентировочная реакция, в то время как оборонительный рефлекс отличается высокой степенью сохранности. В позднем он­тогенезе разновременность в темпах старения отдельных органов и систем выражена в достаточно высокой степени.

Обобщая многочисленные данные о сложной возрастной динамике функций с по­зиции геронтогенеза, И. В. Давыдовский [25] пришел к заключению о том, что в жи­вотном организме эволюционные и инволюционные процессы сосуществуют во всех возрастах. В этих случаях гетерохрония характеризуется не только неодинаковыми темпами, но и различной направленностью возрастной изменчивости функций.

В психологии также были получены данные, показывающие разновременность возрастной динамики различных психических форм. Характеризуя развитие ребен­ка, немецкий психолог Э. Мейман [40] в 1907 г. отмечал: чем больше необходима ка­кая-нибудь функция для жизни ребенка, тем раньше она развивается. При этом он имел в виду такие случаи, как, например, более раннее освоение ребенком простран­ства, по сравнению с развитием ориентировки во времени, раннее развитие чувстви­тельности больших суставов, в отличие от мелких. Другой немецкий психолог В. Штерн [72] в 1915 г. писал о неравномерности роста душевных способностей ре­бенка, связывая ее с качественной характеристикой процессов развития. По его мне­нию, функции, прогрессируя с возрастом, не развиваются равномерно. Происходит постоянное нарушение пропорционального движения в том смысле, что отдельная функция, играя узкую роль, выступает на первый план как центральный пункт ду­шевной деятельности, и в короткое время происходит поразительно быстрое ее развитие. Когда это бурное время минует, происходит выдвижение новой функции.

В более поздних работах по генетической психологии явления разновременности были установлены в развитии интеллекта [52]. Прямое отношение к гетерохронии имеет горизонтальный декаляж, т. е. смещение во времени стадий развития отдель­ных подструктур интеллекта. Ребенок раньше постигает неизменность массы тела, а затем, через 1-2 года, начинает правильно оценивать неизменность веса тела.

В настоящее время накоплен обширный и разнообразный материал, показываю­щий несовпадение фаз развития различных сторон ощущений и восприятия, памя­ти, мышления, способностей на разных этапах жизненного цикла не только в период роста и созревания, но и в позднем онтогенезе. Данные в сфере цветоразличения по­казывают, что чувствительность к различным длинам волн изменяется у человека по-разному. Так, чувствительность к желтому цвету после 50 лет не снижается, к зеле­ному - снижается не очень сильно. В то же время сенсорные реакции на крайние, длинноволновые и коротковолновые зоны спектра, на красный и синий цвета неук­лонно ухудшаются после 25 лет [15]. Темп старения громкостной чувствительности неодинаков при разной частотной характеристике звука. После 20 лет наибольшая скорость инволюционных процессов громкостной чувствительности наблюдается в диапазоне звуков высокой частоты, наименьшая - в зоне низких частот [8]. В про­цессе индивидуального развития кинестезия руки оказывается более сохранной, чем кинестетическая чувствительность нижних конечностей [2, 6].

Изучение всего диапазона сенсорно-перцептивного развития от детства до старо­сти применительно к константности формы и величины объекта как одного из фун­даментальных свойств восприятия показало, что точность восприятия положения объектов в перцептивном пространстве формируется значительно раньше и сохра­няется дольше по сравнению с точностью восприятия пространственных характери­стик самого объекта, его формы и величины [26].

Систематическое исследование возрастных особенностей зрительно-простран­ственных функций позволило установить возрастную разновременность и последовательность их становления. По нашим данным [59], в дошкольные годы пример­но к 6-7 годам формируется острота зрения; в подростковом возрасте в основном за­канчивается становление сенсорного поля зрения, его объемных характеристик. Что касается периода старения, то ослабление зрительно-пространственных функций в это время происходит также разновременно. Вначале стареет острота зрения (к 50 го­дам), а позже происходит сужение поля зрения. Глазомерная же функция, формиру­ясь раньше (4-5 лет), остается достаточно сохранной вплоть до 70 лет.

Различная последовательность роста и инволюционного развития зрительных пространственных функций как проявление межфункциональной гетерохронии со­четается с разновременностью возрастной изменчивости их различных сторон, что усиливает неоднородный характер онтогенетической эволюции.

В результате лонгитюдинального микровозрастного анализа не только в периоды роста и старения, но и у взрослых была выявлена разнонаправленность развития и различная степень изменчивости зрительно-пространственных, а также и других функций. В период ранней взрослости (18-21 год) уровень одних функций повыша­ется (объем поля зрения, глазомер, константность опознания, дифференцированное узнавание, пространственное представление, внимание), других - понижается (ост­рота зрения, кратковременная память), уровень третьих остается стабильным (на­блюдательность) [22]. Сходные явления разновременности развития сенсорно-пер­цептивных функций, например осязания и зрения, времени реакции на разные сти­мулы, были получены и в ряде других исследований [6; 27].

В фазе роста имеет место закономерная последовательность формирования раз­личных функций, и интенсивный рост одной функции осуществляется за счет за­медления развития другой, что, в частности, выражается в отрицательных значениях корреляционных связей. В период старения действие закона гетерохронии выполняет компенсаторную функцию и способствует сохранности одних функций за счет других.

Долговечность отдельных функциональных систем зависит от их роли в жизне­деятельности организма. Это положение-ключевое в понимании своеобразия гетерохронности онтогенетического развития психических функций человека. В онто­генезе человека уже на сенсорно-перцептивном уровне решающее влияние на пси­хику оказывает трудовая деятельность. В этой связи Б. Г. Ананьев писал: «...Имеется существенное сходство эволюционно-инволюционных соотношений в тактильно-вибраторных функциях руки, а также в функциях речеслуховой и зрительной про-странственно-ориентационной систем. Это все сенсорные системы, включенные в по­стоянную практическую деятельность, служащие средствами связи в процессе обще­ния и повседневного регулирования процессов поведения [6, с. 48]. Эти сенсорные системы достигают высоких уровней развития и в зрелые годы, в то время как другие сенсорные функции, даже тех же модальностей, но не имеющие таких же условий развития, инволюционируют. Таким образом, Б. Г. Ананьев определил гетерохрон-ность как сложное переплетение эволюционных и инволюционных процессов, зави­сящее от социально-исторических условий жизни человека и состояний его собствен­ной деятельности (трудовой, коммуникативной, гностической). Вместе с тем он по­лагал, что это положение относится не только к сенсорно-перцептивным процессам, но и к высшим психическим функциям человеческого интеллекта.

В детском и школьном возрастах наблюдается относительно более быстрый темп развития словесной памяти, по сравнению с образной [20]. В период старения, напро­тив, словесно-логическая память оказывается относительно более сохранной.

Под руководством Б. Г. Ананьева был выполнен большой цикл исследований, на­правленных на изучение возрастных особенностей интеллектуальных функций (мнемических, вербальных, аттенционных, тонических и т. д.). При этом первостепенное значение придавалось периоду взрослости как малоизученному в возрастном плане. Микровозрастной комплексный подход позволил получить новые данные о чрезвы­чайной изменчивости функций в этот период. Эта изменчивость выразилась в микро­сдвигах уровневых показателей разных функций, как в сторону повышения, так и понижения, наряду с периодами стабилизации, и в разновременности этих сдвигов по разным функциям. Сопоставление между собой характера изменений многих функ­ций в различные микропериоды зрелости выявляет противоречивое совмещение раз­нородных процессов развития психофизиологических функций взрослого человека. В процессе их микровозрастной динамики наименьшая частота моментов относится к стабилизации функциональных уровней, наибольшая частота - к положительным, конструктивным сдвигам (повышение функционального уровня). Происходит так­же значительное число отрицательных сдвигов, моментов понижения, которые пред­шествуют оптимумам и являются скрытыми периодами перестройки функций. В эту противоречивую картину микровозрастной динамики развития включены как самые сложные образования (логические и мнемические функции, вербальный и невербаль­ный интеллект), так и самые элементарные процессы и свойства индивида (тепло­образование, метаболизм, нейродинамические характеристики и др.). Все это дало основание Б. Г. Ананьеву сделать вывод: «Природа психофизиологического развития зрелости разнородна и противоречива, представляет собой сложную структуру раз­личных процессов: повышения функционального уровня различных механизмов дея­тельности, стабилизации этих уровней и их понижения, которые еще нельзя отож­дествлять с явлениями инволюции функций» [5, с. 345].

В интеллектуальном развитии взрослых людей Б. Г. Ананьевым было обращено внимание на зависимость между логическими и мнемическими функциями в их раз­витии. Причем эта зависимость не всегда одинакова. «Моменты понижения уровня логических и мнемических функций возникают, возможно, в критических пунктах развития мышления, когда избыточность обобщений и абстрагирования ограничи­вают накопление и сохранение вновь усваиваемой информации. Напротив, повыше­ние логических функций при понижении мнемических возникает, вероятно, именно тогда, когда накопление избыточной и сохранение усваиваемой информации проис­ходит при некотором снижении эффективности "фильтрации" вновь усваиваемых знаний» [4, с. 15]. Такая зависимость выявилась и в более раннем периоде роста функ­ций у школьников разного возраста.

Учет изменяющихся взаимоотношений памяти и мышления имеет важное значе­ние в связи с регулированием процесса накопления, сохранения и логического пре­образования знаний на различных этапах образования. В период взрослости, после прекращения роста и созревания организма, происходят не только количественные изменения, относящиеся к объему накопленного жизненного опыта, но и преобразова­ния самого нервно-психического аппарата в виде функциональных новообразований, повышения и понижения уровня работоспособности нервно-психических функций (сенсорных, перцептивных, мнемических, психомоторных, вербальных и т. д.).

Онтогенетическое развитие интеллекта носит противоречивый характер, выра­женный в противоположном ходе развития некоторых вербальных (информирован­ность, определение слов) и невербальных (практический интеллект) функций. Уже после 30-35 лет отмечается постепенное снижение невербальных функций. Что ка­сается вербальных, то они именно с этого периода прогрессируют наиболее интен­сивно, достигая высокого уровня после 40-45 лет. Вербально-логические функции, формируясь в раннем детстве, характеризуются наибольшей сохранностью и долго­вечностью и являются существенным фактором, противостоящим процессу старения человека [6; 21; 43; 64].

Противоречивость возрастной динамики психофизиологических функций и ин­дивидных свойств обусловливается совокупностью биологических и социальных факторов. «В онтогенезе человека возникают и преодолеваются многие противоре­чия между наследственностью и средой, различными регуляторами жизнедеятельно­сти (гуморальными и неявными, кортико-ретикулярными и кортикальными, первосигнальными и второсигнальными), разными системами, органами и тканями в це­лостной структуре организма. Одним из существенных внутренних противоречий онтогенетической эволюции следует считать неравномерность развития различных систем и их регуляторов» [6, с. 65].

Гетерохронность характеризует не только онтогенез познавательных функций и индивидных свойств человека, но и становление его как личности. Этот процесс протекает разновременно, соответственно последовательности усвоения социальных ролей и их смены у ребенка или взрослого под влиянием социальных факторов, обус­ловливающих жизненный путь и индивидуальную изменчивость свойств человека как личности. Фазы жизненного пути датируются историческими событиями, сме­ной способов воспитания, изменениями образа жизни и системы отношений, суммой ценностей и жизненной программой. В процессе общественного воспитания и обра­зования складываются типичные характеры эпохи, социально ценные свойства по­ведения и интеллекта, основы мировоззрения и готовность к труду. Принципиально иной общественный путь становления личности, в отличие от онтогенеза индивида, выражается в том, что индивидуальная изменчивость свойств человека как личнос­ти определяется «взаимодействием основных компонентов статуса (экономическо­го, правового, семейного, школьного и т. д.), сменой ролей и систем отношений в кол­лективах (макро- и микрогруппах), в общем социальном становлении человека. Соот­ветственно характеру этого взаимодействия развитие отдельных свойств происходит неравномерно в каждый отдельный момент - гетерохронно» [6, с. 67]. Иначе говоря, внутренняя противоречивость развития личности проявляется в неравномерности и гетерохронности смены ее общественных функций, ролей, состояний и свойств.

Противоречивость временной структуры развития личности усиливает внутрен­нюю противоречивость онтогенетической эволюции человека. Один из моментов об­щей противоречивости развития выражен в последовательности фаз оптимального развития, пиков максимальных достижений функций и свойств человека. Пик сенсор­ного и сенсомоторного развития приходится на период ранней взрослости (18-25 лет). Пики творческих интеллектуальных достижений в среднем падают на более поздние сроки (35 и 47 лет) [49], а в некоторых областях литературной, научной деятельнос­ти - на 40-55 лет и позже [2; 6]. Пик наиболее общих социальных достижений мо­жет наступать в 55-65 лет [6]. Такая глобальная временная структура кульминаций в разные возрастные периоды создает оптимальные условия для развития и длитель­ной сохранности на высоком уровне психической активности человека на протяжении всего жизненного цикла, несмотря на более ранние периоды спада элементарных сенсомоторных функций.

Важным вопросом внутренней структуры всего жизненного цикла человека как субъекта деятельности является соотношение хронологических дат: подготовитель­ный период, старт, кульминация и финиш. Существует определенная зависимость времени наступления зрелости, кульминации в том или ином виде деятельности от момента старта, связь между финишем и кульминацией, что в свою очередь определяется историей развития личности человека, конкретно-социальными условиями общества [6; 33].

Гетерохронность выражает противоречивый характер развития человека под влиянием конкретных социально-экономических и экологических условий, а также генетических факторов. Решающая роль здесь принадлежит самому человеку как субъекту деятельности (трудовой, гностической, коммуникативной), его образу жиз­ни, которые влияют на ход эволюции функций и таким образом изменяют времен­ную структуру индивидуального развития. Влияние профессиональной деятельнос­ти на соотношение эволюционных процессов выражается в том, что функции, находя­щиеся под систематической нагрузкой, длительное время остаются сохранными. Так, у водителей транспорта сенсибилизируются и с возрастом почти не меняются зри­тельно-пространственные функции как главные компоненты трудоспособности [1]. У пилотов в возрасте 25-54 лет оказываются устойчивыми такие функции как цве­тоощущение, ночное зрение, глубинный глазомер и постепенно снижается лишь ост­рота зрения из-за ослабления аккомодации [65]. Сенсорные функции включены в де­ятельность, что создает условия для оптимальной нагрузки, усиленной мотивации и операционных преобразований и приводит к их эволюции в более зрелые годы жиз­ни. Одновременно функции, не включенные в систематическую деятельность, с воз­растом инволюционизируют.

Другим важным фактором, зависящим от культурных и социальных условий, является образование, которое противостоит старению, затормаживая процесс инво­люции [5; 47]. При этом в различные периоды жизни наблюдается разная эффектив­ность научения. Если моторное научение, успешное в детстве и в ранней зрелости, оказывается малоэффективным в поздние годы, то словесное, напротив, становится успешным в процессе индивидуального развития.

Внутренним фактором сохранности психики является одаренность. У одаренных людей интеллектуальный прогресс осуществляется более длительный период, в то время как инволюция наступает позже и протекает в более замедленном темпе [47; 58]. Учитывая совокупное действие разных факторов, Б. Г. Ананьев пришел к заключе­нию о двухфазном характере развития. По его мнению, первой фазой является общий, фронтальный, прогресс функций. Второй фазой эволюции тех же функций считается их специализация применительно к определенным объектам, операциям деятельнос­ти и сферам жизни. Поэтому на общую видовую гетерохронность накладывается ин­дивидуальный ход развития функций, прежде всего в фазе специализации, усиливая и изменяя действие этой общей закономерности. При этом возможно, что оптимум спе­циализированных функций совпадает с начавшейся инволюцией общих свойств этих функций. Такое противоречивое совмещение может происходить в сенсорно-перцеп­тивных процессах и в сфере памяти, где возрастающий объем и совершенствование профессиональной памяти совмещается с общим снижением мнемической функции. Индивидуальная вариабельность, гетерохронность развития психофизиологических функций человека, как подчеркивал Б. Г. Ананьев, есть одно из проявлений единства человека как индивида, личности и субъекта деятельности и определяется в конкрет­ных исторических условиях степенью активности самого человека, продуктивностью и социальной значимостью его труда, его образа жизни.

Гетерохронность выступает в качестве дополнительного механизма регуляции ин­дивидуального развития в различные периоды жизни человека, усиливаясь во время роста и инволюции. Учет гетерохронности психических изменений является необ­ходимым при построении классификации возрастов, при определении продолжи­тельности фаз жизненного цикла человека, что в свою очередь составляет основу для дифференцированного управления процессом развития.