Глава XIII. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПРАВОПОНИМАНИЯ И ФОРМИРОВАНИЯ СОДЕРЖАНИЯ ПРАВА

§ 1. Правосознание и содержание права: детерминирующие факторы и самостоятельное значение

§ 2. Потенциальное разнообразие правового развития и проблема выбора

§ 1. Правосознание и содержание права: детерминирующие факторы и самостоятельное значение

Происхождение, логика развития и содержание всей правовой действительности неоспоримо свидетельствуют о том, что правовые нормы и системы права в целом являются так или иначе результатом «следования» субъектов правосознания и правотворчества за наиболее значимыми социальными проблемами и противоречиями, за потребностями общественной практики. Собственно, одним из важнейших проявлений этого объективного процесса и является постоянное развитие и изменение правовых представлений, соответствующих им общеобязательных правил поведения, исторически конкретных правовых систем. И, видимо, только в данном контексте все правовые, юридические явления могут быть осознаны как проявление социальной необходимости и социальной закономерности, как объективно обусловленный атрибут общественного развития. В этом смысле право, все правовые явления действительно не имеют и не могут иметь собственной истории и тем более не являются некоей самодостаточной и саморазвивающейся субстанцией или идеей.

Поэтому, строго говоря, вся проблема права в самом широком и философском смысле слова – это изначально и по существу всегда лишь вопрос нашего правопонимания. Ведь в собственном смысле слова так называемая правовая проблематика (включающая, естественно, и вопросы практической реализации так называемых правовых норм) есть продукт нашего сознания, результат отражения и социально-субъективной интерпретации реально существующих социальных закономерностей, тенденций, связей, отношений, противоречий и т.п. Нечто трактуется кем-то в качестве права и не более того: «Право – это система норм», «право – это то, что о нем говорят судьи», «право – это нормативно выраженная справедливость», «право – это принцип формального равенства», «право – это нечто объективное» и т.д. Слово «право» в этой связи, хотя оно и выражает в

§ 1. Правосознание и содержание права 343

языке многих народов в какой-то степени нечто общее и в этом смысле как бы нечто закономерное, неслучайное1, тем не менее не имеет никакого самостоятельного и тем более принципиального значения – главное здесь словоупотребление, тот смысл, который придается этому слову или термину, те реальные или мнимые явления, этим словом символизируемые.

Между тем основное практическое и теоретическое значение правопонимания и права состоит не в том, что это одна из форм отражения и выражения реально существующих явлений, вещей (этот аспект смело можно назвать второстепенным, предпосылочным), а именно в том, что наше сознание – в данном случае в форме правосознания – не только отражает объективный мир, но и во многом творит, создает его. Правовые явления как продукт сознания, конструкция всякого правосознания – это результат нашей интерпретации, нашего субъективного понимания, и поэтому это всегда нечто неадекватное, нетождественное и в этом смысле нечто новое в сравнении с «освоенными» сознанием реальными явлениями как по своему непосредственному содержанию, так и по модусу бытия. Поскольку по объективным, а именно гносеологическим причинам, т.е. в силу особенностей человеческого познания и отражения реальности, сознание людей и его продукты в принципе не могут быть адекватным (т.е. не зависимым от особенностей самого сознания) отражением реальности. Но главное – это практически невозможно, и это не происходит по субъективным причинам. Социальные субъекты не только не могут, но и не хотят адекватного, «истинного» воспроизведения собственно «наличной» действительности. Ведь особенность правового освоения действительности как раз состоит в другом, а именно – в сознательно-волевом, субъективного характера опосредовании ее содержания. В правовом сознании и в правовом развитии любого общества в принципе не может быть преодолен социально-субъективный, субъективно-ценностный и при этом всегда конкретно-исторический подход (в смысле объективной ограниченности историческими рамками и обстоятельствами любых субъектов правосознания и правотворчества). Этот факт вряд ли оспорим, независимо от того, о каком конкретном обществе, государстве и о каком историческом этапе их существования идет речь. Безусловное признание этого обстоятельства имеет принципиально важное значение, особенно при решении вопроса о возможном содержании правовых норм и о его развитии.

344 Глава XIII. Проблемы правопонимания и формирования содержания права

Непосредственное содержание правовых норм прямо или косвенно преломляет в себе потребности и интересы совокупного субъекта правотворчества, его стремление достичь конкретных целей; оно отражает его понимание общественных и природных закономерностей, тенденций, оценку опыта прошлого, настоящего и представления о будущем. В содержании правовых норм могут выражаться представления о социальной справедливости, желание следовать религиозным, моральным, идеологическим и иным ценностям, идеалам, убеждениям, той или иной научной теории, тем или иным правовым учениям, доктринам. На содержании правовых норм могут сказываться заблуждения, ошибки, недоразумения, симпатии и антипатии к конкретным лицам или процессам; они могут отражать желание кого-то остаться у власти и содержать в себе в связи с этим завышенные обещания или просто обман, могут быть следствием компромисса, рекомендаций или давления извне (например, со стороны других государств или международных организаций). Далее. Их содержание может быть и очевидным выражением произвола, диктата, следствием проведения политических, экономических и социологических экспериментов. Оно может быть обусловлено таким фактором, как прямое заимствование тех или иных моделей правового содержания – как добровольное, так и принудительное, как, возможно, с положительными последствиями этого, так и с отрицательными (например, широко известно, что в свое время Кодекс Наполеона был навязан некоторым европейским народам французской империей, но фактически продолжил свое действие и после ликвидации французского господства). И наконец, конечно, особую роль здесь играют экономические причины – неудовлетворенные материальные потребности индивидов и социальных групп, производственно-технические закономерности и т.д.

Однако в этой связи сразу же следует особо отметить, что очень популярный в нашей стране (как в недалеком прошлом, так и сейчас) тезис о предопределенности содержания права в конечном счете экономическими отношениями и причинами в лучшем случае означает серьезное упрощение юридической реальности с точки зрения ее генезиса и непосредственного содержания, а в практически-прикладном отношении является просто немногого стоящей «дежурной» фразой (способной, однако, отчасти дезориентировать правосознание людей). Собственно экономическая детерминация не только не является единственным фактором, но и не всегда может иметь определяющий, решающий характер в процессе правообразования, уступая ведущую роль другим факторам. При этом сами экономические закономерности (допускаемые нами в качестве всеобщих, объективных) проявляют себя в

§ 1. Правосознание и содержание права 345

социальной практике конкретной страны и в конкретно-исторических условиях существенно различно – в зависимости от особенностей других, многочисленных субъективных, а также случайностных факторов. Скажем, всеобщий экономический закон стоимости или общие закономерности рыночной экономики имели, имеют и, видимо, будут иметь весьма различное общественное значение и серьезные особенности проявления в зависимости от других, неэкономических реалий и причин. Например, идеологическая, субъективно-ценностная по своей сути идея всеобщих, основных прав и свобод человека никак не может быть сведена лишь к одному из специфических проявлений экономической детерминации (в особенности в отношении как раз социально-экономических прав человека) и выступает как относительно самодостаточная ценность и ориентир социального развития, и главное (применительно к интересующей нас проблеме) – в качестве в значительной степени самостоятельного правообразующего и правообусловливающегофактора. Соответственно этому существенным образом корректируется экономическая жизнь общества, и в частности, это проявляется в принудительном, .субъективно-волевом, внеэкономическом перераспределении социальных благ в целях обеспечения каждому человеку определенного минимума этих благ, трактуемых как основные права человека Например, признание многими капиталистическими государствами права на труд, права на защиту от безработицы в качестве основных прав человека, придание им конституционного статуса является постоянным и очень важным фактором, в значительной степени определяющим экономическую политику государства и экономическую жизнь общества в целом.

А современные исламские (по существу, они также и капиталистические) государства и общества имеют существенные особенности (в том числе экономические) в сравнении, скажем, с западноевропейскими странами. Содержание мусульманского права таково, что скорее именно оно предопределяет некоторые особенности экономического развития, а не наоборот, и основным фактором, определившим его содержание, была все-таки религия, а не экономика.

Ярким примером, в принципе иллюстрирующим относительность и даже вторичность в конкретно-исторических условиях экономической детерминации содержания правовых установлений, является также теория и практика социалистического строительства в прошлом в нашей стране. Хозяйственная, экономическая жизнь общества сознательно перестраивались и развивались под воздействием регулирующей роли идеи, социалистических идеалов и ценностей, нашедших свое прямое отражение, в частности, и в содержании правовых норм.

346 Глава XIII Проблемы правопонимания и формирования содержания права

Резюмируя вышесказанное, необходимо подчеркнуть, что содержание всякого правосознания и возникающих на его основе общеобязательных, т.е. правовых, норм есть выражение своего рода синтеза и взаимосвязи различных факторов, как объективных и субъективных, так и, возможно, просто случайных. Другими словами, как с точки зрения генезиса, так и в своем непосредственном наличном содержании право (прежде всего как объективное право) – это явление синтетическое, многомерное – в смысле отраженных в нем реалий.

Это обстоятельство, конечно, предопределяет и то, что практически всегда и везде правовые нормы могут быть и бывают различнымии изменчивыми по своему непосредственному содержанию – даже в рамках приблизительно одних и тех же социально-экономических и иных условий, в пределах одной и той же исторической ступени развития человечества.

И наконец, самое существенное, самое главное состоит все-таки в следующем. Во-первых, собственно правовые нормы, возникнув однажды, могут вести относительно самостоятельное существование и в качестве нормативно-регулятивной системы способны воздействовать и воздействуют на реально происходящие социальные процессы, выступая, таким образом, в качестве одного из факторов, вызывающих те или иные практические социальные последствия. По сути, импринадлежит роль важного, а порой и незаменимого средства удовлетворения потребностей и интересов людей и, в частности, так называемых правовых представлений и притязаний. Регулятивная функция действующих юридических норм (объективного права) проявляет себя как составная часть объективно, фактически существующей реальности, и в этой связи собственно право автономно также и по отношению ко всякому правосознанию, как с точки зрения его содержания и требований, так и по отношению к непосредственно-регулятивной функции, присущей правосознанию.

И во-вторых, различное содержание правовых норм может вести и ведет к различным социальным последствиям, и соответственно этому изменения в содержании правовых норм, т.е. изменения непосредственно самой абстрактной правовой формы и выраженных в ней общих правил поведения, могут вызывать соответствующие прогнозируемые изменения в социальной действительности (естественно, в определенных пределах и во взаимодействии с другими факторами).

В связи с этим следует особо подчеркнуть, что практическое значение права состоит в его способности «проникновения в будущее», в способности формирования будущего поведения людей. Это необходимо сделать не только для того, чтобы отметить очевидный факт one-

§2 Потенциальное разнообразие правового развития и проблема выбора 347

режения во времени процесса объективации права (и соответственно проявления его действенности, активности, «инструментальности») по отношению к конкретной социальной реальности, но и в смысле необходимости решения вопроса о правильном соотнесении (в каждый конкретный момент и применительно к данным конкретным отношениям, фактам) причины и следствия, средства и результата, а также о возможности и необходимости в соответствующих условиях их взаимных переходов «одно в другое», вычленения роли собственно права как одного из детерминирующих факторов применительно к конкретным социальным последствиям.

Выражая волю совокупного субъекта правотворчества, его стремление добиться социально значимых целей, правовые нормы выступают в качестве долженствования, «должного», логически противопоставляемого фактически существующему, «сущему», а также потенциально возможным отклонениям в будущем от требований должного. В этом смысле закономерности, тенденции и возможные варианты правового развития всегда опосредованы и опосредуются социально-субъективной целью (в широком смысле слова), отраженной в исторически конкретных общеобязательных предписаниях, приобретающих относительно самостоятельное, инструментальное значение, и путем взаимодействия с другими явлениями, обусловливающими в той или иной степени искомый результат. Возможность неэффективности в том или ином конкретном случае указанного взаимодействия ставит лишь вопрос о качестве целей и средств.