Глава 2. Нет никакого сомнения в том, что в начале 90‑х в английском футболе произошли существенные изменения

ПОСЛЕ СОБЫТИЙ НА «ХИЛЛСБОРО»

Нет никакого сомнения в том, что в начале 90‑х в английском футболе произошли существенные изменения. Одно время все было просто замеча‑тельно, и казалось, такое положение дел сохранится надолго, так как многочисленные зарубежные игры, включая отборочные матчи английской сборной к Евро‑92, проходили относительно мирно. Однако и в этой обстановке звучали опасения, что шведские хулиганы якобы собираются дать бой английским фанатам.

На самом деле во время проведения чемпионата Европы имели мест о лишь очень редкие стычки, и вновь единственным серьезным противником, с которым пришлось столкнуться болельщикам сборной Англии, стала местная полиция. Однако это не помешало ей заявить, что она осталась более чем удовлетворена поведением английских фанатов. Даже УЕФА была довольна англичанами, хотя борьба с хулиганством по‑прежнему продолжалась. На этот раз причиной волнений стали фанаты из Германии, устроившие погромы в Гётеборге, после того как сборная Англии была выбита из турнира.

Но как только ситуация с английскими болельщиками стала улучшаться, все тут же приняло самый драматический оборот. О чем никто не догадывался, так это о том, что европейские хулиганы не только достигнут уровня своих английских «наставников», но и захотят это доказать. Этот факт подтвердился самым наглядным образом в мае 1993 года, когда англичане приехали в Катовице на отборочный матч чемпионата мира против сборной Польши.

Впервые в этой стране английские хулиганы сошлись лицом к лицу с огромной толпой, намеревавшейся взять над ними верх. В ходе разразившейся баталии английских фанатов забросали ракетами, полиция применила против них резиновые дубинки, но это не сломило гостей, а только упрочило их репутацию, так как картина бегства польских болельщиков обошла всю Европу. Многие английские саппортеры, участники тех печальных событий, до сих пор не устают повторять, что та поездка стала самым страшным эпизодом в их жизни.

Такие же чувства посетили болельщиков «Манчестер Юнайтед», когда их команда в октябре того же года отправилась в Стамбул на игру с местным «Галатасараем». Матч, который проходил на стадионе «Али Сами Йен», снискавшем дурную славу (о гостеприимности которого дает представление фраза «Добро пожаловать в ад» на турецких плакатах), транслировался на всю Европу. Фанаты «Юнайтед» подвергались постоянным атакам-как со стороны местных хулиганов, так и сил специальной полиции, арестовавшей за вечер более 200 англичан, большинство которых на самом деле ничего не совершили. Еще более усугубил общую картину эпизод, когда покидающие поле игроки «Манчестер Юнайтед» Эрик Кантона и бывший капитан сборной Англии Брайан Робсон были атакованы местными хулиганами.

Менее чем через полгода ситуация повторилась, на этот раз уже в Голландии. Развитие хулиганского движения в этой стране достигло своего апогея, когда игра на стадионе клуба ПСВ «Эйндховен» была перенесена из‑за двух отдельно поступивших угроз взрыва. Голландские болельщики продолжали испытывать угрызения совести из‑за того, что не смогли попасть на стадион «Уэмбли» в апреле того же года. На этот раз они не стали повторять своих ошибок и нападали на фанатов сборной Англии при первой же возможности. Однако центральную тему новостей составили заявления о полицейских зверствах, сделанные английскими болельщиками, испытавшими на себе гнев местных властей. Два дня спустя более 1100 фанатов были задержаны и высланы из Голландии. Эта цифра по сей день остается рекордом.

Провал во время отборочного турнира чемпионата мира 1994 года в США и проведение в Англии Евро‑96 вместо планировавшегося ранее мирового первенства 1998 года означали, что у сборной команды не будет возможности проводить официальные встречи вплоть до старта чемпионата. Однако те, кто полагал, что отсутствие английской команды успокоит ее фанатов, сильно ошибались.

На национальном уровне хулиганские беспорядки до сих пор оставались главной проблемой, и с приближением чемпионата Европы полиция принялась за кардинальное решение этого вопроса. Полная решимости положить конец хулиганскому движению раз и навсегда, она при полной поддержке правительства и футбольной ассоциации направила свой основной удар на известных хулиганских лидеров, используя не только традиционные методы, но и полный спектр новых технологий, в частности кабельное телевидение.

Противодействуя полиции, группировки начали договариваться и выбирать место и время для очередных беспорядков. За счет растущего числа пользователей сотовой связи уклонение от встреч с полицией стало неотъемлемой частью хулиганской игры, в которой чаще всего футбольные фанаты одерживали легкие победы. Это привело к тому что вокруг некоторых клубов ситуация существенно улучшилась, особенно когда хулиганские группировки в преддверии столь крупного турнира, впервые проводимого в Англии после чемпионата мира 1966 года, стали намеренно избегать ненужного внимания со стороны властей.

Однако в феврале 1995 года англичане отправились в Дублин на товарищескую встречу с командой Ирландии, где, честно говоря, репутация сборной и ее болельщиков была подорвана так, как никогда. Уже не первый раз в центре развернувшихся событий фигурировали экстремистские правые силы.

Некоторые политические группы, такие как «Национальный фронт», «Британское движение» и «Лига Святого Георга», на протяжении как минимум двух десятилетии принимали самое активное участие в футбольной жизни. Легко понять почему, ибо где же еще в 70‑80‑х годах могли в таких количествах собираться представители рабочего класса?

Тем не менее в конце 80‑х годов начались кампании, направленные на искоренение расистских взглядов из футбола. Такая политика привела к существенному ослаблению влияния крайне правых политических групп, в частности на клубном уровне. Однако английская сборная по‑прежнему продолжала испытывать это влияние, пусть даже и слабое, а различные политические группы то и дело фигурировали в ряде позорных эпизодов во время заграничных турне футбольных команд. Так, при посещении Польши в 1993 году некоторых таких расистов фоторепортеры запечатлели улыбающимися и даже смеющимися в музее Освенцима.

Конечно, это относится не только к Англии. Во всех европейских странах имелись подобные проблемы, а Италия и вовсе пострадала от расизма больше всех. Однако присушим исключительно одной Англии было то, что у таких группировок имелся особый и очень реальный объект ненависти.

Речевка «не сдадимся ИРА» настолько закрепилась в среде английских болельщиков, что стала чуть ли не названием их гимна. Хотя у очень многих и сама песня, и хор исполнителей вызывали недоумение, постоянное ее распевание на трибунах наглядно указывало на то, что среди болельщиков укоренилась глубокая ненависть к Ирландской республиканской армии и тем идеалам, за которые она борется. Так как продолжающийся англо‑ирландский мирный процесс рассматривался правыми силами как политика уступок в пользу ИРА, поездка в Дублин предоставила им отличную возможность продемонстрировать свою поддержку движению лоялистов и дать понять британскому правительству, что в обществе имеются силы, не согласные с его политикой в отношении Северной Ирландии.

Рассматривая ситуацию исключительно с этой точки зрения, нельзя не отметить, что, как бы ни скрывались определенные намерения, остановка игры во время товарищеского матча Англия‑Ирландия из‑за вызванных беспорядков спустя 27 минут после его начала кое‑где сопровождалась невиданным успехом. Когда игроки спешно покидали стадион, трансляция с которого велась на весь мир, истеричные политики - как в самой Англии, так и в Европе - возопили о переносе Евро‑96 в целях борьбы с набирающими силу выступлениями крайне правых сил.

Подобную позицию разделяли определенные общественные круги, которые всю вину за учиненные беспорядки возложили на новую, зловещую неонацистскую группировку под названием «Комбат 18».

Эта группировка, название которой включает первые буквы имени и фамилии Адольфа Гитлера (А - первая, Н - восьмая буквы латинского алфавита), раскручивает спираль насилия с начала 90‑х годов. Теперь же, после всего случившегося, она стала мечтой главного редактора любого таблоида. Однако как только журналисты копнули поглубже, они резко изменили к этой группировке свое отношение. Внезапно выяснилось, что это не столько группа поддержки крайне правых сил, которой можно поставить в вину события в Дублине, сколько объединение английских футбольных хулиганов. В конце концов в истории европейского футбола они достигли положения прокаженных.

Тогда как СМИ принялись рыться в прошлом людей, арестованных за участие в беспорядках, УЕФА успокоилась и заявила, что чемпионат состоится, как и планировалось. Футбольные руководители отнеслись к этому инциденту как к исключению и были уверены, что европейское первенство пройдет без особых проблем.

Британское правительство и Футбольная Ассоциация Англии были очень довольны, получив это известие, однако у английских властей возникло опасение, что это лишь просчитанный ход, а не акт доброй воли. Все одинаково понимали, что единственной страной, чьи фанаты принимают регулярное участие в массовых беспорядках за рубежом, является Англия. Тогда как шансы на то, что, скажем, голландские и немецкие фанаты, отличавшиеся своей необузданностью на национальном уровне, решатся пересечь пролив и вступить в серьезный конфликт с англичанами у них дома, практически равнялись нулю. По иронии судьбы Англия оказалась, пожалуй, самым безопасным местом для проведения чемпионата Европы.

Погромы в Дублине оказали на европейское хулиганское сообщество самое сильное воздействие. Они не только подтвердили статус англичан как самых отъявленных хулиганов, но и дали понять всем остальным фанатам, что те выбрали не самое лучшее время для подобного визита.

Однако не успела нация вздохнуть с облегчением и приступить к подготовке к чемпионату, как перед ней встали проблемы, уже более близкие к футболу. Только на этот раз обстоятельства резко изменились.

После чемпионата мира 1990 года в Италии среди английских болельщиков, включая большинство тех, кто не имел и не хотел иметь никакого отношения к хулиганам, ходила шутка, что, как только они покидают пределы страны, им следует забыть о своих гражданских правах и правах человека. И в самом деле, часто возникало такое ощущение, что европейские полицейские буквально объявляли сезон охоты на англичан, как только те оказывались в зоне досягаемости резиновой дубинки.

Несмотря на достаточное количество доказательств применения подобной практики, официальные власти Великобритании и особенно средства массовой информации всегда с неприязнью относились к подобного рода утверждениям. В случае с властями такую ситуацию можно было объяснить в основном боязнью того, что их посчитают пособниками фанатов и обвинят в антиевропейских настроениях. Со средствами массовой информации все было гораздо проще. Журналисты просто предпочитали видеть в каждом английском футбольном фанате потенциальный источник сенсации, а сама идея, что он может стать жертвой насилия, казалась абсурдной.

В результате, когда через две недели после беспорядков в Дублине футбольный клуб «Челси» и его огромная группа поддержки отправились в Бельгию на матч против ФК «Брюгге», они ощутили на себе нервные взгляды местных властей и пристальное внимание жаждущих сенсации средств массовой информации. Английский клуб имел большой авторитет среди хулиганского сообщества, и поэтому что‑то обязательно должно было случиться.

Неудивительно, что, в свете недавних событий в Дублине и помня о трагедии на «Эйзеле», полиция Брюгге находилась в высшей степени готовности. Однако она не смогла предотвратить беспорядки в многочисленных городских барах и кафе, где местные фанаты стали атаковать небольшие группы болельщиков «Челси».

Реакция полиции была незамедлительной. Как обычно, она проигнорировала выходки местных хулиганов и, вместо того чтобы заняться делом, задержала столько английских болельщиков, сколько смогла. Те же, кого не арестовали, были закованы в наручники и помещены на одном из складов, где не было ни воды, ни пищи, ни туалетов. До начала матча полиция задержала более 500 фанатов «Челси». В пять часов утра следующего дня оставшаяся группа, тоже в наручниках, была отправлена домой.

В ответ английские средства массовой информации с жесткой критикой обрушились на официальные власти Бельгии. Программы новостей на Би‑би‑си и Ай‑ти‑ви демонстрировали сцены, когда бельгийские полицейские набрасывались на гуляющих по городу фанатов «Челси». А рассказы людей о том, как их задержали и выслали из страны, впервые были выслушаны с сожалением. Тем не менее многих по‑прежнему преследовало чувство, что и сами английские болельщики в чем‑то виновны и что случившееся на стадионе и в его окрестностях явилось прямым результатом их действий, ускользнувших от объективов камер.

Поразительно, что уже несколькими неделями позже, 6 апреля, подобный инцидент повторился. И снова болельщики «Челси», отправившиеся вслед за своей командой в Испанию на встречу с «Реалом» из Сарагосы, стали жертвами жестокости местной полиции.

Честно говоря, в некоторые из инцидентов, произошедших вокруг этой игры, трудно поверить. Вот лишь четыре из них. Отец одного из самых юных болельщиков был избит до бессознательного состояния после того, как пожаловался на то, что хулиганы изрезали сумку его сына. Двое юнцов из числа английских фанатов были жестоко избиты испанскими полицейскими, когда спросили, как им пройти до автобуса. Один мужчина получил девять ударов резиновой дубинкой, когда вместе со своей женой и детьми просто сидел в стороне, пытаясь не обращать внимания на происходящее вокруг. И самый вопиющий факт: один из болельщиков получил удар полицейской дубинкой, когда нагнулся, чтобы подобрать оброненный с лестницы пакет с чипсами!

К счастью, если только допустимо здесь такое выражение, многое из происходившего было показано по британскому телевидению, и, как и прежде, реакция была незамедлительной. Однако критика обрушилась только на одну из сторон конфликта. Многочисленные газеты стали тыкать пальцем в болельщиков «Челси», включая «Дейли стар», которая заявила, что «хулиганские элементы из числа фанатов лондонского клуба вновь запятнали позором весь английский футбол своими жестокими нападениями на испанскую полицию». В газетной статье приведены слова одного авторитетного человека, говорящего от лица английских саппортеров, который отметил следующее: «Некоторые из них не прошли даже домашней подготовки, не говоря уже о том, чтобы представлять нашу страну за рубежом» и: «Я только приветствовал то, как полиция разбиралась с ними».

Страсти еще не улеглись, когда англичане вновь, уже в третий раз, пострадали от рук европейских блюстителей правопорядка. Теперь испытания выпали на долю фанатов лондонского «Арсенала».

И хотя все было не так серьезно, как в случае с их соседями из Западного Лондона, проблем, возникших с французской полицией во время финальной встречи Кубка обладателей кубков «Арсенал»~»Реал» (Сарагоса), было достаточно, чтобы сделать очевидные выводы. Во‑первых, с ростом числа провокаций методы, с помощью которых с ними пыталась бороться местная полиция, становились все ухищренней, и, во‑вторых, английским болельщикам все чаще и чаще приходилось сталкиваться с большим количеством трудностей за рубежом. Проблем не убавлялось. Несмотря на обеспокоенность палаты общин, о которой было заявлено двумя наиболее уважаемыми поклонниками футбола в английском парламенте Тони Бэнксом и Китом Хоем, в ответном докладе правительства отмечалось лишь то, что из 17 европейских игр этого сезона с участием английских команд лишь три закончились беспорядками, причем в двух случаях из трех в скандале был замешан один и тот же клуб. Будучи болельщиком «Челси», Бэнкс пришел в ярость из‑за дискредитации любимого клуба, но вместо того, чтобы отстаивать свою точку зрения, он уступил. И лишь по прошествии трех лет он начал сокрушаться: «А я ведь вам тогда говорил».

К тому времени все внимание газет переключилось на приближающийся чемпионат Европы 1996 года, в связи с чем нагнеталась истерия вокруг возможных проблем. И если не с выходками хулиганов, то с обеспечением общественного порядка. Центральные полосы газет были посвящены воинственным угрозам, исходившим от немецких и голландских футбольных фанатов. По мере приближения чемпионата в телевизионные программы поступало огромное количество звонков от английских подростков, предупреждавших о решительном настрое местных болельщиков, которые угрожали сорвать турнир в случае вылета их сборной.

Все это, конечно, было чепухой. Каждый, кто хоть что‑нибудь знал о футбольных хулиганах, понимал одну простую вещь: лишь в очень немногих странах имелись группировки, способные оставить в стороне клубные симпатии и последовать за своей национальной командой за границу. Это было понятно даже УЕФА, которая была вне себя от счастья, организуя чемпионат именно в Англии.

Как и ожидалось, за исключением шотландцев и нескольких немецких групп никто не приехал, и турнир прошел почти мирно. Более того, на этом чемпионате английская нация была буквально очарована футболом - и самой собой.

Эйфория, сопровождавшая игру, сохранилась и после чемпионата, немедленно оказав серьезное влияние на хулиганов, выезжавших с национальной командой за рубеж. Посещение футбольных матчей национального первенства стало семейным и корпоративным увлечением. Болельщики стали раскрашивать свои лица в цвета любимых команд. Во время выездных матчей английские болельщики общими усилиями старались создать вокруг себя более позитивную и менее агрессивную атмосферу.

Где‑то это сработало. Отборочные матчи чемпионата мира в Молдавии, Грузии и, что особенно примечательно, в Польше прошли относительно мирно, а для английских клубов, принимавших участие в европейских турнирах, настали почти безмятежные времена. Только лишь в марте 1997 года, когда «Манчестер Юнайтед» отправился в Португалию, английским болельщикам пришлось столкнуться с реальными проблемами. Вновь, как и прежде, им довелось испытать на себе «обходительность» и «учтивость» местных полицейских, направивших всю свою агрессию против гостей. В результате инцидента, случившегося в окрестностях стадиона «Порту» «Даш Анташ», несколько англичан получили серьезные ранения.

Тот факт, что английские болельщики снова стали жертвами полицейского произвола, не прошел незамеченным. Средства массовой информации негодовали, а португальские власти подверглись резкому осуждению со стороны многочисленных организаций болельщиков и членов английского парламента, включая Дэвида Меллора, ставшего впоследствии главой комиссии по борьбе с футбольным хулиганством при правительстве Великобритании.

Такая реакция оказала положительное влияние на выезжающих за рубеж болельщиков, и все искренне поверили в то, что выход из затруднительного положения наконец найден. Полиция наконец‑то испытала чувство удовлетворения, одержав ряд успешных побед в своей борьбе с хулиганами, но даже болельшицкие группировки стали смотреть в будущее с оптимизмом. Вместе с увеличением количества желающих сопровождать английскую сборную за рубеж крепла уверенность в благополучном будущем. Тем не менее в самой Англии дела обстояли не так благополучно. Конечно, никто не мог этого знать, но реальные трудности были еще впереди.

Одним из моментов, вызвавших обеспокоенность полиции на Евро‑96, стало возвращение на сцену некоторых ветеранов хулиганского движения. Лица, которые с появлением танцевальной рэйв‑культуры приходилось видеть довольно редко, внезапно стали частыми посетителями футбольных матчей по всей стране, и все чаще и чаще их появление сопровождалось беспорядками. Многие опасались, что они возобновят свои зарубежные турне, и в октябре 1997 года эти опасения оправдались.

Это случилось во время отборочного матча чемпионата мира, проходившего в Риме. Английская сборная остро нуждалась в победе, и потому почти 10 тысяч фанатов отправились вслед за своей командой, многие даже без билетов. Из них, по заявлениям итальянской полиции, 700 являлись известными хулиганами (категория «С»), и уже скоро они оказались в центре массовых беспорядков. В пятницу вечером один английский болельщик был серьезно ранен, и несколько получили менее тяжелые повреждения в результате драки, завязавшейся в центре Рима незадолго до игры. Однако главные события произошли на самом стадионе.

Из‑за того, что очень многие английские болельщики приобрели билеты у перекупщиков, об их изоляции не могло быть и речи. В результате, когда итальянские фанаты развернули транспарант с надписью «Победу ИРА», немедленно вспыхнула нешуточная драка.

Как полагается в таких ситуациях, за дело взялась полиция и стала крушить все, что двигалось. Но даже когда комментаторы кричали о том, что «английские подонки вновь наложат пятно позора на нацию», нашлись и те, кто смог заметить, что фанаты, принявшие на себя самый тяжелый удар, были отлично организованы. Среди них находились знаменитости и нерядовые члены всеанглийского «туристического клуба». Хулиганские же элементы, в основной своей массе, расположились на противоположной трибуне и, не веря своим глазам, просто наблюдали за разворачивающейся на их глазах драмой.

Этот эпизод стал переломным моментом в истории английского футбола. С того самого дня средства массовой информации Великобритании, похоже, поняли наконец, что английских футбольных болельщиков, выезжающих за границу, необходимо разделять на две совершенно разные группы. Тех, кто просто хочет наслаждаться футболом и веселиться, и тех, кто готов идти дальше, если позволят обстоятельства. К сожалению, европейские хулиганы не смогли этого понять.

Спустя месяц после визита английской сборной в Рим «Манчестер Юнайтед» отправился в Роттердам, где его фанаты, разогревавшиеся перед игрой в городских барах, подверглись ожесточенным атакам местных хулиганов. В конце концов болельщики «Фейеноорда» учинили драку с полицией, пытаясь добраться до вражеского транспорта. Наблюдая за схваткой, группа английских подростков, уже достаточно потрепанная в боях, вырвалась из своих автобусов, чтобы дать отпор агрессору. В тот вечер полиция арестовала 38 человек.

Следующим серьезным испытанием для английского футбола стало участие в чемпионате мира 1998 года во Франции. Начало года ознаменовалось стремительным ростом насилия на играх национального первенства, включая гибель болельщика «Фулхэма» во время драки, сопровождавшей матч с «Джиллингемом», а также нападения фанатов на руководителей «Эвертона», «Барнсли» и «Портсмута». В результате полиция была вынуждена провести широкомасштабную операцию, которая включала в себя ряд ночных рейдов, отснятых специально приглашенными телерепортерами, с целью не допустить выезда известных хулиганов во Францию. И когда прошедшие сквозь фильтр отбора футбольные болельщики отправились в Марсель на первую групповую игру с Тунисом, все были уверены, что ситуация находится под контролем.

Любопытная деталь: во время кратких пресс‑конференций накануне старта чемпионата советник Футбольной Ассоциации Англии по вопросам безопасности сэр Брайан Хэйс предупредил французскую полицию, что иногда английские фанаты могут очень резко отвечать на слишком жестокое обращение полицейских. В ответ французская сторона заявила, что крайние меры будут применяться только в том случае, если ситуация начнет выходить из‑под контроля. Все остались довольны и были уверены в том, что все пройдет гладко. К сожалению, эти надежды не оправдались.

Первые тревожные сигналы стали поступать в субботу вечером, когда английские фанаты, изрядно выпившие в одном из баров в районе Старого порта, вывалились на улицу и начали закидывать водителей проезжающих мимо автомобилей бутылками и стаканами. Силами полиции, включавшими около 100 сотрудников с собаками, буйствующих удалось успокоить, однако единичные стычки продолжали вспыхивать еще в течение целого часа.

На следующий день возникли проблемы более серьезного характера. Большая группа местных иммигрантов из Туниса, распевавших песни и выпивавших у одного из баров в центре города, направилась по дороге, ведущей к месту массового сбора англичан. Спустя несколько минут полетела первая бутылка, послужившая сигналом к массовой драке. Силы полиции, державшиеся на определенной дистанции, быстро подтянулись к месту событий и, применив против английских фанатов, как минимум, пять гранат со слезоточивым газом, заставили тех ретироваться с поля боя.

Реакция средств массовой информации была яростной, и действия хулиганов подверглись жесточайшей критике. Но это было всего лишь начало.

Утром в понедельник уличные столкновения в районе Старого порта повторились. 80 англичан были задержаны, 24 - ранены, один человек госпитализирован с резаной раной в районе шеи.

Чуть позже серьезные беспорядки продолжились, когда местные североафриканцы атаковали английских фанатов, мирно наблюдавших за любительской игрой на побережье. Несмотря на то, что среди подвергшихся нападению болельщиков было много женщин и детей, французская полиция равнодушно наблюдала за развитием событий и перешла к активным действиям только тогда, когда гости решили дать отпор.

Оставшаяся часть чемпионата прошла для англичан относительно спокойно, тогда как немецкие фанаты оказались вовлеченными в крупные беспорядки в Лансе в день игры их команды с югославами. Один из старших полицейских чинов отметил любопытную деталь, отличающую поведение хулиганов из Англии и Германии. Если англичане всегда во время стычек были пьяны и довольно неорганизованны, то немцы как раз отличались трезвостью и порядком.

Последствия чемпионата мира 1998 года во Франции подтвердили худшие опасения властей. Перед началом турнира они были убеждены, что сделали все возможное для противостояния хулиганам. Даже заявляли, что знают в лицо всех и каждого, кто может спровоцировать беспорядки, а также что им известно, на чем они прибыли и где остановились. Однако на следующее утро после беспорядков в Марселе представители Футбольной Ассоциации и британской полиции были вынуждены смущенно признать, что не имеют ни малейшего представления о 99% из тех, кто принимал участие в столкновениях.

Это было признанием крупного провала и послужило одной из основных причин отставки руководителя Национальной службы криминальной разведки. На фоне приближающегося европейского первенства 2000 года в Бельгии и Голландии и принимая во внимание направленную в ФИФА заявку Англии на проведение чемпионата мира 2006 года, правительство решило обратиться к закону как средству, способному удержать потенциально опасных хулиганов от выезда из страны. Ситуация действительно стала требовать скорейшего вмешательства, когда в октябре почти 80 английских фанатов были арестованы в результате беспорядков, учиненных ими в Люксембурге во время отборочного матча чемпионата Европы.

Менее чем через полгода английский футбол вновь оказался в центре внимания мировой общественности, когда в марте 1999 года 8 тысяч фанатов «Манчестер Юнайтед» прибыли в Милан на матч одной четвертой финала Лиги чемпионов. Задействовав около тысячи полицейских, местные власти смогли принять меры безопасности. Хотя в городе и имели место отдельные стычки, основные события развернулись на подступах к стадиону «Сан Сиро» незадолго до начала игры.

Когда фанаты «Манчестера» пытались пройти на стадион, там началась паника, вызванная давкой, которая была спровоцирована на центральном входе отдельными болельщиками. Крики о помощи смешались со звуками ударов дубинок, что в конечном счете вызвало яростное сопротивление со стороны англичан. Невероятно, но факт: последовавшие затем жалобы встречались в УЕФА символическим пожатием плечами. Футбольные чиновники заявили, что силы обеспечения правопорядка ничего не могли поделать и всю вину следует возложить на владельцев стадиона. К сожалению, подобное обращение с болельщиками «Манчестера» повторилось в мае на финальном матче Лиги чемпионов, проходившем в Барселоне, но это мало заинтересовало руководителей УЕФА, несмотря на то что пострадавшая сторона предоставила и видеоматериалы, и документальные подтверждения полицейского произвола.

Спустя несколько недель после визита болельщиков «Манчестер Юнайтед» в Италию саму Англию посетила группа иностранных хулиганов, явно искавших приключений на свою голову. Поводом послужила отборочная встреча чемпионата Европы между сборными командами Англии и Польши, вместе с которой прибыл десант болельщиков в составе 80 воинственных подростков. Однако они вовсе не собирались драться с англичанами, они хотели биться друг с другом. В сентябре, во время посещения англичанами Польши, все было совсем иначе.

Месяцем ранее, в августе того же года, фанаты «Вест Хэма» создали серьезные проблемы для французской полиции в Меце, и у их английских коллег уже не было сомнений относительно скорого возникновения новых трудностей. Эту позицию разделяли даже самые закаленные болельщики, достаточно наслышанные о репутации принимающей стороны.

Первый серьезный инцидент произошел в ночь перед игрой, когда бар, переполненный английскими подростками, был атакован хулиганской группой поддержки варшавской «Легии», к которой чуть позже присоединились их немецкие коллеги, специально приехавшие для битвы с англичанами. Эту атаку удалось успешно отразить, зато другая драка, в «Чемпионе Клаб» у гостиницы «Марриот», велась чуть ли не насмерть и, по словам поляков, закончилась в их пользу. Однако худшее случилось на следующий день, когда в обретшем печальную известность «Саски Парке» разразилась настоящая бойня.

Каждая из сторон имела примерно 100 бойцов, но некоторые поляки были вооружены ножами, в результате чего по крайней мере один английский подросток был ранен и госпитализирован. Со всех точек зрения это был крайне жестокий инцидент, и только своевременное прибытие полицейских предотвратило его эскалацию.

К тому времени, как болельщики добрались до стадиона, их настроение было уже достаточно агрессивным, и вскоре ситуация ухудшилась, когда в сторону англичан полетели монеты и сигнальные ракеты. В конце концов, посчитав, что всякому терпению есть предел, английские фанаты стали отрывать кресла и швырять их в местных провокаторов, после чего небольшая группа сломала ограждение и атаковала поляков, обратив их в бегство. Через несколько минут после начала стычки прибыли силы полиции, которые развели противоборствующие стороны по углам.

Беспорядки продолжились и после игры. Довольно серьезный инцидент имел место на центральном вокзале Варшавы, и, положа руку на сердце, большинство английских болельщиков, покидая в тот день Польшу, вздохнули с облегчением.

Следующий выезд вслед за национальной сборной Англии вновь не обошелся без проблем, хотя они оказались не столь серьезными, как ожидалось. Благодарить за это следует тех, кто в преддверии игры провел серьезную работу по обеспечению мер безопасности, и в еще большей мере - британскую полицию, взявшую с самого начала ситуацию под контроль. Но, несмотря на принятые меры, во время отборочной встречи чемпионата Европы в Глазго английские болельщики все же приняли участие в столкновениях со своими шотландскими противниками на Бьюкенен‑стрит и центральном вокзале. Более 100 человек было задержано. Кроме того, сразу же после игры более 200 конных полицейских и сотрудников с собаками были вынуждены сопровождать английских фанатов до вокзала, чтобы те без проблем смогли отправиться домой. Однако тот факт, что англичане, причем большими силами, побывали в гостях у своих самых рьяных и сильных противников, не остался в стороне, особенно на фоне приближавшегося чемпионата Европы 2000 года.

Но прежде чем национальная сборная и армия ее поклонников отправились на европейское первенство, двум английским клубам пришлось столкнуться с серьезными неприятностями на континенте. Первыми стали болельщики «Челси», которые в феврале 2000 года в большом количестве отправились вслед за своим клубом на матч в Марселе. Тогда им довелось принять участие во всевозможных инцидентах, как на стадионе, так и за его пределами. Даже несмотря на привлечение крупных полицейских сил, взять ситуацию под контроль удалось лишь только после применения слезоточивого газа.

Вторым клубом стал «Лидс», отправившийся в марте 2000 года в Рим. Клуб из Йоркшира сопровождал десант из семи тысяч преданных болельщиков, многие из которых твердо намеревались бросить вызов хулиганам «Ромы», имевшим репутацию бесстрашных бойцов. В то время как англичане томились в ожидании у стадиона, к месту событий прибыла группа из 200 местных фанатов, которые, однако, не решались вступать в открытую конфронтацию до прихода сил полиции. Как только появились стражи общественного порядка, английские болельщики, оказавшиеся под шквалом бутылок и монет, приняли решение рассредоточиться во избежание арестов.

Спустя некоторое время небольшая группа шарфистов <с точки зрения хулиганов, наиболее безобидная и наименее организованная часть саппортеров, предпочитающая мирное развитие событий. Победа над «шарфистами» не только не идет в зачет, но и сильно понижает репутацию хулиганской фирмы> «Лидса» была атакована и жестоко избита толпой, насчитывавшей 100 человек. В результате этого нападения двое англичан, шестнадцатилетний подросток и его отец, получили многочисленные ножевые ранения ног. Болельщики «Лидса» пришли в неописуемую ярость, узнав, что фанаты «Ромы» разъезжают на мопедах с ножами в руках, нападая на всех, кто хотя бы отдаленно похож на англичанина.

На этом цепочка трагических происшествий не прекратилась. Уже через месяц другая группа болельщиков того же «Лидса» снова подверглась нападению бандитов с ножами. На этот раз инцидент произошел в Стамбуле.

Одержав победу над «Лидсом», турецкий «Галатасарай» вышел в финал Кубка УЕФА. Теперь уже в Копенгагене ему по иронии судьбы предстояло встретиться с другим английским клубом, лондонским «Арсеналом». Как следствие, все хулиганское сообщество не только в Англии, но и во всей Европе с нетерпением ждало, когда их коллеги из Северного Лондона отомстят туркам за убийство двух фанатов «Лидса». Надо сказать, что многочисленные болельщики «Арсенала» с большим энтузиазмом взялись за столь «ответственное дело».

Наибольшую тревогу у датских властей вызывало то, что местная турецкая диаспора наверняка объединится с фанатами «Галатасарая» и окажется вовлеченной в столкновения. Кроме того, существовали опасения, что местные хулиганы выступят единым фронтом с английскими гостями, что неизбежно приведет к общественным беспорядкам. И эти опасения оправдались на сто процентов.

Появилась информация, что за шесть дней до финального матча группа фанатов «Арсенала» посетила Копенгаген с целью ознакомления с предстоящим местом событий и установления контакта с местной молодежью. Спустя два дня полиция приступила к воздвижению усиленных ограждений и барьеров.

Столкновения начались в ночь перед игрой возле диско‑бара под названием «Абсалон». Прежде чем был выпущен боевой заряд, предупреждавший о приближении неприятеля, английские болельщики в течение нескольких часов разогревались спиртными напитками в баре. Практически тут же лондонцы высыпали на улицу и обнаружили превосходящего по численности противника. Они бесстрашно бросились в бой, но в результате завязавшейся рукопашной схватки один англичанин получил серьезное ножевое ранение. И лишь после того как драки стали возникать одна за другой по всему городу, наконец‑то появилась полиция. Но прежде чем порядок был восстановлен, семеро человек получили тяжелые ранения, а десять было арестовано.

На следующий день многочисленная группа лондонских подростков собралась в баре «Роузи Мак‑Ги» неподалеку от садов Тиволи, чтобы хорошенько выпить. В то же самое время на противоположном конце площади расположились сотни турецких фанатов, которые, подталкиваемые группой жаждущих сенсации репортеров, вскоре стали выкрикивать оскорбления в адрес англичан. Затем на смену устной брани пришли ракеты. После такого поворота событий англичане, пользуясь отсутствием полиции и видя, что напряжение нарастает, решили дать отпор. Хотя противник имел превосходящие силы и был вооружен ножами, фанаты 'Арсенала» стремительно пересекли площадь и вступили в сражение.

К исходу битвы четыре человека получили ножевые ранения, 64 было арестовано. Как всегда, вину возложили на англичан, невзирая на то что в большинстве случаев они были просто вынуждены защищать себя на фоне постоянных провокаций и при полном отсутствии защиты со стороны полиции. Но так как картина с мест событий обошла весь мир, а чемпионат Европы должен был стартовать в самое ближайшее время, в подобном паблисити английский футбол нуждался меньше всего.

Честно говоря, многие представители хулиганского сообщества были чрезвычайно довольны произошедшим в Копенгагене. Во многих репортажах отмечалось, что помимо фанатов «Арсенала» в драках были замечены представители «Лидс Юнайтед», а также некоторых немецких, датских и далее шведских клубов. Как бы там ни было, в ряде столкновений чаша весов склонялась в пользу турков, в одних случаях благодаря их численному превосходству, в других - благодаря использованию холодного оружия в противовес англичанам. Предстоящим летом многие участники событий намеревались продолжить выяснять отношения.

В свете копенгагенских событий средства массовой информации Великобритании пришли в неистовство, а полиция обрушила на хулиганов всю свою мощь. В каждой британской газете публиковались сенсационные статьи, предупреждавшие о возможных беспорядках и их последствиях, в то время как в результате ряда ночных полицейских операций некоторые лидеры футбольных группировок были нейтрализованы. Кроме того, список из 1000 известных хулиганов был передан бельгийским и голландским властям, а должностных лиц настоятельно попросили отказывать во въезде в страну каждому, кто обращается к ним по вопросам, имеющим даже самое отдаленное отношение к футболу.

На самом деле в основной своей массе все эти мероприятия были напрасной тратой времени, так как серьезного внимания заслуживали только два инцидента.

Первый имел место в центре Брюсселя в ночь перед игрой со сборной Германии, когда более 200 английских подростков завязали драку с местными иммигрантами. Полиция, оказавшаяся неспособной навести порядок, была вынуждена прибегнуть к помощи специальных подразделений, которым для разгона англичан пришлось применить слезоточивый газ.

Второй инцидент произошел на следующий день на небольшой площади в центре Шарлеруа.

Сказать, что беспорядки в Шарлеруа были широкомасштабными, было бы большим преувеличением. В действительности случилось вот что. Несколько выпивших подростков, ответив на оскорбления немецких фанатов, стали бросаться пластиковыми стульями. Не было разбито ни единого стекла, никто не был ранен и не нуждался в госпитализации. Проблема заключалась в другом. Так как этот матч считался центральной игрой чемпионата, а площадь Шарля II могла стать местом главных событий, силы полиции были настроены на столкновения, а репортеры и корреспонденты заняли вокруг все места, дающие отличный обзор. Они жаждали сенсаций и спокойно наблюдали за развитием событий. Они покинули место столкновения лишь после того, как прибыли специальные силы полиции, конные подразделения и водометы. Из всего этого получился потрясающий репортаж, который информационные агентства показали всему миру.

В течение одних только суток полиция задержала более 850 человек, большая часть которых была отправлена в Англию на самолетах ВВС Бельгии.

Уже не первый раз многие из тех, кого насильно высылали из страны, заявляли, что тактика абсолютной нетерпимости со стороны бельгийской полиции является всего лишь оправданием для применения излишней силы и проведения беспорядочных арестов. Рассказы о том, как обычные тихие бары и кафе вдруг забрасывались гранатами со слезоточивым газом, как каждый находившийся в них англичанин избивался и арестовывался, были нередки, не, как всегда, не нашлось никого, кто бы их выслушал. Представитель Министерства внутренних дел от либерально‑демократической партии Саймон Хьюз даже сказал следующее: «Мы полностью поддерживаем бельгийские власти в их жесткой борьбе с английскими гостями, которые ведут себя не как болельщики, а как злостные хулиганы. Настоящие английские поклонники футбола уже устали от таких соотечественников».

Однако каждый, кто там был, знает, как действовала бельгийская полиция. Офицерам по связи <наиболее компетентные в вопросах предотвращения беспорядков и весьма осторожные в плане выбора тактики сотрудники полиции, которых втайне уважают даже футбольные хулиганы. В Англии их называют «флосами». Floses - производное от Football Liaison Officers>, работающим с различными английскими клубами, приходилось предупреждать «своих» болельщиков, чтобы те держались подальше от некоторых мест, где действия полиции выходили из‑под контроля. Для убедительности приведу один пример, когда на трех возвращавшихся к себе в гостиницу британцев напал человек, начавший охаживать их дубинкой. Англичане, защищаясь, конечно же, ответили, но тут, откуда ни возьмись, объявилась полиция и арестовала их. Нападавшим же оказался переодетый бельгийский полицейский.

Чего, однако, не знали стражи порядка, так это того, что один из тех трех англичан оказался членом Европейского парламента, который объяснил по‑фламандски, кто он есть, как только их доставили в полицейский участок. Неудивительно, что всех троих тут же освободили, правда не забыв взять с каждого подписку, что с ними обращались корректно и в рамках закона. Этот эпизод до сих пор вызывает у меня недоумение.

С точки зрения хулиганов, этот чемпионат Европы принес одни разочарования и обманул все надежды. Ни бельгийские, ни голландские хулиганы так и не проявили себя. Это удалось лишь немногим немецким группам, хотя для их же безопасности в Германии была проведена полицейская операция, в ходе которой им запрещалось покидать страну, и гораздо более жесткая в сравнении с теми мерами, что приняли власти Британии. Единственное, что наглядно подтвердил Евро‑2000, так это то, что самой серьезной проблемой для властей стали турецкие хулиганы. Тем не менее массовые беспорядки в Стамбуле, Копенгагене и Брюсселе, не говоря уже о менее значительных инцидентах с участием турецких иммигрантов в городах, где проводились матчи различных турниров, не повлекли за собой каких‑либо санкций со стороны УЕФА. Однако всем европейским хулиганам стало совершенно ясно, с кем им пришлось столкнуться.

К счастью, до февраля следующего года английским фанатам удавалось избегать каких‑либо крупных проблем за границей. Однако в феврале они уже сами стали жертвами беспорядков.

С серьезными трудностями пришлось столкнуться «Ливерпулю». Во время встречи с «Ромой» в рамках розыгрыша Кубка УЕФА его болельщики оказались в эпицентре массовых беспорядков. За неделю до этой игры в Болонье полицейский сбросил с лестницы одного из фанатов «Ромы», который в результате полученных травм все еще находился в коме. Как следствие, фанаты римского клуба пребывали в скверном настроении и начали буянить еще до игры, вынудив полицию искать убежища внутри стадиона. Забежав на трибуны, полицейские вновь подверглись атакам болельщиков, но уже тех, кто занял свои места. Тогда полиция просто‑напросто разбежалась в разные стороны, бросив всю свою технику. Рассвирепевшие фанаты, недолго думая, подожгли брошенные полицейские автомобили, мини‑автобусы и мотоциклы.

Оказавшись меж двух огней, пятеро ливерпульцев получили серьезные ножевые ранения, а еще трое были госпитализированы. И вновь местные власти без особого энтузиазма оказывали помощь пострадавшим. Как будто оправдывая такое отношение, представитель посольства Великобритании заявил следующее: «Было бы большим преувеличением говорить, что им нанесли серьезные ножевые ранения. Раны оказались очень неглубокими, это просто уколы».

Следующий серьезный инцидент произошел в сентябре, когда сборная Англии отправилась в Мюнхен на игру, которая должна была войти в историю как одна из самых зрелищных. Кроме того, немецким хулиганам представилась отличная возможность раз и навсегда доказать, что они способны одолеть англичан, пусть даже и у себя дома. За этот шанс они, естественно, ухватились обеими руками.

Первые стычки были отмечены во Франкфурте в пятницу, за день до игры, когда, несмотря на присутствие больших сил полиции, около 350 местных фанатов устроили в метро настоящую охоту на англичан. Больше ничего серьезного в тот день не случилось. Полиция ограничилась арестом 35 немцев, однако события пятницы задали тон следующему дню.

С ожидавшимся приездом почти девяти тысяч английских болельщиков, включая многочисленную группу хулиганов, которой удалось просочиться через границу, несмотря на крупномасштабную полицейскую операцию, вероятность возникновения массовых беспорядков была очень велика. Немецкая полиция провела необходимые оперативные мероприятия, направленные на изоляцию двух враждующих лагерей, так что большинство инцидентов имели место только ближе к вечеру. Наиболее жестокие из них произошли у кафе рядом с вокзалом, а также в окрестностях площади Мариенплац в центре города, где фанаты закидали друг друга бутылками и всевозможной пиротехникой. Самое серьезное столкновение имело место у бара «Августинер», где в драке сошлись 50 немецких и английских болельщиков.

Однако это не помешало немецкой полиции заявить об успешном обеспечении безопасности. При этом арестовано было всего лишь 180 человек, большую часть которых составили местные болельщики. Английской полиции это турне доставило меньше волнений, если не считать сомнений относительно ее способности удержать хулиганов от выезда с национальной командой.

Невероятно, но в декабре 2001 года еще большее количество фанатов «Ливерпуля» получили ножевые ранения, когда их команда вновь прибыла в Рим, но уже в рамках другого турнира - Лиги чемпионов. В отличие от событий семимесячной давности, жертвами стали не хулиганы, а случайные прохожие, оказавшиеся не в том месте и не в то время. Как и прежде, почти ничего не было сделано для того, чтобы обеспечить безопасность гостей, как, впрочем, и для наказания итальянцев. Помимо вышеперечисленного, перед началом игры были обстреляны ракетами автобусы, подвозившие болельщиков «Ливерпуля» к олимпийскому стадиону. Снова повторилось столкновение полиции с фанатами «Ромы», в результате чего для успокоения разбушевавшейся толпы был применен слезоточивый газ.

В отличие от ливерпульских болельщиков, которые в основной своей массе стали случайными жертвами беспорядков, фанаты другого английского клуба, причастные к массовым столкновениям за рубежом, сами к тому стремились. В апреле 2002 года «Манчестер Юнайтед» прибыл на полуфинальный матч Лиги чемпионов против леверкузенского «Байера». В итоге полиция задержала 128 человек, 123 из которых оказались англичанами.

Наиболее серьезные инциденты, связанные с проведением этой встречи, произошли в центре соседнего Кёльна, который был наводнен слоняющимися туристами, собравшимися на немецкий национальный фестиваль «Майский танец». Для приведения в чувство около 300 буйствующих фанатов полиция была вынуждена применить дубинки и прибегнуть к помощи собак.

К большому негодованию английских властей, местные органы правопорядка отказались предпринимать какие‑либо действия относительно нарушителей общественного спокойствия. Они просто записали их личные данные, сфотографировали и отправили домой. Такой поступок разгневал британское правительство, которое пыталось внедрить хоть какую‑нибудь более‑менее эффективную практику борьбы с выезжающими за границу футбольными хулиганами.

Еще не успели угаснуть страсти, как все взоры были обращены на восток, к приближающемуся чемпионату мира 2002 года в Японии и Корее.

Не будет преувеличением сказать, что японцы, взвинченные журналистской истерией вокруг выходок хулиганов «Миллуолла», беспорядков в Марселе и трагедии на «Эйзеле», окончательно уверовали в то, что в лице английских футбольных фанатов на их страну надвигается Армагеддон. Как будто в подтверждение этого, японские власти организовали учения для специальных подразделений полиции, когда некоторых местных жителей специально переодевали в футболки английской сборной. Далее разрабатывались новые образцы оружия, как, например, выстреливаемая сетка, которую можно было бы применять для успокоения буянов. Несколько компаний даже умудрились сделать на этом деньги, продав особенно напуганным гражданам страховки от грядущих хулиганских бесчинств и погромов.

В Англии счет выданных запретов на выезд из страны пошел на тысячи, тогда как средства массовой информации не переставали рассказывать ужасные истории о хулиганах с фальшивыми паспортами, организованных бандах, направляющихся в Японию через Таиланд и Австралию, и даже угрозах японской мафии разобраться с английскими фанатами.

Однако никто не мог предположить, что на самом деле ничего серьезного не произойдет по одной простой причине. Хотя некоторые английские фанаты отправлялись на чемпионат исключительно ради приключений, но там им просто не с кем было драться. Все их противники из Европы и Южной Америки остались дома, а Япония, равно как и Южная Корея, не была знакома с хулиганской фан‑культурой. В результате чемпионат прошел очень мирно, а английских болельщиков надолго запомнили не за организованные массовые беспорядки, а за страсть, шумовое сопровождение и пестроту. К сожалению, такое положение дел сохранялось недолго.

Спустя всего пять недель после финала чемпионата мира 3 тысячи фанатов «Манчестер Сити» отправились на предсезонную товарищескую встречу в Гамбург, где в ночь перед игрой в районе красных фонарей вспыхнули беспорядки. Столкновения продолжились во время игры и после ее завершения. В тот день полиция задержала 46 человек, большинство которых оказались немцами.

Через три дня после событий в Гамбурге фанаты «Эвертона» столкнулись с проблемами в Бельгии во время игры их команды с местным «Андерлехтом». Однако на этот раз английские болельщики сами стали жертвами полицейского насилия, когда силы правопорядка применили против толпы, включающей женщин и детей, слезоточивый газ и водометы.

Этот инцидент явился позорной демонстрацией полицейской жестокости. Но, как и прежде, от английских властей не последовало никакой реакции, что в равной степени было постыдно.

Два месяца спустя Футбольная Ассоциация Англии наконец‑то решилась выступить с критикой. На этот раз ее внимание привлекли даже не английские фанаты, а словацкие болельщики, выкрикивавшие резкие расистские оскорбления в адрес Эмиля Хески и Эшли Коула в ходе отборочного матча чемпионата Европы, проводимого в Братиславе.

Тем не менее, несмотря на негодование Футбольной Ассоциации, не говоря уже о неистовстве средств массовой информации, одни из самых жестоких столкновений на трибунах за последние годы остались незамеченными.

Еще до игры Англия‑Словакия напряженность достигла своего апогея в связи с инцидентом, произошедшим предыдущей ночью в одном из баров Братиславы. Тогда двое английских болельщиков получили огнестрельные ранения в результате пальбы, затеянной охранниками, пытавшимися выгнать на улицу группу футбольных фанатов. Прибытие специальных подразделений полиции, экипированных не только в обычные шлемы и бронежилеты, но и в униформу без знаков отличия, вселило предчувствие, что уже очень скоро произойдет что‑то из ряда вон выходящее.

Первые ракеты не заставили себя долго ждать, и после гола, забитого в ворота сборной Англии, ее саппортеры обрушили всю свою мощь на ограждения, отделявшие их от прыгающих в экстазе хозяев. Немногим позже, как только буйствующая толпа начала вырывать сиденья, за дело взялась полиция, принявшаяся самым жестоким образом успокаивать гостей.

Некоторые английские болельщики потом уверяли, что лишь отвечали на ракетные атаки словаков, а штурм ограждения явился прямым результатом расистских оскорблений в адрес двух английских игроков, что, честно говоря, звучит смешно, если принять во внимание положение дел в лагере самих англичан.

Сама идея того, что английские фанаты способны действовать из подобных побуждений, была с нескрываемой иронией воспринята некоторыми британскими средствами массовой информации. Хотя первоначально она была поддержана Футбольной Ассоциацией. УЕФА, естественно, также не приняла эти доводы всерьез. В итоге европейские футбольные чиновники резко осудили словацкие власти за имевшие место расистские выкрики с трибун, а на Футбольную Ассоциацию Англии наложили штраф за поведение ее болельщиков.

Футбольная Ассоциация тут же отправила апелляцию, но еще до того, как была определена дата слушаний по этому делу, уже другая группа английских фанатов привлекла к себе всеобщее внимание.

В ноябре 2002 года «Ливерпуль», которому как воздух нужна была победа для продолжения участия в Лиге чемпионов, отправился в Базель в сопровождении полчищ своих фанатов, из которых около 1000 не имели билетов. Что же касается местных парней, то они и без того пытались упрочить свою хулиганскую репутацию при каждом удобном случае, и стычки в ночь перед игрой не должны были стать неожиданностью. Удивительно другое: что все эти столкновения произошли в Цюрихе, в 100 километрах от Базеля, и что большинство «местных» болельщиков на самом деле оказались немцами.

Хотя большая часть инцидентов имела место в районе железнодорожного вокзала, столкновение, получившее наибольшую общественную огласку, произошло в одном из ресторанов сети «Макдонаддс», когда небольшая группа ливерпульских фанатов оказалась лицом к лицу с разъяренной толпой, состоявшей из 40‑50 местных хулиганов. Заняв оборону внутри ресторана и забрасывая атакующих фанатов «Базеля» стульями, английские болельщики были просто ошеломлены, когда в дверном проеме взорвалась бутылка с зажигательной смесью, что отрезало им путь к отступлению. К счастью, никто не пострадал, но к тому времени, когда прибыла полиция, большая часть швейцарских хулиганов покинула место событий, и потому английские фанаты приняли на себя всю ярость блюстителей порядка. Тем не менее из 15 человек, арестованных в результате этого инцидента, только трое оказались поклонниками «Ливерпуля». Стычки в день матча продолжились, и полиция была вынуждена арестовать более 40 человек за участие в массовых беспорядках и погромах.

Неудивительно, что события в Словакии и Базеле стали темой для дебатов в Британии. Но, как всегда, вся вина за случившееся была возложена исключительно на английских болельщиков. Вследствие этого никто не заметил одной простой вещи, что внутри хулиганского сообщества Европы уже не осталось былого страха перед англичанами. Как мы позже убедимся, большое количество фанатов по всей Европе, не говоря уже о полицейских, очень хотели бы отыграться на немногочисленных группах английских траблмейкеров, сопровождающих свою национальную команду за рубежом.

Отчасти это, конечно, связано с тем вниманием, которое уделяется так называемой «Бригаде Бёрберри», а также квалификационным турнирам чемпионата Европы 2004 года в Португалии и чемпионата мира 2006 года в Германии. Не говоря уже о продолжающихся успехах наших команд в европейских турнирах.