Надпись на футболке. Добравшись до департамента шерифа, я выскочила из Развалюхи и бегом понеслась к зданию

Добравшись до департамента шерифа, я выскочила из Развалюхи и бегом понеслась к зданию. План сработал: я оказалась в комнате для допросов раньше Гаррета и успела выложить шерифу все, что знала. Фарли Скэнлон был плохим парнем, который практически угрожал мне ножом и сдымил, заметив Гаррета. А потом, пока мы со Своупсом ели в кафешке, порезал мне колеса. Для допрашивающих меня проглотить такую историю было несложно, однако мне пришлось едва ли не поминутно вспоминать события, а им все равно хотелось побеседовать с Грретом, чтобы подтвердить мои слова.

Пока его допрашивали, у меня было время вернуться к дому Фарли Скэнлона. Рассказ дяди Боба по-прежнему тяжким грузом лежал на моих плечах. А может быть, все дело в том, что Эрл Уокер мог еще оставаться в доме Фарли или вернуться на место преступления, а я только что собственноручно избавилась от единственного на данный момент защитника. Хреново бы получилось.

Зазвонил сотовый. Я ответила:

– Привет, Кук. Я только что бросила Гаррета.

– Молодец. Все равно вы друг другу не подходили. – Я ухмыльнулась, и она добавила: – У меня вести с полей.

– Люблю, когда ты бросаешься грязными словечками.

– Племянница Иоланды Поуп едва не умерла после самого обыкновенного удаления миндалин.

– Не может быть.

– Еще как может. Через пару минут после того, как Айболит появился в отделении.

– И это подозрительно, потому что?…

– В тот день у него не было пациентов. Никаких операций и никого, кого ему нужно было проверить. И все же он явился в отделение. Проведал племянницу Иоланды, а через несколько минут у нее случилась остановка сердца.

– Боже мой! Сколько ей было?

– Двенадцать. Списали на реакцию на анестезию, но операцию прошла успешно, а потом вдруг реакция? Через час?

– Вряд ли. Теперь понимаю, почему Иоланда его подозревает.

– Думаешь, он знал, что она ее племянница?

– Уверена. Бедный Ксандер, – проговорила я. О старшем брате Иоланды у меня были самые хорошие воспоминания. Представить не могу, через что ему пришлось пройти по вине Йоста. – Как тебе удалось так быстро достать эту информацию? – спросила я у Куки.

– Оказалось, что я знакома со старшей медсестрой, а она как раз дежурила в то утро.

– Чудненько.

– Ага. Вот только доказать ничего нельзя. Медсестры сочли случай странным, но это были просто догадки, нигде в письменном виде не зафиксированные. Они считают, что Иоланда просто услышала их разговоры, вот и стала подозревать Йоста.

– По-моему, все ведет к одному заключению: Нейтан Йост агрессивнее, чем мне казалось. Никогда не встречала людей, которые бы воплощали свои злые умыслы с такой сноровкой. Этот мужик чертовски злобный.

– И все же не понимаю, чего он надеялся этим добиться, – заметила Куки.

– Месть. Он оппортунист. И тут увидел шанс. Иоланда его бросила, он ей отплатил. Кстати о злобных личностях. Я собираюсь осмотреться в трейлере Фарли Скэнлона. И дураку понятно, что Эрл ошивался поблизости. Может быть, даже скрывался у него.

Того единственного раза, когда я видела Уокера, выбивающего из Рейеса дух, хватило на всю жизнь. Одна только мысль об этом человеке заставляла меня чувствовать, будто я вот- вот потеряю сознание. Или так, или недосып меня все-таки доконал.

– И ты едешь туда, потому что уже целых несколько дней никто не пытался тебя убить?

– Разумеется, – устало улыбнулась я. – А то как-то повседневная рутина поднадоела.

– Ты можешь хотя бы Гаррета дождаться?

– Нет.

– Почему?

– Он мне не нравится.

– Неправда.

– И после обеда у меня свиданка с бандой байкеров.

– Давали бы мне пятачок каждый раз, когда ты это говоришь.

Мы разъединились как раз тогда, когда я подъехала к дому Фарли. Трейлер бы чуть больше консервной банки. И хотя, как правило, дома на колесах мне нравятся, этот определенно оставлял желать лучшего. Как бесполезная таблетка. Я назвала бы его конфеткой, но было не за что.

Взломав замок, я нырнула под полицейскую ленту. Перед домом притормозила машина, но, кто бы в ней ни сидел, останавливаться они, слава богу, не стали. Зато, очень вероятно, уже звонили в полицию или как-то иначе выполняли свой гражданский долг. А может быть, им просто понравилась моя задница. Разве можно их за это винить?

Огромное бесформенное пятно крови растеклось по деревянным панелям и оливково- зеленому ковру, красноречиво заявлявших об отвратительном вкусе у того, кто выбрал декор интерьера в стиле семидесятых. Взять с собой перчатки я, конечно же, забыла, зато нашла пару прихваток. Быстренько просмотрела стопки бумаг и покопалась в грязных мусорных ведрах. Заниматься этим в огромных варежках было ужасно неудобно. Меня внезапно осенило, что Эрл Уокер скорее всего уже не пользуется этим именем. Среди бумажек обнаружилось несколько с именем некоего Гарольда Рейнольдса. Как по мне, очень даже похоже на вымышленное имя. Засунув бумажки в свою сумку, я продолжила рыться в окружающем безумии.

Я присела, изучая фото, на котором был запечатлен мужчина в шапке с ветвистыми рогами, и вдруг задергалась дверная ручка. Выругавшись, я бросилась по узкому коридору и спряталась в спальне в конце трейлера. Дверь открылась, и мое сердце забилось так быстро, будто я была готова вот-вот впасть в настоящую панику. Если копы обнаружат меня здесь, ничего хорошего из этого не выйдет.

Надеясь, что ни на что не наткнусь и не наделаю шума, я подалась вперед и заглянула в щель между стеной и дверью. Там стоял мужчина с пистолетом в руках, но мне была видна только часть его спины. Через грязное окно едва пробивался солнечный свет, и понять, во что мужик одет, было практически невозможно, и все же казалось, что не в полицейскую

форму. Через секунду кто-то сзади накрыл мой рот рукой, и мне с большим трудом удалось удержать внутри последнюю выпитую чашку кофе.

– Ш-ш-ш, – прошипели мне в ухо, и вторая рука прошлась по моему животу и опустилась к пуговице на джинсах.

Жар его тела оставлял на мне горячие следы повсюду, где мы соприкасались, и я закатила глаза, испытывая облегчение и раздражение одновременно.

Я его убью. Рейеса Фэрроу. Как, черт возьми, он тут оказался? Он перестал так сильно прижимать меня к себе. Жар впитывался в мою одежду и волосы. В тот момент я могла сделать только одно – откинуть голову ему на плечо и вдохнуть его запах. Он принялся расстегивать пуговицу на моих штанах, и ко мне вернулась способность думать – я стала вырываться, помогая себе обеими руками в варежках. Он поймал мои руки одной своей и прижал к моей груди. Хватка у него, конечно, стальная.

– Это твой бойфренд, – шепнул Рейес мне на ухо.

Когда я снова попыталась вырваться, неловко схватившись обеими руками за его крепкое запястье, в то время как его пальцы очень даже ловко расстегнули пуговицу, он опять шикнул на меня и игриво укусил за ухо.

– Рейес, – прошептала я так тихо, как только могла, учитывая, что он уже успел расстегнуть и молнию. Вряд ли сейчас было подходящее для этого время.

– Это прихватки? – спросил он, осыпая горячими поцелуями мою шею.

А потом его рука скользнула мне в трусики. Я не сумела сдержать громкого вздоха, когда пальцы Рейеса коснулись меня между ног, а спустя мгновение в коридоре послышались шаги.

– Не принимай близко к сердцу, – разочарованно вздохнул он и в тот же миг приставил к моему горлу нож.

Моя внезапно проснувшаяся ненасытность резко сдулась и заскользила по земле, как неудачно приземлившийся воздушный шар. Опять нож? Серьезно?

Сжимая меня руками получше любой смирительной рубашки, Рейес попятился со мной к дальней стене. В комнату вошел Гаррет. Ему хватило одного взгляда, и он тут же поднял пистолет, целясь в нас.

Я почувствовала, как Рейес склонил голову набок, будто не верил, что Своупс способен выстрелить. Серебристые глаза Гаррета смотрели то на Рейеса, то на меня. Он колебался, стиснув зубы от злости, затем опустил пистолет, понимая, что сейчас это бесполезно.

Краем глаза я заметила ухмылку Рейеса. Он поднял руки в знак взаимной капитуляции, опустил нож и бросил его на пол. А потом мягко оттолкнул меня в сторону. Я поняла, что он собирается делать, как только Гаррет снова поднял пушку.

– Гаррет, нет, – выдохнула я, но было слишком поздно.

Через короткое мгновение, которое понадобилось бы кобре, чтобы совершить бросок, Рейес разоружил Гаррета и теперь, улыбаясь, целился ему в голову.

Осознав, что произошло, Гаррет моргнул и с поднятыми руками отступил на шаг.

– Рейес, погоди, – резким тоном предупредила я.

– Назад, – велел он Гаррету, качнув пистолетом.

Тот попятился обратно в темный коридор, а Рейес подтащил меня к порогу и посмотрел мне в глаза, в то же время прекрасно видя Гаррета боковым зрением.

– Я не убиваю людей, Датч, – сказал он, явно разочарованный тем, что я волновалась. И добавил, изучающее глядя на Гаррета: – Если не придется.

Затем, не сводя с него глаз, приподнял пальцами мой подбородок, запечатлел самый нежный на свете поцелуй на моих губах и… исчез. В мгновение ока он оказался за окном размером с почтовую марку. Словно животное. Только размытое пятно гладкого меха и мышц.

Гаррет пронесся мимо меня к окну.

– Сукин сын, – рявкнул он, с трудом сдерживая пожирающий его гнев. Затем повернулся ко мне. – Миленько.

– Эй! – огрызнулась я в адрес его спины, поскольку он уже шел по коридору к выходу. – Я не знала, что он здесь. А ты не обязан был приезжать.

– Я беспокоился о тебе, – обернувшись, с ледяным презрением произнес Гаррет и посмотрел на мои джинсы.

Я сбросила варежки и быстро застегнула пуговицу, но он лишь насмешливо ухмыльнулся, покачал головой и снова пошел к двери, продолжая на ходу:

– Мне позвонила Куки. Поверить не могу, что тебе хватило ума вернуться сюда одной.

– Да пошел ты. – Я не обязана объяснять ему свои поступки. Он повернулся ко мне, кипя от злости.

– И что я вижу? Ты на месте преступления. Трахаешься со сбежавшим из тюрьмы убийцей.

– Мы не трахались, – заявила я, выходя из себя, – и Рейес не убивал своего отца.

– Не отца. Фарли Скэнлона. Я моргнула в недоумении.

– Что? Ты думаешь, он убил Фарли Скэнлона?

Гаррет рассмеялся, и резкий смех глухим эхом отразился от дешевых деревянных панелей.

– Если лезвие ножа подойдет.

– Да подожди же! – крикнула я, бросившись за ним, когда он направился к своему грузовику.

– Надо вызвать копов, пока он не успел далеко уйти. – Гаррет вытащил телефон и набрал 911.

– Нет. – Я отобрала телефон раньше, чем он успел отреагировать, и захлопнула его, надеясь, что это оборвет вызов.

– Какого хрена ты творишь? – рявкнул Гаррет, потянувшись за телефоном. Я отдернула руку, крепко сжимая сотовый.

– Оставлю на время у себя.

Со всех ног бросившись к Развалюхе, я запрыгнула внутрь и завела мотор. Гаррет побежал за мной и распахнул водительскую дверь, которую я не успела запереть.

– Отдай телефон, – процедил он сквозь зубы. Это и близко не было просьбой. Бурлящий в Гаррете гнев превратил его ауру в черный дым. Никогда раньше таким сердитым я его не видела.

Я пыталась не дать ему дотянуться до телефона, держа руку над пассажирским сиденьем. Глупо, конечно, если учесть, что его рука длиннее моей в два раза.

– Чарльз, ей-богу…

Поскольку дотянуться до телефона через меня и руль не вышло, он схватил меня за вторую руку и буквально выволок наружу. Выбора у меня не было. Пнув его в колено, чтобы отвлечь, я как можно дальше швырнула сотовый. Гаррет выругался и поднял ушибленную

ногу, но внезапно послышался плеск воды. Мы оба застыли, а потом повернулись туда, откуда шел звук. У меня по спине поползли ледяные мурашки.

Совершенно ошеломленная, я стояла не шевелясь и гадала, откуда здесь, за высокой травой и сорняками, взяться какому-то водоему. Несколько долгих секунд мы смотрели в том направлении, а потом Гаррет угрожающе медленно повернулся ко мне. В выражении его лица читалось нечто среднее между шоком и бешеной яростью. Пока он не сделал того, о чем мы оба пожалеем, я уже сидела в Развалюхе с запертыми дверьми. Через микросекунду Гаррет так потянул за ручку, что джип тряхнуло. Вспомнив, что окна из пластика, я завела двигатель и рванула с подъездной дорожки Фарли Скэнлона, будто спасала свою жизнь. В зеркале заднего вида я видела застывшего Гаррета, чьи глаза метали молнии добрых десять секунд перед тем, как он помчался к своему грузовику.

Вне всяких сомнений, я труп.

Я позвонила Куки и, когда она взяла трубку, произнесла едва слышно:

– Привет, Кук.

– Что случилось? – спросила она. Наверное, с «едва слышно» я переборщила.

– Ну, Рейес приставил ко мне нож, но это была всего лишь уловка, чтобы отобрать у Гаррета пушку, что Рейес и сделал, а потом целился Гаррету в голову, прямо перед тем как поцеловать меня и выскочить через чертово окно.

Повисла долгая пауза, после чего Куки поинтересовалась:

– То есть все прошло неплохо?

– Чертовски верно. Правда, сейчас Гаррет слегка не в себе. А я даю ему время поостыть Ах да, я отобрала у него телефон и выбросила в какой-то пруд, так что можешь не утруждаться и не звонить ему снова. – Под конец тирады мой голос звучал обиженно.

– Прости меня, – проговорила Куки, – но я ужасно беспокоилась о тебе. Как, черт возьми, там оказался Рейес?

– Кто его знает. Всю дорогу бежал, наверное. Кошмар, он просто ужасно быстрый.

– Боже мой. С одной стороны, Гаррет, с другой – Рейес. Похоже на самый сладкий в мире бисквит с начинкой.

– Я упоминала, что Гаррет в бешенстве?

– Кстати, я только что узнала, что мать Ингрид Йост умерла за месяц до смерти самой Ингрид.

– Не может быть! А кто такая Ингрид?

– Первая жена Йоста.

– Точно. Я же знала. Минуточку, как умерла ее мать?

– Так же. Сердечный приступ.

– Какое совпадение.

Нейтан Йост все больше и больше становился похожим на серийного убийцу.

– А еще я разговаривала с твоим дядей. Готова?

– Вопрос с подвохом?

Надпись на футболке. Добравшись до департамента шерифа, я выскочила из Развалюхи и бегом понеслась к зданию - №1 - открытая онлайн библиотека У Нейтана Йоста есть частная собственность в Пекосе [35].

– Серьезно? – Наконец-то. – Это лучшая новость за весь день.

Надпись на футболке. Добравшись до департамента шерифа, я выскочила из Развалюхи и бегом понеслась к зданию - №2 - открытая онлайн библиотека ***

Поскольку ехать мне было не близко, я решила позвонить своей лучшей подруге из ФБР.

– Агент Карсон, – резко и профессионально ответила она.

– Обалдеть, у вас классно получается.

– Спасибо, – ответила она уже повеселее.

– Вы знали, что доктор Йост в попытке отомстить Иоланде Поуп мог покушаться на жизнь ее племянницы?

– Нет, – призналась Карсон.

– А то, что он убил мать Ингрид Йост за месяц до того, как слетать на Каймановы острова и убить ее саму?

Поразмышляв секунду, она спросила:

– Доказать можете?

– Не совсем, но количество мертвых людей вокруг Йоста растет и растет. Его нужно остановить. Вы нашли какие-нибудь свидетельства того, что Тереза Йост намеревалась бросить его накануне своего исчезновения?

– Нет. Все на свете твердят, что они были идеальной парой.

– А как же. Разве не то же самое думали все вокруг о нем и его первой жене, пока она не сбежала из страны, заполнив документы на развод?

– Можно и так сказать.

– Она знала, что ей грозит опасность, – уверенно сказала я. – Поэтому и подалась на Каймановы острова. Лишь бы оказаться подальше от него. Видимо, ему не нравится, когда его бросают.

Я рассказала ей все, что поведала мне Иоланда, включая подозрения по поводу племянницы и то, что нам с тех пор удалось разузнать. Потом упомянула о псевдониме, которым пользовался Йост – Кит Джейкоби, – и добавила:

– Опять же, никаких доказательств. Нам бы добраться до того фальсификатора. По последним сводкам, он занимается каким-то бизнесом в Джексоне, штат Миссисипи.

– То есть некий Кит Джейкоби пребывал на Каймановых островах одновременно с покойной миссис Йост?

– Ага.

– О’кей. Постараюсь отправить кого-нибудь из отдела в Джексоне потолковать с вашим фальсификатором.

– А еще у Йоста есть земля в Пекосе.

– Да-да, – рассеянно отозвалась Карсон, стуча по клавиатуре. – Наши ребята уже проверяли. У него там хижина, но найти ничего не удалось.

– Сейчас я еду пообщаться с бандой байкеров. На всякий случай хочу осмотреться на земле Йоста, но добраться туда смогу, наверное, только завтра.

– Валяйте, – сказала она и вдруг спросила: – Погодите-ка, вы собираетесь вступить в банду байкеров?