Как ребенок реагирует на поведение родителей? 12 страница

Как это часто бывает и в индивидуальной терапии, процесс улучшения продолжается, по-видимому, и между встречами группы, а также после лечения. Неудачи в групповой терапии объясняются той же причиной, что и в случае индивидуальной. Либо пациент не готов к выздоровлению, либо не может вынести происходящего с ним и угрожающих ему внутренних изменений.

Для частных пациентов групповая терапия означает не только более быстрое улучшение, но и стоит в большинстве случаев меньше половины стоимости индивидуального лечения. Любую психиатрическую больницу, где не применяют групповую терапию в качестве серьезного средства уменьшения использования медикаментов, шоковой терапии и мозговых операций, можно с полным правом считать устаревшей. К сожалению, так обстоит дело во многих штатах и государствах, где недостает хорошо подготовленных психиатров. С точки зрения общества групповая терапия еще более желательна, чем с точки зрения индивидов. В этой стране есть миллионы невротиков, которые могут стать родителями или уже являются ими. Каждый невротик, имеющий детей, воспитает из них, вероятнее всего, невротиков, и уже по этой одной причине, отвлекаясь от любых других факторов, развивающих неврозы, число невротиков должно возрастать. Поэтому в каждом случае, когда психиатрического пациента удается излечить или хотя бы объяснить ему его состояние, чтобы он мог изменить поведение, от этого выигрывает следующее поколение.

Ограниченное число хорошо подготовленных психиатров, имеющееся в Америке, не сумеет сколько-нибудь заметно уменьшить общее число невротиков в популяции с помощью индивидуального лечения. Групповая терапия дает возможность каждому психиатру лечить в пять-десять раз больше пациентов, чем он мог бы это делать индивидуально; и если даже не все члены группы излечиваются, они могут стать, по крайней мере, лучшими родителями, узнав новые вещи о людях и о самих себе. С точки зрения будущего нации и будущего человечества важнее стать лучшим родителем, чем излечиться самому. Именно в этом, быть может, состоит величайшая ценность групповой терапии.

Наряду со специфическими преимуществами аналитических видов групповой терапии, в самой "групповости" заключено нечто целебное. Поэтому под хорошим руководством лечебную ценность может иметь группа любого рода. Даже человек без психиатрической подготовки может в короткий срок быть подготовлен к тому, чтобы стать хорошим руководителем группы и приносить своим подопечным значительную пользу. Польза эта возникает от общения в одной комнате с другими людьми, заинтересованными в человеческом поведении и готовыми проверить свое собственное поведение. Например, священники и сотрудники тюрем, часто сталкивающиеся с проблемой поведения, находят групповые сеансы наиболее эффективными. Если они не имеют профессиональной врачебной подготовки и не могут найти подготовленного врача для всех людей с расстроенной психикой, за которых они ответственны, то групповые занятия оказываются единственно возможным методом. При хорошем руководстве члены группы сами знают, где надо замедлить ход и непременно об этом скажут, если руководитель выйдет за пределы возможностей группы. Таким способом многие руководители групп учатся у своих подопечных работать все лучше и лучше.

11. Что такое семейная терапия?

Наряду с "малыми группами", состоящими из индивидуальных психиатрических пациентов, теперь используется несколько других видов групповой терапии. Как правило, детский психиатр в наше время примет на лечение ребенка лишь в том случае, если с ним явятся и его родители; он не видит смысла добиваться улучшения за часовой сеанс, а затем отпускать ребенка домой, чтобы он оказался там в том же окружении, которое может быть причиной его трудностей. Удобный способ увидеть все семейство представляет "семейная группа" (иногда называемая также совместной семейной группой). В такой группе пациент называется "выделенным пациентом", а участвуют в ней все другие члены его семьи – родители, братья и сестры, а также дяди и тети, бабушка и дедушка, если они проживают вместе с ним. Прием этот удивительно эффективен, потому что трудности общения между членами семьи выявляются очень быстро, когда их можно увидеть всех вместе.

Еще эффективнее собрать в одну группу две или три семьи. В такой группе родители обнаруживают, что существуют некоторые проблемы, общие для многих семей, между тем как другие проблемы в каждой семье свои. Это же верно и в отношении детей. Разумеется, в семейной группе должно соблюдаться правило, по которому все члены семьи имеют право говорить совершенно свободно и никто не может быть наказан за то, что он сказал в группе. Если группа ведется успешно, то улучшается состояние не только выделенного пациента, но также его братьев и сестер, трудности которых могли быть не столь заметны или не столь удручают их родителей. Родители также больше узнают друг о друге. В более отдаленном будущем семейная группа может оказать огромное влияние на воспитание внуков, так что выгоды этого метода лечения не ограничиваются выделенным пациентом, а могут распространиться на три поколения.

Супружеская терапия сходна с семейной в том отношении, что муж и жена посещают одну группу. Иногда это общая группа с индивидуальными пациентами, а иногда специальная группа только для супружеских пар. Цель такой группы – не консультация, относящаяся к компетенции брачного консультанта, а психиатрическое лечение. Консультант действует в качестве арбитра и иногда советчика; психотерапевт супружеской группы заинтересован в более глубоких психиатрических проблемах, которые могут вызвать осложнения между супругами. Супружеские пары, бывавшие у брачных консультантов, хорошо понимают это различие и не рассчитывают, что психиатр их рассудит или даст им совет; они сознают, что у каждого из них есть свои нерешенные психиатрические проблемы.

Другой вид групповой терапии проводится обычно в больничных палатах, где пациенты встречаются вместе со всем персоналом, чтобы основательно обсудить проблемы, касающиеся палаты, а также познакомиться друг с другом, особенно с новыми пациентами. Такой линии придерживаются в палатах с "терапевтическим сообществом".

Весьма популярны теперь групповые собрания или совместные уикенды людей, не являющихся пациентами, но работающих в одном месте, посещающих одну церковь или объединенных чем-нибудь иным. Такие группы называют Т-группами или группами тренировки восприимчивости. Идея состоит в том, что если люди станут говорить друг с другом откровенно, то им придется лучше узнать друг друга, а также самих себя. Подобные группы пользуются особым языком, содержащим такие слова, как коммуникация, самоактуализация, интеграция, а также чуточку психоаналитической терминологии вроде отождествления, зависимости ивраждебности. Поскольку некоторые из этих слов неясны и не допускают научного определения, другие же употребляются в неверном смысле, в ценности таких групп можно усомниться. Одно из критических мнений по поводу Т-групп состоит в том, что там людей подвергают обидам и назойливому любопытству, к которым те не подготовлены, и оттого люди становятся разрозненными, как были прежде, а в группе нет никого, кто мог бы их сплотить. Было предложено определение групп восприимчивости как таких групп, куда восприимчивые люди ходят, чтобы там оскорбляли их чувства. Многие психиатры, и автор в их числе, вынесли неблагоприятное впечатление от таких собраний, в особенности в тех случаях, когда ими руководит человек без надлежащей подготовки.

Новейшим способом группового лечения являются "марафоны" или ночные группы, в которых сеанс групповой терапии длится от двадцати четырех до сорока восьми часов. Некоторые врачи считают, что бессонная ночь заставляет людей сбросить свои защитные приспособления и что это улучшает результаты. Другие полагают, что лучше делать на ночь перерыв и спать, чтобы группа могла начинать утром со свежими силами. Большинство пациентов, участвующих в таких марафонах, выносит из них много энтузиазма, но иногда трудно определить, по какой причине: действительно ли марафон приносит им пользу, или же он воспринимается как некое "приключение". Во всяком случае отдаленные последствия еще предстоит оценить, так что подлинные лечебные результаты марафонов будут известны лишь через пять-десять лет.

<<< Как ребенок реагирует на поведение родителей? 12 страница - №1 - открытая онлайн библиотека ОГЛАВЛЕHИЕ Как ребенок реагирует на поведение родителей? 12 страница - №1 - открытая онлайн библиотека >>>

Библиотека Фонда содействия развитию психической культуры (Киев)

<<< Как ребенок реагирует на поведение родителей? 12 страница - №1 - открытая онлайн библиотека ОГЛАВЛЕHИЕ Как ребенок реагирует на поведение родителей? 12 страница - №1 - открытая онлайн библиотека >>>

Глава IX

ТРАНЗАКЦИОННЫЙ АНАЛИЗ

Джон М. Дюсей, доктор медицины38

1. Что такое транзакционный анализ?

Транзакционный анализ – это недавно возникший метод лечения эмоциональных расстройств. Хотя он является одним из видов психотерапии, применяющие его врачи назначают в некоторых случаях медикаменты и другие виды соматического лечения. Многие из практикующих транзакционный анализ имеют медицинское образование, но этим методом пользуются и другие специалисты в области психического здоровья, имеющие для этого надлежащую подготовку. В этом методе внимание сосредоточивается на трудностях, возникающих у пациента в отношениях с другими людьми, и на его неспособности построить эти отношения удовлетворительным образом. Подсознательными психическими процессами при этом занимаются меньше. Поэтому врач39 действует активно и прямо, не придерживаясь анонимной позиции. Такое деятельное участие врача является одним из характерных отличий этого нового метода лечения от ортодоксального психоанализа. Исторически транзакционный анализ вырос из психоанализа как один из способов проведения групповой терапии; но в последнее время некоторые опытные врачи применяют его также в индивидуальной и семейной терапии, а также в брачном консультировании.

Теория личности, лежащая в основе транзакционного анализа, исходит из наблюдений, согласно которым человек может нечто говорить, высказывая или подразумевая в скрытой или замаскированной форме нечто совсем иное. Личность индивида состоит из разных частей, и одна из этих частей может вводить в заблуждение другую точно так же, как он вводит в заблуждение других людей в своей повседневной жизни.

Принципы транзакционного анализа, постепенно развившиеся из внимательных наблюдений над тем, что люди проделывают друг с другом, объясняют, каким образом люди "надувают" самих себя и других, иногда с трагическими последствиями, и как они повторяют снова и снова такие шаблоны поведения.

2. Теоретические основы

Известно, что в различных обстоятельствах люди говорят по-разному. Молодой конторский служащий будет говорить одним тоном со своим начальником, другим тоном с женой, когда она просит его вынести мусор по возвращении со службы, и опять-таки другим тоном со своим трехлетним сыном, пролившим сливовый сок на его только что выглаженный костюм перед его уходом на службу. При этих различных переживаниях меняется не только тон его голоса: меняется выражение его лица, чувства, поступки и мысли.

Внимательное наблюдение за пациентами привело к открытию, что в каждый данный момент времени индивид существует в одном из трех основных состояний, именуемых состояниями Я. Состояние Я определяет, каким образом человек думает, чувствует и ведет себя в этот момент. Три состояния Я, в которых может находиться любой человек, носят названия Родитель, Взрослый и Ребенок40. Независимо от возраста, каждый человек, за исключением младенцев, может существовать в одном из трех состояний Я.

Родительское состояние Я по существу копируется с подлинных родителей или авторитетных личностей. Когда человек находится в родительском состоянии Я, он проявляет иногда попечительные и ласковые свойства своих подлинных родителей, а в других случаях – карательные установки, нечестность или предрассудки родителей. Пациенты нередко удивляются, когда некоторые их установки и жесты выводятся из соответствующих черт поведения их родителей; это особенно характерно для людей, возмутившихся против родителей и затративших много энергии, чтобы от них отделиться. Они упускают при этом из виду ряд основных особенностей своих родителей, впитав их в себя и привыкнув рассматривать как свои собственные.

Взрослое состояние Я по существу не что иное, как вычислительная машина. Это рациональная и логическая часть личности, занятая преимущественно обработкой данных, наподобие большого электронного мозга; чувства и эмоции тем самым ко Взрослому отношения не имеют.

Мы видим Взрослого, когда ученый излагает полученные им результаты группе своих коллег, или когда домашняя хозяйка проверяет свой банковский счет. Взрослый – это тот, кто работает. Психический процесс, необходимый плотнику, чтобы забить гвоздь, относится к ведению Взрослого. Но когда он, промахнувшись, ушибает себе палец, Взрослый уступает место другому состоянию Я. Не всегда, однако, лучше всего находиться во взрослом состоянии Я; на вечеринках такое состояние в большинстве случаев тягостно.

Состояние Я, именуемое Ребенком, – это часть личности, сохранившаяся от подлинного детства. Дети могут быть капризными41 или милыми, очень счастливыми или очень несчастными, упрямыми или податливыми, и каждый человек, независимо от его хронологического возраста, может иметь те же мысли и чувства и вести себя так же, как некогда в детстве. Дети способны выходить за пределы ненужных или бессмысленных общественных условностей (Родитель) и не любят тратить время на всесторонние логические выкладки (Взрослый). Детскому состоянию Я свойственны спонтанность, интуиция и творчество. Люди постарше (начиная с четвертого года жизни) испытывают переживания, подобные детским, если им присуща интуиция. Например, ребенок имеет обыкновение разглядывать какую-нибудь часть тела другого человека, если она его заинтересует, в то время как его родители этого не одобряют. И когда человек видит что-нибудь новое и интересное, он больше похож на ребенка, чем на родителя. Можно сказать, что человек, проявляющий интуицию, – Ребенок, а не Родитель. Дети получают, по-видимому, подлинное удовольствие от жизни и у людей, часто испытывающих радость, бывает весьма активное детское состояние Я.

Говорят, что три состояния Я составляют структуру личности, а диагноз состояний Я называется структурным анализом. В этом состоит обычно начальный этап транзакционного анализа. Действие начинается, когда два человека оказываются вместе. Я каждого индивида может находиться в состояниях Родителя, Взрослого или Ребенка; таким образом, когда два человека находятся наедине в одной комнате, там в действительности присутствуют шесть лиц, каждое из которых может внезапно проявиться.

Транзакция состоит из стимула со стороны одного человека и соответствующей реакции другого42. Многие транзакции просты и непосредственны, например:

Босс: Который час? (Стимул.)
Секретарша: Четыре часа. (Реакция.)

Это прямолинейная транзакция Взрослый – Взрослый. Однако ответ может исходить от других состояний Я, и тогда положение меняется.

Босс: Который час? (Стимул из Взрослого.)
Секретарша: У вас что, часы не в порядке? (Реакция Родителя.)

Если босс настроен благодушно, то секретарша может сохранить свою должность еще на неделю; однако он не получил ответа на свой вопрос, потому что она ему ответила, как ответил бы родитель ребенку. Родительское состояние ее Я взаимодействовало с его Ребенком. Его первоначальный стимул Взрослого был пересечен ее реакцией, и они могли бы продолжать такой разговор сколь угодно долго, причем босс так и не узнал бы время.

Босс: Я забыл их дома. (Ребенок.)
Секретарша: Нельзя же быть таким рассеянным. (Родитель.)
Босс: Знаете, я так торопился. (Ребенок.)

И так далее.

Другая возможность состоит в том, что секретарша ответит на взрослый стимул босса реакцией Ребенка, например:

Босс: Который час? (Взрослый.)
Секретарша: Вам просто не терпится узнать это! (Ребенок.)

За этим может последовать немало интересных транзакций, но, по-видимому, босс узнает время значительно позже.

Как видно из предыдущего примера, поведение людей не всегда соответствует их общественному положению. На социальном уровне босс остается боссом, но психологически он может быть маленьким мальчиком или партнером в игре. Транзакции могут принимать еще более сложный и скрытый характер, чем в предыдущем примере, и многие из читателей смогут припомнить ситуации, в которых человек ведет разговор на одном уровне и одновременно – скрытое взаимодействие на другом. Скрытые транзакции на двойном уровне порождают игры.

Игра отличается тремя характерными особенностями: во-первых, имеется упорядоченная последовательность транзакций; во-вторых, имеется подвох (это значит, что транзакции происходят на двойном уровне, и один из этих уровней скрыт от другого); и, в-третьих, имеется выигрыш. Лишь при этих условиях удовлетворяется определение игры, принятое в транзакционном анализе.

Прежде всех была открыта игра под названием "Почему Бы вам Не...? – Да, Но". Главные ее черты хорошо изучены транзакционным анализом; из следующего примера видно, как она была разыграна в одной терапевтической группе:

Гарри: Не знаю, как мне окончить вовремя контрольную за этот семестр?
Мери: Почему бы вам не начать ее сегодня же вечером?
Гарри: Да, но я не спал вчера всю ночь.
Ларри: Почему бы вам не начать тогда завтра?
Гарри: Да, но мне надо идти в химическую лабораторию.
Кэри: Почему бы вам не выполнить ее в конце недели?
Гарри: Да, но я должен навестить семью.
Джерри: Почему бы вам не попросить у профессора отсрочки?
Гарри: Да, но ведь он сказал уже: "Исключений не будет".

Обычно игра завершается молчанием, когда все другие участники сдаются, и Гарри выигрывает. Хотя на первый взгляд он делает прямой запрос, исходящий от Взрослого, он последовательно отбрасывает все предложения, подобно маленькому мальчику, получающему всевозможные родительские советы и не удовлетворенному ни одним из них. Впоследствии он признался, что сам думал уже обо всех этих предложениях, тем самым обнаруживая скрытый уровень своей игры. Ребенок Гарри вводил в заблуждение Родителей других членов группы, вынуждая их на скрытом психологическом уровне уделять ему внимание. Он еще раз доказал, что Родитель не может сказать ему ничего нового, и в этом состоял его выигрыш.

Подобно всем игрокам, Гарри хорошо знал свою игру и мог разыгрывать в ней любую роль. Часто он занимал позицию Родителя по отношению к своей приятельнице Матильде, также игравшей в "Почему Бы вам Не; Да, Но", а Матильда занимала позицию Ребенка; они без труда переключались с одной позиции на другую. Люди предпочитают встречаться с теми, кто играет в ту же игру или в дополнительную игру, чтобы извлекать из своей игры нужные им преимущества.

Новорожденный младенец не может выжить без физического соприкосновения с матерью или лицом, заменяющим мать. Как доказал знаменитый детский психолог, у младенцев, которым не уделяется достаточное внимание или которые лишены достаточного общения с людьми, смертность значительно выше, чем у тех, кто имеет больше контактов с людьми, хотя эти контакты и связаны с бактериальной инфекцией. Этот вид раннего воспитания младенца его матерью называется поглаживанием. Потребность в поглаживании сохраняется в течение всей жизни, хотя виды поглаживания меняются и могут становиться все более изощренными. Вместо физических поглаживаний Гарри получал словесное внимание, но слова, обращенные Родителями других членов группы к Ребенку Гарри, были равносильны физическим поглаживаниям. Для вышедших из младенческого возраста поглаживания столь важны, что изобретаются всевозможные хитрые средства, чтобы их получить. Подросткам иногда приходится для этого красть автомобили или нарушать правила уличного движения, потому что отрицательные поглаживания лучше, чем если поглаживаний вовсе нет.

Игра Гарри иллюстрирует другое важное преимущество (выигрыш), извлекаемое из игр. Гарри снова убедился в правильности рано принятого и не сознаваемого им теперь решения, что его родители не могут сказать ему ничего стоящего. Это решение, определившее столь многое в жизни Гарри, основывалось на том обстоятельстве, что мать его умерла, когда ему было меньше пяти лет, отец его вновь женился, и мачеха регулярно совершала промахи. Гарри считал, что и отец никогда его не понимал, потому что он прежде всего привел в дом подставную "маменьку", совсем не такую, как настоящая, и, во-вторых, никогда не имел времени разобраться, что его беспокоит. В очень раннем возрасте он убедился, что его отец и мачеха больше заняты собою, чем им, и не говорят ничего, имеющего отношение к его подлинному одиночеству и несчастью. Игра в "Почему Бы вам Не; Да, Но" поддерживала это его основное решение, поскольку, разумеется, Родители других людей, с которыми он встречался в своей дальнейшей жизни, например, членов его терапевтической группы, также, разумеется, никогда не могли сказать ему ничего стоящего о том, что казалось его Ребенку единственно важным. Неудивительно поэтому, что он жаловался и на свою приятельницу Матильду, утверждая, что и она его не понимает, как и другие девушки, с которыми он встречался. Временами он говорил, что врач не понимает его или не говорит ничего стоящего.

Поскольку игры основываются на решениях раннего детства, от них можно отучить, и пациент может принять другое решение. Можно либо полностью отказаться от игры, либо заменить ее другой игрой, менее вредной. Когда на следующем сеансе Гарри попытался заново начать "Почему Бы вам Не? – Да, Но", врач удивил его своей реакцией:

Гарри: Я никак не могу вовремя вставать по утрам.
Врач: Но ведь у вас есть и интересные проблемы, не правда ли?

Вместо того чтобы высказать ряд новых предложений, которые были бы все отвергнуты, врач отказался вступить с Гарри в игру и дал ему понять, что он мог бы найти какой-нибудь другой способ общения с людьми. Это поставило под угрозу решение Гарри, и когда он окончательно расстался с "Почему Бы вам Не? – Да, Но", его личность уже изменилась.

Другое преимущество от разыгрывания игр состоит в том, что, пока длится игра между двумя или большим числом людей, удается избегать прямых, интимных, отношений между ними. Это кажется на первый взгляд трагичным, и это в самом деле трагично, но может быть понято, если обратиться к переживаниям детства. Гарри опасался близости с Матильдой; возможно, с этой целью он ее и выбрал, потому что первая женщина в его жизни, с которой у него были близкие отношения, покинула его в раннем и относительно беспомощном возрасте. Этот глубокий страх, вызванный безвременной смертью его матери, все еще преследовал Гарри, и, чтобы не рисковать быть брошенным, он предпочитал разыгрывать с Матильдой игры, избегая таким образом близости.

Люди изобрели много таких психологических игр, общие черты которых – упорядоченная последовательность транзакций, подвох и выигрыш; но некоторые игроки играют серьезнее других. Это видно на примере сексуальной игры в "Насилуют!" На коктейль-пари Роуз, молодая красивая леди, занимает надлежащую позицию в своем стратегически расположенном кресле, так что Генри, ведущий с ней интеллигентную беседу типа Взрослый – Взрослый о современном искусстве, может видеть как раз предусмотренную часть бедра, когда юбка ее медленно приподнимается кверху. Заинтригованный Генри пренебрегает своим Взрослым и спрашивает: "Вы пойдете ко мне сегодня вечером?" На это Роуз резко отвечает: "Что позволяет вам принимать меня за девицу такого рода?" После чего Генри вправе чувствовать себя неловко, а Роуз вправе испытывать негодование. Генри не знает, что когда Роуз было всего шесть лет, она решила, вследствие нечестного обращения с нею отца, что мужчины ничего не стоят. В этот вечер она доказала это себе еще раз, как она это делала много раз в прошлом и будет делать много раз в будущем, если только не придет однажды в кабинет психиатра, жалуясь, что у нее как-то не складываются отношения с мужчинами. Неловкость у Генри скоро пройдет, и он придет в себя, снова готовый стать жертвой игры в "Насилуют!" Это "первая степень" игры, и оба они, Роуз и Генри, будут искать других игроков первой степени. Некоторые игроки предпочитают разыгрывать свою игру более жестко; в случае "Насилуют!" жертва уходит, получив пощечину, а возмущенная леди вправе рассказывать своим друзьям, каким извергом был этот человек. Действительно жесткий способ игры – это игра "третьей степени"; игрок третьей степени идет в игре на все. В случае "Насилуют!" жертва игры третьей степени попадает в тюрьму, а возмущенная леди вправе громко вопить, бесплатно прокатиться в больницу и объяснить все происшествие полицейскому. Человек редко меняет степень своей игры, но в большинстве игр бывают и "жесткие", и "мягкие" игроки.

Игры настолько преобладают и настолько укоренились в обществе, что в некотором смысле становятся общепринятыми обычаями; это значит, что они разыгрываются по правилам, всем известным и более или менее всеми признанным. Это видно на примере игры "Алкоголик" с пятью участниками. "Жертва", то есть исполнитель первой роли, и есть алкоголик. В большинстве городов есть район, известный под именем "трущоб", со своими особыми правилами и ценностями; там алкоголики чувствуют себя удобно, и там собираются жертвы, когда у них наступает запой. Вторая роль, "преследователь", в типичном случае принадлежит жене, участвующей в неофициальных беседах за чашкой кофе, в которых она и другие жены обсуждают и сравнивают своих ужасных мужей. Есть также и официальная организация жен и родственников алкоголиков под названием "Аланон". Третий участник, "простофиля", – это человек, поощряющий алкоголика продолжать игру. Он встречается с жертвой после работы в близлежащем уютном кабачке и выслушивает его горестную повесть:

Жертва: Босс вывалил всю эту работу на мой стол... (и т.д.)
Простофиля: О, это ужасно.
Жертва: А когда я пришел домой, Клодия на меня напустилась... (и т. д.)
Простофиля: Дай-ка я поставлю тебе стопочку.

Четвертый участник, "поставщик", представляет собой крупный бизнес. В некоторых штатах самое влиятельное лобби в законодательном собрании находится на службе алкогольной промышленности. Пятым участником, "избавителем", является организация вроде "Анонимных алкоголиков". Это иллюстрирует популярность некоторых игр, вызвавших появление целых общественных учреждений для объединения игроков, исполняющих ту или иную роль. Как правило, у алкоголика, ведущего игру, выступает его Ребенок, провоцирующий родительское (критическое или защитное) состояние Я у преследователя и избавителя и детское состояние Я у провокатора-простофили.

Игры составляют часть жизненного уклада. Из ранних транзакций между матерью, отцом и ребенком вырабатывается план жизни. Этот план называется сценарием. Если мать говорит своему ребенку на одном уровне: "Будь в жизни удачником", а на другом уровне: "Но не покидай меня", то у молодого человека разовьется основной набор игр, служащих для исполнения раннего внушения матери. Это видно было на примере Джеральда. Казалось, ему везло или, по крайней мере, у него были шансы; но в последний момент он проваливался и бежал домой к матери ("Не покидай меня!"). Когда у Джеральда наберется достаточно провалов, он может почувствовать себя вправе впасть в депрессию или даже покончить с собой, так что сценарий приведет его к трагическому концу. Есть люди, побеждающие едва ли не во всех своих предприятиях, и если у них случается неудача43, они сохраняют присутствие духа и возвращаются на арену, чтобы побеждать снова. Другие же люди, пораженцы, ухитряются терпеть поражение в самых выигрышных ситуациях и затрачивают иногда немало изобретательности, чтобы обеспечить себе провал. Как бы это ни казалось трагичным, они следуют плану жизни, выработанному в детстве. К счастью, сценарии могут быть изменены, поскольку они не являются врожденными, а происходят от обучения.

3. Как происходит транзакционный анализ

Структурный анализ (диагностика Родителя, Взрослого и Ребенка), анализ взаимодействий, анализ игр и анализ лежащих в основе сценариев составляют различные фазы лечения; их объединяют под общим названием транзакционного анализа. Все фазы лечения выполняются обычно одновременно, по мере того как это позволяют обстоятельства, но некоторые опытные врачи выполняют каждую фазу отдельно. Транзакционный анализ был развит первоначально как техника проведения групповой терапии и представляется в настоящее время наиболее четко разработанным подходом к групповому лечению. Группы являются плодотворной почвой для игр, поскольку они доставляют множество возможностей для транзакций44. Как мы уже заметили, два человека в комнате – это в действительности шесть, а если собрать вместе восемь человек, то имеется двадцать четыре состояния Я, и участники вскоре без труда находят кого-нибудь, с кем можно разыграть игру.

Было замечено, что в терапевтических группах, как и в общественных, семейных, деловых и других ситуациях, разыгрывание игр является лишь одной из шести возможностей поведения. Когда люди собираются вместе, перед ними всегда возникает вопрос: что нам теперь делать с нашим временем?45 Это может стать преобладающей заботой у робкого и неуверенного в себе человека, который сразу же после вступления в группу склонен замкнуться. Таков один из способов вести себя в группе; он может осуществляться с помощью каких-нибудь личных фантазий, как это было в случае Гекльберри Финна, представлявшего себе "то самое место рыбалки", в то время как учитель говорил об арифметике. У пациента могут быть и более сложные фантазии, и он предпочитает молчать, не обнаруживая их содержания. Другой распространенный способ замыкания состоит в том, чтобы спать в присутствии других.