Психологические типы семьи

Другим типом организованной социальной группы, наряду с производственной, является семья. Это достаточно сложная общность людей, имеющая широкий спектр социальных функций, главная из которых - непосредственное производство и воспроизводство самой человеческой жизни. Семья - важнейший институт социализации человека, институт формирования и воспитания его.

В проблематике семьи интересен сугубо психологический аспект. Корни психологических отношений глубоко уходят в объективную необходимость совместной жизни в семье, где человек представляет собой особый, неповторимый психологический мир. Это сложнейшая сфера существования различных психологических миров личностей, преодоления психологических противоречий между супругами, между родителями и детьми, формирования и развития разнообразных чувств, установок, психологической совместимости, психологического климата - «погоды в доме».

Существует много психологических типов отношений между детьми и родителями, между супругами, между детьми, что в значительной мере определяется психологическим типом семьи, исходя из ведущих приоритетов, принятых в ней.

Психологические типы семьи - №1 - открытая онлайн библиотека . Упрощенно типологию семьи можно представить в виде системы
координат основных семейных ценностей, в частности: защита-
свобода. Варианты моделей поведения определяются в зависимости
от степени приоритетов (рис. 17.1).      

Защита   

12  3 4 5       7 Свобода

Рис. /7./. Психологическая типология семьи

10 пунктов - максимум; ] пункт - минимум;           

7/3 и 3/7 - предпочтения; 5/5 - и то, и другое.

Приоритеты: Модель поведения:

1. Защита: 10 Свобода: 1 -Уход

2. Защита: 7  Свобода: 3 - Ритуалы

3. Защита: 5  Свобода: 5 - Психологические игры,

манипуляции

4.           Защита: 3 Свобода: 7 - Деятельность,

внутренняя активность как самореализация

5.           Защита: 1 Свобода: 10 - Полная жизнь,

открытость Версии 1-3 - жертва. Версии 4-5 - хозяин.

Типы семьи:

Версия 1 плюс версия 2 -традиционная семья;

Версия 3 - зависимая семья;

Версия 4 - партнерская семья;

Версия 5 - договорная партнерская семья (свобода и любовь).

Традиционная семья:

Цели: вписаться в общество, «быть как все», продолжить род, добиться стабильности.

Характеристика:неосознанность, привязанность к быту, отсутствие развития, творчества, свободы, чувство собственности.

Подтипы традиционной семьи: автономная, домостроевская, с ритуальным равноправием, жена - глава семьи.

Зависимая семья:

Цели:удевлетворение психологических потребностей, увеличение эмоциональной наполненности, избегание страха одиночества, ответственности.

Характеристика: неосознанность, иллюзия «любви», привязан­ность к быту, отсутствие развития, наличие комплексов, всевозмож­ные зависимости, привязанности, нездоровая потребность друг в друге.

Подтипы зависимой <семьи: тиран - жертва, жертва -спасатель, мать - сын против отца -дочери, отец - дочь против матери - сына, отец - сын против матери - дочгри, мать - дочь против отца - сына, дети против родителей, родители: против детей, убегалки -догонялки, борьба за власть, садисты - мазохисты, семья с общей проблемой.

Партнерская семья а Договорная партнерская семья:

Цели:ориентация на саморазвитие, самореализация через семью, помощь в развитии партнеру.

Характеристика: каждый берет ответственность на себя, каждый «вкладывае" в отношения», выращивание семьи как процесс, работа над отношениями, стремление к открытости, осознанность, творчест­во, гибкость, уникальность, открытость, стремление договориться обо всем (об отношениях, о свободе, о ревности), постоянная корректи­ровка договора.

Дисгармонические психологические типы семей

«Внешне спокойная семья». В такой семье события протекают гладко, со стороны может показаться, что отношения ее членов упо­рядочены и согласованы. Однако муж и жена испытывают чувства неудовлетворенности, скуки. Ихжизнь сопровождается ощущениями зря потраченных лет. Они мало разговаривают друг с другом, с повышенным педантизмом выполняют супружеские обязанности. Можно говорить о преобладании в таких семьях чувства ответственности над спонтанностью и искренностью отношений. За внешне благополучным фасадом скрываются длительно и сильно подавляемые негативные чувства друг к другу. Сдерживание эмоций нередко губительно отражается на самочувствии. Супруги подвержены устойчивым нарушениям настроения Вулканическая семья». В этой семье отношения изменчивы и открыты. Супруги постоянно выясняют отношения, часто расходятся и вновь сходятся, скандалят, ссорятся с тем, чтобы вскоре нежно любить друг друга и признаваться в любви до конца жизни, опять от­носиться друг к другу искренне и самозабвенно.

В такой семье спонтанность и эмоциональная непосредственность доминируют над чувством ответственности. Может показаться, что этот тип семьи «здоровее», однако это не совсем так. Проявление злости, безусловно, ослабляет ситуативное напряжение («выпускание пара»), но далеко не всегда приносит истинное облегчение. Обычно супруг, проявивший излишне сильные негативные чувства, стыдится своего поступка, чувствует себя виноватым, боится оказаться в смешном положении, боится осуждения. Все это способствует накоплению негативных переживаний и росту напряжения.

Когда отношения в семье строятся на основе сохранения видимой благожелательности, призванной скрыть непримиримые противоре­чия и взаимно негативные чувства, ребенок становится беспомощным. Он испытывает значительные эмоциональные перегрузки, как позитивные, так и негативные. Специфическая эмоциональная атмосфера семьи оказывает постоянное психотравмирующее воздействие на личность ребенка. Вместе с*тем он чувствует опасность, но не понимает ее источника. Он живет в постоянном напряжении, которое не в силах ослабить. Ссоры между родителями приобретают в глазах ребенка катастрофические размеры. Это для него подлинная трагедия, угрожающая основам стабильности детского мира. Особенно это важно для ребенка в возрасте от одного года до двух с половиной лет. В этот период у него прочнейшая связь с родителями. Неблагополучие в отношениях между родителями ребенок такого возраста не способен отделить от себя самого и глубоко, подсознательно возлагает вину за них на себя. Авторы совершенно случайно наблюдали в одной семье поразивший их факт - двухлетняя девочка Даша вдруг стала ожесточенно обеими ладошками бить себя по личику и приговаривать: «Дашу надо бить, Дашу надо бить». Впоследствии выяснилось, что ребенок видел безобразную сцену драки между родителями. Характерно при этом то, что сами родители физически девочку не наказывали. Последствия этой жуткой для двухлетней малышки психологической травмы еще долго давали себя знать в различных формах деструктивного поведения ребенка, в частности, в ее играх, носивших откровенно выраженный мазохистский характер.

«Семья-санаторий». Это тип семьи, в которой эмоциональное состояние одного из супругов выражается в повышенной тревожности

за судьбу, жизнь или здоровье другого члена семьи, которым может быть супруг, кто-либо из детей или других взрослых. Эта повышенная тревожность компенсируется повышенными же требованиями любви или заботы. В результате создается специфическая ограниченность, барьер новому опыту. В этот узкий круг отношений постепенно втягиваются все члены семьи. Поведение супругов принимает вид «курорта», «санатория» для одного из них. Усилия семьи затрачиваются на своеобразное коллективное самоограничение: для одного из членов семьи обязанности ограничиваются, для других же членов они, естественно, увеличиваются. Близкие понуждаются к проявлению все большего и большего внимания к объекту заботы. Все члены семьи постепенно объединяются этой особой заботой о нем, оставаясь при этом обделенными ею сами.

Обычно такая модель способствует появлен ию своего рода семейных культов, например, культ здоровья отца в многодетной семье с одним кормильцем, культ работы отца или матери, культ здоровья больного ребенка и т.п. Если объектом «культа» оказывается ребенок, особенно в ситуации неадекватности, то сплошь и рядом это состояние сильно тяготит его, у него формируются протестные модели поведения, вплоть до попыток раннего (или скорейшего) ухода от семьи.

Независимо от того, для кого семья превращается в «санаторий» (для одного из родителей или для одного из детей), остальныг члены семьи, особенно дети, ощущают дефицит семейного тепла, любви, заботы. Зато возрастает объем домашней работы, ограничиваются свободные и спонтанные формы досуга, проявления радости. Физическая и нервная перегрузка, тревожность и эмоциональная зависимость проявляются в повышенной раздражительности, в невротических срывах, в формировании различных фобических состояний (страхов).

Семья только внешне кажется солидарной. В глубина* же ее кроется тревожная зависимость одного из партнеров. В результате супружеский союз становится не свободно содружественным, а симбиотически зависимым.

«Семья-крепость». В основе таких семейных союзов лежат усво­енные представления об угрозе, агрессивности и о жестокости окружающего мира, о всеобщем зле и людях как носителях этого зла.

Нередко такие представления подкрепляются осознанием необходимости еыводить негативные эмоции, возникающие в семье, за ее пределы. Предполагается, что взаимно враждебные импульсы переносятся на внешний мир в целом в интересах поддержания стабильности семьи. Заботясь о своем микромире, супруги осыпают окружающих шх людей различными упреками, которые они сознательно или бессознательно хотели бы направить друг на друга, или, что тоже достаточно часто, на самих себя.

В таких семьях создаются отношения якобы полного взаимопонимания, во время как свои внутренние проблемы супруги переводят вовне. В них господствуют довольно странные односторонние пред­ставления, переоценки фактов и обстоятельств. Постепенно возникает приверженность к тем или иным идеям, коллективное стремление к реализации целей внутри семьи. У супругов возникает ярко выраженное «мы-чувство». Они как бы психологически вооружаются против всего мира. Вся семейная жизнь жестко регламентируется и подчиняется определенным целям. Закостенелая фиксация определенных семейных ролей создает видимость внутрисемейной солидарности и содружества.

За подобным поведением часто скрывается отсутствие подлинных психологических тенденций, реально и естественно скрепляющих семью. Нередко избранная супругами «круговая оборона» оказывается на самом деле'бессознательным или сознательным камуфляжем душев­ной пустоты или нарушгния сексуальных отношений. Эмоциональная атмосфера внутри семьи лишена естественной теплоты и непосредственности. Часто в таких семьях наблюдается безоговорочное доминирование одного из супругов и зависимое, пассивное положение другого.

Отношение к детям в такой семье также жестко регламентирует­ся. Оно нередко лишено эмоциональной открытости и искренности. Любовь к ребенку часто приобретает условный характер, т.е. ребенка любят только тогда, когда он соответствует родительским требованиям. Это обычно сочетается с возрастанием собственнического компонента в эмоциональной привязанности родителей. Воспитание приобретает черты некоей заданности, подчеркнутой правильности, излишней принципиальности. В результате это приводит к неуверенности ребенка в себе, безынициативности. Нередко у него усиливаются протестные реакции, провоцируются упрямство и негативизм. Зачастую внимание ребенка фиксируется на его внутренних переживаниях., что приводит к его психологической изоляции, вызывает трудности в общении со сверстниками.

«Семья-крепость» ставит ребенка в противоречивую позицию, ситуацию внутреннего конфликта, вызванного рассогласованием между требованиями родителей, окружением и его собственным опытом. Происходит перенапряжение нервной системы ребенка, создается повышенный риск невротических заболеваний.

«Демонстративная семья, семья-театр». Это семьи, стабильность в которых удерживается демонстрацией специфического «театрализованного образа жизни». Иногда члены семьи разыгрывают друг перед другом спектаю1ь, иногда вся семья формируется в один ансамбль, который что-то говорит, что-то делает, что-то выражает эмоционально. При всем этом совсем неважно, что в действительности стоит за тем или иным поведением. Как правило, в таких семьях один из супругов испытывает острую и неудовлетворенную потребность в признании, в постоянном внимании, поощрении, любовании. Практически постоянно он испытывает дефицит любви.

«Семейный театр» призван сохранять' видимость благополучия и поддерживать необходимую близкую дистанцию. В общении с детьми запреты и разрешения быстро декларируются и столь же-быстро забы­ваются. Демонстрируемые посторонним любовь и забота о ребенке не спасают от остро ощущаемого детьми чувства, что родителям не до них, что выполнение ими своих родительских обязанностей - фор­мальная необходимость.

Часто в «семейном театре» контакт с ребенком, внимание к его жизни заменяются материальными благами. Родители приобретают детям много игрушек, специальное оборудование для занятий. Воспи­тание передоверяется детскому саду, школе, другим общественным организациям. Детям дается «модное» воспитание. Они посещают всевозможные кружки, занимаются языками, музыкой. В «театрали­зованном образе жизни» семьи часто возникает особое отношение к ребенку, связанное со стремлением скрыть его недостатки и несовер­шенства, прикрыть трудности демонстрацией мнимых достоинств и достижений. Все это приводит к ослаблению самоконтроля, потере внутренней дисциплины. Отсутствие подлинной близости с родителями формирует эгоистическую направленность личности.

«Семъя-третийлишний». Эта семья возникает в тех случаях, когда личностные особенности супругов и стиль их взаимоотношений представляют для них особую значимость, родител ьс-тво бессозна­тельно воспринимается как помеха супружескому счастью. Это обычно происходит при психологической незрелости одного или обоих родителей, при неподготовленности их к выполнению родительских функций. Тогда формируется стиль отношений с ребенком по типу скрытого неприятия. Нам в нашей практике семейного консультирования нередко встречались семьи, которые имели даже несколько детей и тем не менее эмоционально преувеличенно значимыми для них оставшись только супружеские отношения. Не

тйк уж редки для таких семей случаи соперничества между молодой еще матерью и подрастающей дочерью, бессознательная борьба и конкуренция за любовь и привязанность достаточно молодого отца.

В таких семьях часто родители склонны внушать детям чувство неполноценности, внимание детей непрерывно фиксируется только на недостатках и несовершенствах. Это приводит к формированию у ребенка неуверенности в себе, безынициативности, фиксации на слабостях, к пониженной самооценке. Детям, растущим в таких семьях, свойственны мучительные переживания собственной неполноценности при усиленной зависимости от родителей и подчиненности им. Возрастающая зависимость детей тяготит родителей, что провоцирует усилениеу них скрытого отвержения своих детей.

«Семья С кумиром». Этот тип семьи напоминает тип «семья-санаторий». Только здесь доминирует не тревога одного из родителей ! по поводу лругого родителя или ребенка, а гиперопека самого ре­бенка, отнюдь не страдающего недостатком здоровья. Эта гиперопека возникает как защитная реакция или компенсация того недостаточно­го внимания, которые хотят уделять друг другу родители.

Отношения между членами семьи приводят к созданию «семейного кумира», когда воспитание ребенка - единственное, что скрепляет супружеские отношения, когда забота о ребенке превращается в единственную силу, способную удержать родителей друг с другом.

Родители с преувеличенным вниманием относятся к ребенку, : переносят на него свои собственные нереализованные чувства. Сам ребенок оказывается объектом завышенных ожиданий родителей. Многие его поступки воспринимаются без должной критики, малейшие прихоти немедленно удовлетворяются. Преувеличиваются реальные и мнимые достоинства, как и любое, даже самое незначительное недомогание ребенка. Он воспитывается в изнеженности, заласканное™, при всеобщем восхищении и умилении.

Ребенок растет несамостоятельным, неактивным. Желание
родителей уберечь ребенка от жизненных трудностей приводит к безус-
ловному ограничению его самостоятельности. Родители бессознатель- ;
но стремятся замедлить взросление ребенка.                          г

Вместе с тем, ребенок, физиологически взрослея, объективно ■ испытывает потребность в реальных оценках, реальном позитивном ■ опыте самостоятельности и независимости от взрослых. Сталкиваясь с действительностью во внешнем мире, где он не получает привычных и желаемых высоких оценок, подросток оказывается в выражен но

тйк уж редки для таких семей случаи соперничества между молодой еще матерью и подрастающей дочерью, бессознательная борьба и конкуренция за любовь и привязанность достаточно молодого отца.

В таких семьях часто родители склонны внушать детям чувство неполноценности, внимание детей непрерывно фиксируется только на недостатках и несовершенствах. Это приводит к формированию у ребенка неуверенности в себе, безынициативности, фиксации на слабостях, к пониженной самооценке. Детям, растущим в таких семьях, свойственны мучительные переживания собственной неполноценности при усиленной зависимости от родителей и подчиненности им. Возрастающая зависимость детей тяготит родителей, что провоцирует усилениеу них скрытого отвержения своих детей.

«Семья С кумиром». Этот тип семьи напоминает тип «семья-санаторий». Только здесь доминирует не тревога одного из родителей  по поводу лругого родителя или ребенка, а гиперопека самого ре­бенка, отнюдь не страдающего недостатком здоровья. Эта гиперопека возникает как защитная реакция или компенсация того недостаточно­го внимания, которые хотят уделять друг другу родители.

Отношения между членами семьи приводят к созданию «семейного кумира», когда воспитание ребенка - единственное, что скрепляет супружеские отношения, когда забота о ребенке превращается в единственную силу, способную удержать родителей друг с другом.

Родители с преувеличенным вниманием относятся к ребенку, : переносят на него свои собственные нереализованные чувства. Сам ребенок оказывается объектом завышенных ожиданий родителей. Многие его поступки воспринимаются без должной критики, малейшие прихоти немедленно удовлетворяются. Преувеличиваются реальные и мнимые достоинства, как и любое, даже самое незначительное недомогание ребенка. Он воспитывается в изнеженности, заласканное™, при всеобщем восхищении и умилении.

Ребенок растет несамостоятельным, неактивным. Желание родителей уберечь ребенка от жизненных трудностей приводит к безусловному ограничению его самостоятельности. Родители бессознательно стремятся замедлить взросление ребенка.

Вместе с тем, ребенок, физиологически взрослея, объективно испытывает потребность в реальных оценках, реальном позитивном опыте самостоятельности и независимости от взрослых. Сталкиваясь с действительностью во внешнем мире, где он не получает привычных и желаемых высоких оценок, подросток оказывается в выражен но

дискомфортной для себя среде, изобилующей многочисленными источниками негативных переживаний и фрустраций.

Требование признания любой ценой порождает демон стративность поведения. Критическое осознание собственных личностных качеств подменяется негативными оценками других, ощущением несправедливости и жестокости окружающих.

Вновь важно подчеркнуть, что все это происходит на фоне де­формированных супружеских отношений. Совершенно четко родители осознают, что уменьшение опеки над ребенком может привести к разрыву всей семейной группы, и всеми силами стремятся воспрепятствовать этому.

«Семья-маскарад». Несогласованность жизненных целей и планов супругов порождает тип семьи, которой можно дать метафорическое название «маскарад». «Служа разным богам», родители ставят ребен­ка в ситуацию различных требований и несогласованных оценок. Воспитание становится непоследовательным, мир для ребенка -массой неразрешимых противоречий. Мелькание «масок» повышает чувство тревожности. Несогласованность действий родителей, их очевидная противоречивость и нездоровая конкуренция, например, неадекватно высокая требовательность отца и как противодействие ей гиперопека и всепрощение матери, порождают растерянность ребенка, зачатки расщепления его личности. Завышенные притязания при недостаточной способности к волевым усилиям способствуют возникновению внутреннего конфликта и застойных очагов нервного перевозбуждения.

«Гармоничная семья». Таковой принято считать семью, пред­ставляющую собой открытую систему, где есть хорошие условия для творческого роста и личностного развития всех ее членов. «Открытый брак» дает возможность сочетания теплого эмоционального отношения родителей к детям на основе постоянного созидания в ребенке уверенности в родительской любви с четко определенными правилами поведения. При таких отношениях достигается наиболее полное принятие ребенка, сохраняется глубокий контакт взрослых и детей.

Для гармонизации отношений в семье необходимы совместные осознанные усилия. Если один партнер меняется, это должно сопровождаться соответствующими изменениями у другого партнера, чтобы отношения сохранили стабильность и целостность.

2. Психология взаимоотношений

и взаимодействия родителей и детей

Особенности взаимоотношений и взаимодействия родителей и их детей определяются рядом основополагающих обстоятельств:

-психогенетической наследственностью ребенка;

-особенностями рождения ребенка (роды в норме, с осложнени­
ями, с патологией);

-психологической и педагогической культурой родителей;

-собственной психологической конституцией родителей;

-особенностями психологической социализации родителей.

Очень упрощенно, схематически психологическую та пологию вза­имоотношений и взаимодействий между родителями и детьми можно представить в виде системы координат основных семейных концепций воспитания (рис. 17.2).

Свобода, самостоятельность

Устранившийся,                      Либеральный,

безразличный тип                понимающий тип

Враждебность                                  Любовь

Психологические типы семьи - №2 - открытая онлайн библиотека Требовательный,                 Нетерпимый,

покровительствующий чрезмерно оберегающий

Контроль

Рис. 17.2. Типология взаимоотношений родителей и детей

Из большого многообразия внутрисемейных отношений (с детьми) выделяются четыре типа, которые могут служить и предпосылкой, и результатом их проявления.

Диктат: типичная для российского семейного менталитета, процветающая многие столетия и до наших дней авторитарная систе­ма, в которой проявляется подавление родителями (одним или обоими) инициативы и чувства собственного достоинства у детей. Предпочтение отдается приказу, физической и вербальной агрессии, ругани, угрозам, оскорблениям, критике и обвинениям. Интересы и мнения ребенка игнорируются, права голоса при решении вопросов,

его касающихся, ребенок не имеет. Малейшее сопротивление его жестко подавляется.

Печальные последствия не заставляют себя долго ждать. Ребенок вырастает душевно сломленным, с низкой самооценкой, лишенным собственного достоинства, а также способностей проявлять инициа­тиву и творчество. Модели поведения его родителей по отношению к нему наследуются и в его 'Собственной семейной жизни - воспроизводятся. Именно такой семейный психологический быт традиционно является инкубатором абсолютного большинства уголовныхпреступлений, коих само по себе великое множество в стране.

Опека: система отношений, при которых родители, обеспечивая своим трудом удовлетворение всех потребностей ребенка, ограждают его от каких-либо забот, усилий и трудностей, принимая их на себя.

Вопрос об активном формировании личности отходит на второй план. Родители фактически блокируют возможности подготовки детей к столкновению с реальностями за порогом своего дома.

Последствия: дети не приспособлены к жизни вообще, к жизни в коллективе, в частности. У них также отсутствует самостоятельность и инициатива. Правда, они менее агрессивные, чем в случае родительского диктата.

Невмешательство: родители привержены идее целесообразности и необходимости независимого существования взрослых от детей. В семье как бы сосуществуют два мира - мир взрослых и мир детей и пересекаться они не должны.

Последствия: дети чувствуют свою ненужность. Эмоционально обделены. Вырастают с чувством, что родители их не любят.

Сотрудничество: исключительно редкий тип отношений в российских семьях, когда межличностные отношения опосредованы общимицелями и задачами совместной жизни и высокими нравственными ценностями. В этой семье обычно нетрудно преодолевается эгоистический индивидуализм ребенка.

Последствия: такая семья обретает особое качество, становясь группой высокого уровня развития - коллективом. Дети, как правило, благополучны, душевно и физически здоровы,  удачливы в жизни.

Приведем ряд более частных моделей поведения родителей с детьми, нередко встречавшихся в нашей практике психологического консультирования детей, подростков и их родителей.

Отвержение: ребенок не нравится. Он - «плохой». У него «мно­го» дурных наклонностей, «низкие» способности. Ребенок «неумный», «глупенький». К нему испытывают злость, досаду, раздражение, обиду. Ему не доверяют. Его личность не уважается.

Воспитание по типу «Золушки», когда усиливаются эпилептоидные (сверхвозбудимые) акцентуации характера у подростков психологически здоровых и декомпенсационные, невротические свойства характера у подростков психологически ослабленных.

Маленький неудачник: стремление инфантилизировать ребенка (подростка), приписывание ему личной и социальной несостоятель­ности. Он видится более младшим по сравнению с реальным возрастом, интересы, увлечения, мысли и чувства ребенка кажутся детскими, несерьезными. Ребенок представляется неприспособлен-. ным, неуспешным, открытым для дурных влияний. Проявляется недовольство его неуспешностью и стремление оградить его от трудностей жизни, жестко контролировать.

Авторитарная гиперсоциализация (сверхквнтроль): проявляется авторитаризм, директивность.От ребенка требуют безоговорочного послушания, дисциплины, родители навязывают ему во всем собственную волю. Выявляя свою неспособность встать на точку зрения ребенка, родители сурово наказывают его за любые нарушения, проступки, особенно своеволие. Характерно пристальное слежение за социальными достижениями детей, требование от них постоянного успеха.

Гиперпротекция (сверхопека): чрезмерное количество сил, вни­мания, времени родители уделяют воспитанию своего ребенка - это стало центральным делом их жизни, основным, чему посвящена вся их жизнь. У родителей преувеличено представление о том, что произойдет, если не отдавать ребенку все силы и время.

Подросток - в центре внимания семьи, и семья стремится максимально удовлетворить его потребности. Этот тип воспитания содействует развитию истероидных (сверхэгоцентричных) и гипертимных (чрезмерно активных) черт характера у подростка.

Чрезмерность требований-обязанностей: гипертрофированная мо­ральная ответственность родителей. Требования к ребенку очень ве­лики, непомерны, не соответствуют его возможностям. Это не только не содействует развитию личности, а, напроти», ставит ее под угрозу. На ребенка перекладывается значительная часть обязанностей родителей - ведение хозяйства, уход за малолетними детьми. Родители осознают, что ребенок загружен, но не способны видеть чрезмерность загрузки. Они уверены в том, что этого требуют обстоятельства, в которых находится семья в настоящий момент. От ребенка ожидают (и требуют) значительных и не соответствующих его способностям успехов в учебе или престижных занятиях. Усиленно подчеркивают, какие создаются ребенку условия, какие прилагаются усилия для организации его успехов.

Чрезмерность требований-запретов: подростку предъявляется огромное количество требований, ограничивающих его свободу и са­мостоятельность, возможность самому выбирать способ поведения. Родители страшатся любого проявления самостоятельности подростка, преувеличивают последствия, которые могут иметь место даже при незначительном нарушении запрета. Стремятся подавить самостоятельность мысли подростка. Подростку «все нельзя», и это стимулирует у стеничных (психологически здоровых, нормальных подростков) развитие реакции эмансипации, т.е. отделения и отдаления от родителя, реакции оппозиции, т.е. протеста против родителей и любого авторитета. У подростков психологически ослабленных развиваются черты сензитивной (чрезмерно чувствительной) и психастенической (чрезмерно неуверенной) акцен­туаций.

Строгость санкций: жестокий стиль воспитания. Родители прибегают к строгим наказаниям детей даже за незначительные нарушения и убеждены в полезности для детей максимальной строгости, втом числе телесных наказаний и частого их применения.

Этот тип воспитания свидетельствует о психической неполно­ценности родителей, требующей их квалифицированного лечения. Следствие такого воспитания - психическая неполноценность детей.

Принятие ребенка: ребенок нравится таким, какой он есть. Уважается его индивидуальность. Ребенку симпатизируют. Родители стремятся проводить с ним вместе много времени. Одобряются инте­ресы п замыслы ребенка.

Кооперация: заинтересованность в делах и планах ребенка. Ему стремятся помочь, выражают сочувствие. Высоко ценят его интеллектуальные и творческие способности. Родители гордятся ребенком, поощряют его инициативу и самостоятельность. Стремятся установить равноправные взаимоотношения, доверяют ему и способны встать на его точку зрения.

Симбиоз: ощущение родителей единым целым с ребенком. Характерно стремление родителей удовлетворить все потребности ребенка, оградить его от трудностей и неприятностей жизни. От ощущения постоянной тревоги за ребенка, он кажется родителям маленьким и беззащитным. При стремлении ребенка автономизи роваться родительская тревога усиливается. Самостоятельность ребенка ограничивается.

Потворствование: родители стремятся максимально удовлетворить любые потребности ребенка, как материально-бытовые, так и духовные. Родители «балуют» ребенка: любое его желание для родителей - закон. Необходимость такой модели объясняется «сла­бостью» ребенка, его исключительностью, желанием дать ему то, чего в свое время были лишены сами родители; тем, что ребенок растет один и т.п.

Гипопротекция: родители уделяют своему ребенку крайне мало сил, внимания, времени. Ребенок - на периферии внимания родителя, до него «руки не доходят», родителям «не до него». За ребенка «берутся» лишь время от времени, когда случается нечто серьезное.

ИгнорирЪвание потребностей: явно недостаточное внимание родителей удовлетворению естественных потребностей ребенка, осо­бенно потребностей в эмоциональном контакте, общении с родителями. Родители предпочитает детей, ничего не требующих для себя.

Недостаточность требований-обязанностей: минимальное коли­чество обязанностей в семье.

Недостаточность требований-запретов: родители не хотят или не могут установить какие-либо рамки в поведении подростка, что провоцирует развитие его по гипертимному (чрезмерно активному) типу и даже по особенно неустойчивому психотипу. Подростку «все можно». Если и существуют какие-то запреты, он легко нарушает их. Самостоятельность подростка ничем не ограничивается и никем не контролируется. Он ни за что не отчитывается перед родителями.

Минимальность санкций: родители склонны обходиться без нака­заний или применяют их редко. Уповают на поощрения и вообще сомневаются в результативности любых наказаний.

Неустойчивость стиля воспитания: резкая смена стиля воспитания (смена воспитательных приемов) - переход от очень строгого к либеральному, и наоборот; переход от постоянного внимания к под­ростку к его эмоциональному отвержению. Это провоцирует формиро­вание таких черт характера, как упрямство, склонность противостоять любому авторитету.

Расширение сферы родительских чувств: природа этой стратегии взаимодействия родителя и ребенка состоит в нарушении гармонии в супружеских отношениях, вызванных отсутствием супруга (умер, ушел из семьи...) либо отсутствием удовлетворения у родителя (эмоциональная холодность, несоответствие характеров). Нередко при

этом мать (реже отец), сама того не осознавая, хотела бы, чтобы ребенок, а позднее подросток, стал для них большим, нежели просто ребенком. Она хотела бы, чтобы он удовлетворял хотя бы часть потребностей, которые в обычной семье должны удовлетворяться супружескими отношениями (взаимная исключительная привязанность). Отношения с ребенком, а позднее с подростком, становятся исключительными, важными для родителя, Например, мать нередко отказывается от повторного замужества, появляется стремление отдать ребенку «все чувства», «всю любовь». В детстве стимулируются эротические отношения к матери (ревность, детская влюбленность).

Y родителя возникает страх перед нарастающей самостоятельностью подростка, стремление удержать подростка с помощью потворствующей или доминирующей гиперпротекции. Стремление к расширению именно супружеских отношений, как правило, не осознается самой матерью (оно строго табуировано), оно проявляется косвенно в виде идеализации отношений с ребенком и подчеркнутого противопоставле­ния их неудовлетворяющим отношениям с супругом. Иногда у таких матерей возникает осознание своей ревности к друзьям противопо­ложного ее ребенку пола и имеет место рационализация этой ревнос­ти в виде многочисленных придирок к ним.

Предпочтение в подростке детских качеств: одна из причин этой формы поведения, возможно, кроется в собственном детстве роди­теля - в наличие младшего брата или сестры, на которых переместилась любовь его собственных, родителей, и тогда его старший возраст стал восприниматься как несчастье. Теперь же комплексы детства проявляются в стремлении родителя игнорировать взросление своего ребенка. У него стимулируются детские качества (детская импульсив­ность, непосредственность, игривость), родитель хотел бы видеть своего ребенка «маленьким», признается, что маленькие дети нравятся больше, что с большими не так интересно. Уровень требований к; ребенку снижается, что приводит к развитию в ребенке психологического инфантилизма.

Воспитательная неуверенность родителей: причина подобной формы взаимоотношений с ребенком - «слабое место» личности роди­теля. Один из родителей, будучи ребенком, воспитывался собственными требовательными, эгоцентричными родителями, что послужило основанием увидеть теперь уже в своих детях тех же требовательных, эгоцентричных существ, перед которыми ощущают себя в «неоплатном долту». Возникает своеобразное перераспределения власти в семье между родителем и подростком. Складывается ситуация, когда родитель идет «на поводу» у подростка. Ребенок нашел подход к нему, нащупал его «слабое место» и манипулирует родителем. Односторонние уступки подростку со стороны родителей происходит лаже в случаях, когда родитель осознает неправомерность и нежелательность таких уступок. Бойкий, уверенный в себе подросток смело выставляет требования родителям. Нерешительный, обвиняющий себя во всех неудачах с подростком родитель признает массу ошибок в воспитании своего ребенка.

Фобия утраты ребенка: причина описываемой формы взаимодей­ствия - история рождения и развития ребенка (его долго ждали, трудные роды, физические травмы, перенесенные тяжелые заболе­вания и т.п.): проявляются ипохондрическая боязнь за ребенка, преувеличенное представление о хрупкости ребенка, о его болезненности, стремление видеть у него множество болезненных симптомов. Испытывая неуверенность, боязнь ошибиться, родители тревожно прислушиваются к каждому пожеланию, к каждому вздоху подростка, докучно стремятся опекать его.

Неразвитость родительских чувств: явление очень редко осознаваемое и еще реже признаваемое родителями. Причина этой формы взаимодействия - возможные отклонения в свойствах характеров родителей, а также отвержение одного из родителей в детстве его собственными родителями, отсутствие у них родительского тепла к своему ребенку. Пройдя сквозь такие испытания в детстве, родитель не желает иметь дело с подростком, плохо переносит его общество. Характерны поверхностный интерес к делам ребенка, раздражительно-враждебное к нему отношение. Часто это выражается в форме жалоб на утомительность родительских обязанностей, сожаления, что они отрывают от чего-то более важного и интерес­ного. У женщин - выраженные эмансипационные настроения.

Проекция на подростка собственных нежелательных качеств: причина этой формы взаимодействия с ребенком - родительский страх. Родители видят в подростке те черты, которые чувствуют, но не признают в самих себе (агрессивность, лень, тяга к алкоголю, сексуальные отклонения, чрезмерная тяга к сопротивлению, протес­ту, несдержанности и др.). Активно борясь с такими истинными или мнимыми свойствами характера у подростка, родители извлекают эмоциональную пользу для себя - они обретает веру в то, что сами не обладает подобными качествами характера.

Обычно это выражается в стремлении родителей много и охотно говорить о своей непримиримости и постоянной борьбе с отрицательными чертами и слабостями подростка, в нескрываемом желании информировать родных, близких, знакомых о мерах и наказаниях, применяемых к ребенку. Налицо неверие в собственного ребенка, инквизиторские интонации с характерным стремлением в любом его поступке во что бы то ни стало выявить «истинную», «подноготную правду», т.е. плохую причину. Этой причиной, как уже говорилось, чаще всего бывает собственное качество, с которым родитель неосознаваемо борется.

Внесение конфликта между супругами в сферу воспитания: причина этой формы взаимодействия - в конфликтности родителей. Вос­питание превращено в «поле битвы» конфликтующих родителей, постоянно звучит недовольство воспитательными методами друг у друга, причем выражают его открыто, руководствуясь «заботой о благе ребенка». Обычно у родителей диаметрально противоположные взгляды на воспитание ребенка: один настаивает на весьма строгом воспитании, другой склонен «жалеть» подростка, но внимание фиксируется в основном не столько на том, как надо воспитывать ребенка, сколько на том, кто прав в воспитательных спорах.

Сдвиг в установках родителя по отношению к подростку в зави­ симости от пола подростка - предпочтение либо мужских, либо женских качеств: отношение к подростку обусловлено не действительными особенностями подростка, а теми чертами, кото­рые родитель приписывает полу, т.е. «вообще мужчинам» или «вообще женщинам». При предпочтении мужских качеств - неосознаваемое неприятие дочери, выраженная антифеминисткая установка, пренебрежение не только по отношению к дочери, но и к ее матери, а при наличии в семье сына - выраженные приязнь и принятие мальчика. При предпочтении женских качеств - неосознаваемое неприятие сына, а при наличии у него сестренки - выраженные приязнь и принятие девочки. Проявляется эта установка и в типичных стереотипных отрицательных суждениях о мужчинах вообще или о женщинах вообще.

Приведем модели родительского поведения основных психологических типов. Разумеется, это только некоторый абрис. Жизнь намного богаче описанных схем. Однако тенденции подмечены верно.

Паранойяльный родитель. Родительство для него - средство, а не цель. Именно ему свойственно очень хотеть ребенка определенного пола, чаще всего мальчика - наследника. Дети - продолжатели его дела. Он усиленно ориентирует или даже заставляет детей выбирать ту же профессию, что и у него самого, без учета личных качеств каждого ребенка. По мнению такого родителя, он хорошо знает, что нужно его ребенку и кем ему быть. В целом воспитание жесткое, подавляющее личность.

Эпилептоидный родитель. Для него характерно сочетание безуп­речного выполнения своего родительского долга с полным невнимани­ем к личности ребенка. Его ребенок всегда более или менее прилично одет, тщательно ухожен, вовремя накормлен, при надобности - выпорот. Его способности развивают, а за здоровьем следят. Но делается это все не для конкретного ребенка, а для соблюдения выбранной родителем воспитательной системы, независимо от склонностей и личных особенностей ребенка. Эпилептоиды - рабы системы. Воспитание жесткое, требовательное, критикующее, обвиня­ющее, заставляющее, ломающее сопротивление. Физические наказания - нормальное явление в воспитательной системе эпилептоида.

Гипертимный родитель. Дети у него могут, быть практически безнадзорными, отношения с ними не детско-родительские, а приятельские. Специального процесса воспитания такой родитель не признает, не ограничивает себя родительским долгом, ни в чем не ограничивает своих детей. Как и в других ситуациях - грешит и кается: сорвавшись, может накричать на ребенка и, что исключительно редко, физически наказать его, однако тут же его простит, сам будет извиняться перед ним, задабривать разрешениями или подарками. Дети могут быть нервными: им приходится спать при свете, при громкой музыке, при шуме гостей в квартире и жить без какого бы то ни было режима дня. Эти дети чаще всего самостоятельны. Сохраняют хорошие отношения со своими родителями на долгие годы в будущем.

Истероидный родитель. Основное предназначение ребенка у ис-тероида - демонстрировать свои успехи перед знакомыми и тем са­мым демонстрировать своих родителей. Если дети с этим справляют­ся, то истероид их любит, если нет, то воспринимает их едва ли не как чужих. Нередко мать, например, специально подчеркивает недостатки своей дочери, чтобы на ее фоне лучше выглядеть самой. Родители такого типа очень непостоянны в своих требованиях и своих настроениях к детям, что очень нервирует детей. В будущем хорошие отношения сохраняются редко.

Шизоидный родитель. Со своими детьми с самого начала холоден, отстранен, без эмоциональной привязанности. Ни внимания, ни тепла. Контакта между родителями и детьми нет ни в детстве, ни когда дети вырастают - это чужие люди.

Психастеноидный родитель. Прекрасные родители. Тщательны в уходе за ребенком и в то же время находятся с ним в глубоком эмоциональном контакте. Однако их дети несколько неприспособлены к жизни, как и они сами - очень привязаны к родителям, иногда настолько, что это затрудняет им создание собственной семьи.

Гипотимный родитель. Всегда недоволен своим ребенком. Он не хвалится его талантами и достоинствами. Целиком и полностью сос­редоточен на его недостатках. Взгляд гипотима на своего ребенка - это взгляд постороннего критика. Его дети с самого раннего детства растут с чувством, что родители их не любят (и это недалеко от правды).

Сензитивныйродитель. Любящие, мягкие, но слишком тревожные и мнительные родители. Опасаются за ребенка по любому поводу. Их дети - очень ухожены, но инфантильны, нередко из-за мягкости родителя.