Временное правительство и его кризисы

Временное правительство, выступавшее от имени всей демократии и получившее первоначально широкую общественную поддержку, являлось носителем высшей исполнительной и законодательной власти в стране. Исполнительная власть на местах переходила к назначавшимся Временным правительством комиссарам. Смещались губернаторы, градоначальники, распускались полиция, жандармерия. Воинские части присягали Временному правительству и Свободной России. Развернулась подготовка к перевыборам городских и районных дум на основе свободных демократических выборов.

Советы в официальную структуру власти не входили. Социалистические партии, фактически возглавившие революционный переворот, считали не вправе претендовать на государственную власть. Они исходили из реального положения России как страны, далеко не завершившей еще стадии буржуазных преобразований, из характера первоочередных общедемократических задач, стоявших перед страной. Поэтому Февральская революция рассматривалась как буржуазно-демократическая и ответственность за разработку политики, практическое руководство возлагались на либерально-буржуазные партии. Социалисты свою роль видели в активной оппозиции правительству, критике недостатков, защите интересов широких народных масс трудящихся, условной поддержке Временного правительства. Реально претендовать на власть они считали возможным лишь на "следующей стадии". Но вместе с тем социалистические партии не допускали абсолютного сосредоточения власти в руках Временного правительства. Фактически и Петроградский, и местные Советы брали на себя важные государственные функции. Без поддержки Советов Временное правительство не могло укрепить свою власть.

Отсюда уникальное двоевластие – существование одновременно двух источников власти: законного правительства и параллельной, "союзной" с ним, структуры, но претендующей на властные функции в тех или иных вопросах, или толкаемой к таковым массами. Сложившееся двоевластие в лице Временного правительства и Советов было ярким свидетельством сложности, противоречивости Февральской революции. Оно отражало реальный расклад социальных и политических сил, наглядно демонстрируя, что революция еще далеко не завершена, что впереди неизбежная острая борьба за обладание всей политической властью.

Радикализация масс. Послефевральские демократические преобразования происходили в невиданных до того в России масштабах. Амнистия по политическим и религиозным делам, отмена смертной казни, свобода слова, печати, собраний, митингов и демонстраций, отмена всех сословий, вероисповедальных и национальных ограничений, замена полиции народной милицией, выборы в органы местного самоуправления, многопартийная система – это перечень наиболее важных. По уровню демократических прав и свобод Россия сравнялась с передовыми странами Запада.

Временное правительство пыталось решить насущные проблемы и стабилизировать ситуацию в стране. Поаграрному вопросу правительственная программа предусматривала наделение крестьян землей "на разумных началах для пользы государства". Конкретные принципы будущей аграрной реформы предлагались согласно партийным программным установкам. Кадеты выступали за незыблемость принципа частной собственности и передачу крестьянам лишь части помещичьих земель за выкуп. Эсеры (поддер­живаемые крестьянством) предлагали переход всех земель в общенародное достояние без выкупа и уравнительно-трудовое пользование ими. Все ведущие политические партии соглашались с тем, что кардинальное решение аграрного вопроса должно быть принято законным высшим органом власти в стране – Учредительным собранием. До его созыва правительство решилось на конфискацию лишь земель, лесов, озер и т.д., принадлежавших царю и царской фамилии (март 1917 г.). Специально созданный Главный земельный комитет разрабатывал принципы будущей земельной реформы, важнейший из которых состоял в передаче земли тем, кто ее обрабатывал. Планировалось осенью 1917 г. завершить разработку законодательства, передать его на утверждение Учредительного собрания и лишь весной следующего года приступить к практическому осуществлению. Попытки крестьян самочинно захватить помещичьи земли оценивались как "самоуправство", пресекались карательными отрядами. Однако лозунг о законности и порядке как основе реформ, выдвинутый кадетами, поддержанный и проводимый также эсерами и меньшевиками (представители которых с мая 1917 г. входили в состав Временного правительства), в российском обществе 1917 г. не воспринимался. Все призывы и увещевания правительства, компромиссные и здравые законы не смогли сбить накал страстей. С каждым месяцем нарастало крестьянское движение. Уже с весны начались погромы, запылали помещичьи усадьбы. С осени возросло число самовольных захватов и переделов частновладельческих земель. Статистика свидетельствовала, что крестьянские выступления все чаще приобретали вооруженный характер. Бороться с "черным переделом", катившимся по стране, было уже невозможно. Большевики поддерживали его, вербуя союзников из недовольного крестьянства и обещая дать землю сразу после прихода к власти.

Не была реализована из-за противодействия большинства российской деловой буржуазии либерально-реформистская программа по рабочему вопросу. Были законодательно закреплены права рабочих на членство в профсоюзах и участие фабрично-заводских комитетов (фабзавком) в делах производства, поощрялось кооперативное движение в городе и в селе, но рабочие не получили ни улучшения снабжения, ни повышения зарплаты, ни 8-часового рабочего дня. В связи с войной правительство не поощряло перехода на 8-часовой рабочий день, но было бессильно остановить этот стихийный процесс, поддерживаемый Советами. Состояние экономики требовало более жестких мер государственного регулирования, но правительство не решалось на них. Все это усугубляло анархию в обществе, трудности в экономике. Инфляция, остановка многих фабрик и заводов, рост безработицы, спекуляция, развал транспорта, разрывавший традиционные связи между регионами и отраслями, свидетельствовали, что экономика страны катилась к катастрофе. С весны 1917 г. вновь наметился рост забастовочного движения, усиливалось недовольство Временным правительством. В фабзавкомах вызревала идея введения общественного (рабочего) контроля над деятельностью администрации, а далее над банками, органами снабжения и распределения продуктов, ценами на важнейшие товары.

Постоянное и неуклонное ослабление центрального правительства вызывало появление национально-освободительных и сепаратистских движений, что свидетельствовало о серьезности национального вопроса. Пытаясь сохранить Россию как единое великое государство, Временное правительство все же прорабатывало и осуществляло новые подходы в национально-государственном устройстве. Всем народам предоставлялось право использовать родной язык и развивать национальную культуру, отменялись вероисповедальные ограничения. В марте правительство предоставило Польше независимость, предусматривая воссоздание единого польского государства на территориях, включенных ранее в состав России, Германии, Австро-Венгрии. Была восстановлена автономия Великого княжества Финляндского, предоставлена автономия Украине. На Кавказе, в Туркестане расширены представительства местного населения в делах управления. С лета началась законодательная работа с целью преобразования империи на основах федерации. Не дожидаясь результатов этой работы, национальная интеллигенция, предприниматели, духовенство развертывали движение за национальное возрождение. Это выражалось в расширении сферы использования национального языка, воссоздании традиционных органов власти, создании национальной армии, активизации католической, мусульманской церкви и др. Принципу "единой и неделимой", отстаивавшемуся буржуазными партиями из центра, решительно противопоставлялся принцип национального самоопределения, вплоть до отделения.

Стихийно вспыхнуло и быстро распространялось по стране национально-государственное строительство. В марте 1917 г. на Украине был создан фактически не зависимый от Временного правительства орган республиканской власти – Центральная Рада, следом возникли республиканские министерства, была принята конституция. Аналогичные местные органы, призванные отразить и защитить интересы многочисленных народов, населявших Россию, возникали повсюду – на Кавказе и в Закавказье, в Средней Азии, Поволжье, Сибири. При этом национал-радикалы зачастую опирались на финансовую помощь заинтересованных государств (Германии, Англии, Франции и др.), желавших за счет ослабления и расчленения России решить свои проблемы.

Итак, массы проявляли нетерпение, решение же фундаментальных вопросов – о политическом строе страны (конституции), аграрной реформе, самоопределении народов, населявших страну, откладывалось до созыва Учредительного собрания. Учредительное собрание, признававшееся ведущими политическими силами (включая большевиков) высшим законодательным органом страны, стало ключевым фактором политики, фактором, увы, не сыгравшим своей стабилизирующей роли. Постоянный перенос сроков выборов и созыва (по разным мотивам), затягивание решения проблем и апелляция к законности – все это усугубляло недоверие широких народных масс, особенно в условиях антиправительственной пропаганды большевиков и правового нигилизма населения.

Определяющим политическим фактором являлось также открытое вмешательство армии в политику. Без учета этого фактора не действовала ни одна партия в России, пытаясь перетянуть военных на свою сторону. Став орудием в руках разных политических сил, российская армия теряла боеспособность. Рушилась одна из важнейших опор российской государственности.

Серьезным политическим фактором оставался голод. Продовольственные беспорядки, сопровождавшиеся безнаказанным разгромом лавок и складов, стали характерными для многих российских городов. Правительство пыталось принимать радикальные меры: введение государственной монополии на хлеб и повышение вдвое закупочных цен; ужесточение хлебной разверстки, введенной еще в ноябре 1916 г., дополнение ее мясной; введение карточной системы; привлечение на сельхозработы полумиллиона военнопленных и стольких же российских солдат-тыловиков. А осенью 1917 г. была организована посылка в деревню вооруженных воинских отрядов для принудительного изъятия хлеба. Однако решить проблему голода не удалось.

Но главной проблемой в России в послефевральский период оставалась война. Попытка российской буржуазии после Февральской революции проводить все ту же политику на "единение с союзниками" и "войну до победного конца" лишь ускорила свержение ее власти в ходе Октябрьской революции. В предоктябрьский период глава Временного правительства А.Ф. Керенский, правда, пытался заключить сепаратный мир с Болгарией и Турцией. Даже было получено согласие Австро-Венгрии (24 октября 1917 г.). Но это были абсолютно запоздалые меры.

Временное правительство, связанное обязательствами перед ведущими политическими силами довести Россию до Учредительного собрания, озабоченное больше сохранением стабильности в обществе, нежели его изменениями, не брало на себя решение назревших задач. Были и объективные причины этой нерешительности – состояние войны, хозяйственная разруха, угроза потери управления. Тормозили и консерватизм имущих классов, и экстремизм снизу. Причина была и в том, что проведение (или не проведение) глубоких социально-экономических реформ неизбежно разводило и сталкивало интересы разных социальных слоев, на которые опиралось правительство (рабочих и предпринимателей, землевладельцев и общинников, многочисленных народностей и т.п.). Здесь была заключена исходная слабость правительства. Кроме того, слабая власть была последствием двоевластия. Правительство, вынужденное постоянно оглядываться на грозные Советы, отличалось безволием, медлительностью. Советы, опасаясь взять власть, становились бесхарактерными, беспринципными. Такая политическая система не могла быть устойчивой, была подвержена кризисам.

Кризис власти. В апреле 1917 г. разразился первый кризис. Массы все настойчивее требовали перехода от обещаний к делу. Одно из главных требований – окончание войны. Под лозунгами мира прошли мощные демонстрации в Петрограде и ряде других городов. В то же время министр иностранных дел П.Н. Милюков направил союзникам ноту, в которой подтвердил военные обязательства России, что вызвало бурю протеста на промышленных предприятиях, в казармах. Произошли вооруженные столкновения между противниками и сторонниками политики Временного правительства, с обеих сторон были убитые и раненые. Ответственность за случившееся кадеты и большевики возлагали друг на друга.

Критика правительства слева и справа и за авантюризм, и за бессилие привела к его реорганизации. Военный и морской министр А.И. Гучков и министр иностранных дел П.Н. Милюков вышли в отставку. Бессилие Временного правительства стало настолько очевидным, что князь Г.Е. Львов обратился к Петроградскому Совету, приглашая "к непосредственному участию в управлении государством". Исполком Совета дал согласие. В начале мая было сформировано первое коалиционное правительство. Но вхождение в правительство социалистов, при сохранении в основном прежнего политического курса, несло в себе опасность не преодоления, а углубления кризиса власти. Этому способствовала попытка левых партий (меньшевиков, эсеров, и др.) участвовать в становлении буржуазного строя, оставаясь со своими социалистическими идеалами, рождала для них моральный и политический тупик, угрожала потерей авторитета и влияния уже самих умеренных социалистов и Советов.

Первый правительственный кризис не только привел к соглашению кадетов с меньшевиками и эсерами, одновременно усилив размежевание последних с большевиками, но и способствовал росту леворадикальных настроений в массах. Ряды партии большевиков по сравнению с февралем 1917 г. выросли в четыре раза, достигнув 100 тыс. Влияние в армии, в рабочих коллективах укрепилось. Активная работа велась также среди деревенской бедноты, студенчества, служащих. Это позволяло большевикам своевременно подхватывать рождавшиеся снизу инициативы, закрепляя их в своих пропагандистских документах. Настроениям трудящихся России оказались созвучны радикальные, нередко упрощенные взгляды большевиков на решение проблем, на будущее общество.

Противоречие между "верхами" и "низами" продолжало нарастать. Растущий разрыв между правительством и массами подтвердили июньские многолюдные демонстрации и митинги в Петрограде, Москве, Киеве, Риге, Иванове-Вознесенске и др. городах, прошедшие в основном под антиправительственными и антивоенными лозунгами большевиков. Но правительственного кризиса в июне 1917 г. удалось избежать. Временное правительство пыталось укрепить свои позиции и с помощью генерального наступления на Юго-Западном фронте. Широко разрекламированное наступление должно было продемонстрировать единство армии и правительства в защите демократии. Предполагалось, что наступление нанесет внутреннему врагу – большевикам – не менее тяжкий удар, чем внешнему врагу. Однако наступление, после нескольких дней частичных успехов, захлебнулось.

Российская революция оказывалась у поворотной точки. До середины 1917 г. можно говорить о борьбе двух демократий: буржуазной в лице Временного правительства и социалистической в лице Советов. Июньские события стали переломными: установка на диктатуру становится очевидной.

Первыми инициативу проявили большевики и блокировавшиеся с ними партии, решившие возглавить стихийные антиправительственные и антивоенные выступления масс. Попытка силового давления на законное правительство, а в перспективе, если получится, и его свержения, была предпринята слева в июльские дни. Поводом для мятежа послужило требование Временного правительства разоружить столичный революционно настроенный пулеметный полк и отправить его на фронт. 3-4 июля 1917 г. в Петрограде прошли вооруженные многотысячные демонстрации с требованием к Советам взять в свои руки всю полноту власти. Одновременно открыто и резко звучала критика в адрес Советов за сговор с буржуазными партиями. Налицо была опасность военного переворота и захвата власти большевиками.

В отличие от апрельских событий Временное правительство действовало решительнее. Опираясь на верные войска, казаков и юнкеров, оно встретило демонстрантов огнем пулеметов. Было убито и ранено свыше 700 человек. ЦК партии большевиков принял решение о переводе противостояния в мирное русло, осознавая, что удержать власть еще бы не удалось: не поддержали бы большевиков ни армия в целом, ни провинция.

После июльского кризиса Временное правительство делает шаги к установлению "сильной" власти. Введены смертная казнь на фронте, военно-полевые суды. Были закрыты "Правда", большевистские газеты в действующей армии, началось разоружение рабочей милиции, произведены аресты. Лидеры большевистской партии были преданы суду по обвинению в "государственной измене". В тюрьме оказались Л. Каменев, Л. Троцкий, А. Луначарский, А. Коллонтай, Ф. Раскольников и др. (Ленину и Зиновьеву удалось скрыться).

Правые круги, обыватели торжествовали победу, усиливались реставраторские монархические настроения. Нерешительный князь Г.Е. Львов подал в отставку. Министром-председателем стал социалист А.Ф. Керенский (7 июля). 25 июля 1917 г. было сформировано второе коалиционное правительство. Советы отказались от контроля над деятельностью правительства. Роль лидеров умеренных социалистов, вошедших в правительство, возросла: они фактически брали на себя ответственность за судьбу коренных реформ.

В этих условиях попытка разрешения назревших проблем привела к мятежу под руководством генерала Корнилова. Этому способствовало то, что в свою очередь, в мае - июле 1917 г. началась консолидация правых и крайне правых сил, которые группировались вокруг таких организаций, как Республиканский центр, Союз георгиевских кавалеров, Совет Союза казачьих войск, Союз офицеров армии и флота. Эти и подобные структуры поддерживались предпринимательскими кругами. В поисках «крепкой руки» в их среде все чаще привлекала внимание фигура Л. Г. Корнилова – популярного в армии, известного своей решительностью генерала, происходившего к тому же из простых казаков. Понимал необходимость армейской поддержки и Керенский. Хотя откровенно антиреволюционное окружение генерала не могло его не смущать, была надежда, что власть, сочетавшая «красное знамя Керенского» и «крепкую руку Корнилова», сможет покончить с анархией и навести порядок. В конце июля Корнилов был назначен Верховным главнокомандующим.

Для консолидации «ответственных сил» по инициативе Керенского 12 августа в Москве было созвано Государственное совещание. Выступая на нем, премьер взывал к единству и примирению, осуждал экстремизм «слева» и «справа». Намного больше симпатий вызвала речь Корнилова, призвавшего в ближайшее время принять решительные меры. Выступавший вслед за ним от имени казачьих войск России генерал А. М. Каледин уже прямо призвал ради спасения страны ликвидировать все революционно-демократические организации. Большевики же рассматривали Совещание как собрание контрреволюционных сил и бойкотировали его. Рабочие забастовки протеста прошли в Москве, Петрограде, Киеве, Нижнем Новгороде и других городах, что свидетельствовало о сохранении глубокого политического раскола в обществе.

После Государственного совещания вопрос о наведении порядка перешел в практическую плоскость. Керенский и Корнилов находились в согласии относительно необходимости использовать армию для подавления «безответственных организаций» и «деструктивных сил». Однако были между ними и определенные расхождения. Керенский, пытаясь выполнять объединяющие функции, предпочитал лавировать между «правыми» и «левыми» (в те месяцы его часто обвиняли в «бонапартизме»). Стоявшие же за Корниловым силы не проявили склонности «церемониться»: в восстановлении дисциплины и порядка они готовы были пойти и на разгон массовых организаций, включая Советы. Препятствием для объединения стали и личные амбиции, питавшие взаимную подозрительность. Керенский считал, что как легитимный премьер именно он должен возглавить процесс «стабилизации». У военных были иные предпочтения. В их среде Керенский авторитетом не пользовался, и они полагали, что будущий орган чрезвычайного управления должен возглавить Корнилов, а Керенский мог бы войти в его состав лишь в качестве одного из заместителей генерала. Честолюбивый Керенский не мог согласиться на такой вариант. И буквально за одну ночь почти сложившийся альянс политика и генерала был расстроен.

26 августа Корнилов предъявил Керенскому ультиматум, в котором требовал передать ему «всю военную и гражданскую власть». Одновременно войскам под руководством генерала А. М. Крымова был отдан приказ двигаться на столицу. Актом поддержки Корнилова стал демарш министров-кадетов: в день выступления они объявили о своей отставке, спровоцировав очередной правительственный кризис. В ответ на это Керенский заявил об отставке Верховного главнокомандующего и потребовал себе диктаторских полномочий. 27 августа ВЦИК создал чрезвычайный орган -- Комитет народной борьбы с контрреволюцией, в который вошли представители рабочих, солдатских и крестьянских организаций (Советов, профсоюзов и т.д.) Керенский вынужден был пойти на сотрудничество и с большевиками, без которых не приходилось рассчитывать на поддержку петроградской Красной гвардии и гарнизона. Раздав оружие рабочим, Комитет смог мобилизовать 60 тыс. человек. Им, однако, не пришлось вступить в бой, так как корниловские войска были разагитированы на подступах к Петрограду и в столицу не попали. Единственной жертвой конфликта стал покончивший с собой генерал Крымов.

Политические противники Корнилова события конца августа называли «заговором», контрреволюционным «мятежом». Другие же современники полагали, что, строго говоря, был не «заговор Корнилова», а неудавшийся «сговор Керенского с Корниловым». Тем не менее, последствия случившегося трудно переоценить. Во-первых, были дискредитированы правые, окончательно потерявшие доверие масс. Подрыв авторитета сочувствовавшего Корнилову офицерства наносил удар по дисциплине и снижал боеспособность, вел к развалу армии. Во-вторых, политический урон понесли меньшевики и эсеры, долгое время выступавшие за сотрудничество с правыми. В-третьих, вырос авторитет большевиков как партии, не «запятнавшей» себя коалицией с буржуазными кругами. Неудавшееся выступление «правых» не снимало задачи наведения в России порядка. Однако сделать это могли теперь лишь левые силы, среди которых позиции большевиков становились все более предпочтительными. В этом смысле можно говорить о том, что поражение Корнилова открывало путь к завоеванию власти Лениным.

1 сентября для «восстановления потрясенного государственного порядка» была создана Директория в составе пяти человек: министр-председатель А. Ф. Керенский (эсер), М. И. Терещенко (беспартийный), беспартийные военные А. И. Верховский и Д. Н. Вердеревский, А. М. Никитин (правый меньшевик). В тот же день Россия была официально объявлена республикой. Тогда же на заседании исполкомов Советов было принято решение о роспуске Государственной Думы, которая, по мнению меньшевиков и эсеров, играла уже контрреволюционную роль. Итогом совместных заседаний исполкомов резолюция о созыве Демократического Совещания, призванного решить вопрос о составе правительства в «послекорниловских» условиях. Для этого к его работе, помимо представителей Советов, привлекались делегаты от других демократических организаций - органов местного самоуправления, кооперации, продовольственных организаций, профсоюзов, казаков, национальных партий и т.д.