Русские изобретатели мирового телевидения. Русские изобретатели мирового ТВ

Но еще до того, как были изобретены радио и кино, в разных странах, в том числе и в России, предпринимались попытки передать изображение на расстояние по проводам. Попытки эти не привели к реальным результатам, но идея была высказана. В 1880 г. П. И. Бахметьев предложил схему, теоретически вполне реальную: для передачи на расстояние изображения его следует предварительно разложить на отдельные элементы, передать их, а затем снова собрать эти элементы в цельное изображение.

П. Нипков предложил осуществить разложение («развертку») изображения с помощью вращающегося диска, имеющего ряд отверстий, расположенных по спирали. Запатентованный в 1884 г. диск Нипкова долго не находил практического применения; сам Нипков впервые увидел свой прибор в действии лишь в 20-х годах XX в., успев к тому времени позабыть о своем изобретении, сделанном сорок лет назад.

В 1888–1889 гг. профессор А. Г. Столетов, изучив так называемый «внешний фотоэффект» – способность некоторых металлов под воздействием света испускать электроны, создал фотоэлемент. Достижение Столетова открыло принципиальную возможность непосредственного преобразования световой энергии в электрическую.

Опираясь на это открытие, преподаватель Петербургского технологического института Б. Л. Розинг в 1907 г. предложил (и запатентовал в России и за границей) принцип, который сохранен в действующих и сейчас телевизорах: для преобразования электрических сигналов в светящееся изображение используется катодная электронно-лучевая трубка (созданная англичанином В. Круксом и усовершенствованная немцем Ф. Брауном). Телеэкран сегодня – это не что иное, как дно катодной трубки.

Б. Л. Розинг по справедливости считается во всем мире основоположником электронного телевидения, именно от его работ ведет телевидение свою родословную.

Об огромном значении работ В. Зворыкина говорит хотя бы тот факт, что первая в Москве станция электронного телевидения была оборудована американской аппаратурой, созданной им вместе с другим выходцем из России Д. Сарновым. Нельзя не вспомнить имена авторов первой в мире системы цветного телевидения русского ученого А. М. Полумордвинова, армянина А. А. Адамяна, американца Ф. Фарнсуорта, англичан К. Свинтона и Л. Бэрда.

14.1.Расцвет и закат независимого телевидения. Доклад сделан по заказу Европейской аудиовизуальной обсерватории, учрежденной Еврокомиссией и 35 странами Европы, включая Россию. В нем анализируются изменения в российской телевизионной индустрии с 2002 по 2005 г., главным из которых авторы считают восстановление госконтроля над активами федерального телевидения – «собственников крупных медиаактивов, прежде всего телевизионных, теперь, по сути, назначают или утверждают, а участие иностранцев возможно только с согласия властей». В докладе также констатируется, что административная реформа усилила присутствие государства на телерынке. В итоге процесс саморегулирования СМИ так и не вышел из зачаточного состояния – «по-прежнему можно говорить о том, что государство управляет индустрией практически единолично». Из исследования, проведенного по заказу ЕС, следует, что государство создает тепличные условия для собственных СМИ. Для этого применяются как открытые, так и скрытые формы дотирования. Под открытым дотированием понимается прямая финансовая помощь из федерального или местного бюджетов. Скрытое финансирование – это различные тарифные льготы на распространение сигнала, таможенные и налоговые льготы, регулирование рекламных потоков на региональном уровне. Авторы доклада подчеркивают, что после закрытия в 2004–2005 гг. нескольких программ, связанных с информационной и политической журналистикой, оставшиеся ток-шоу актуальной проблематики выходят в записи, а их темы и гости отфильтровываются редакторами и вышестоящими начальниками. «Существует негласный список «разрешенных» тем и гостей. Участились случаи «снятия» сюжетов из выпусков новостей. Часто о нежелательной информации государственные каналы просто не сообщают. Сами журналисты в неформальных разговорах сообщают, что очень силен механизм самоцензуры, когда еще до согласования журналист уверен, что тему нельзя поднимать, а гостя нельзя приглашать», – отмечают эксперты «Интерньюс». Отмечается, что жанр журналистского расследования к настоящему времени полностью дискредитировал себя, поскольку эфир «заполняют материалы, полученные в результате утечки информации или подброшенные различными частными или государственными спецслужбами. Как правило, зритель пытается угадать, кто заказчик, кто представил документы и сколько это стоило». Авторы доклада признают серьезные недостатки действующего в России законодательства о СМИ. Однако уверены, что вносимые в него поправки направлены отнюдь не на устранение существующих пробелов. «Все основные изменения в законодательстве связаны прежде всего с необходимостью взять под более жесткий контроль СМИ, главным образом телевидение», – говорится в документе. «Чем меньше телеаудитория задает вопросов – тем лучше. Но сколько бы ни говорили, что телевидение – это бизнес, у этого бизнеса есть ответственность перед аудиторией. В частности, например, ее информирование. И не надо смешивать интересы власти и интересы телевидения. У них разные задачи и совершенно разная мера ответственности», – подчеркнула Асламазян. По ее прогнозам, в ближайшие годы искусственное сужение политической составляющей ТВ приведет к тому, что «зрителям это надоест и они захотят чего-то более серьезного вместо этой жвачки для глаз. А телевидение не будет готово к этому». Эксперты «Интерньюс» признают, что индустрия в целом находится на подъеме – не случайно лавинообразно растет производство телесериалов. Растут и доходы телевидения.





Однако что такое независимое телевидение? За время конфликтов вокруг НТВ и ТВ-6 в общественном мнении это понятие потеряло как свою ценность, так и содержательный смысл. Если в апреле 2001 года во время закрытия НТВ в Москве было организовано два митинга, то к закрытию ТВ-6, по опросам ВЦИОМ, большинство москвичей осталось равнодушными. Можно объяснять это тем, что они равнодушны к судьбе независимого телевидения. Но можно и тем, что они не понимают, в чем эта независимость проявляется и какое отношение она имеет к их жизни и интересам.
В отсутствие развитых политических партий свободную нишу в свое время заняли телевизионные каналы, вступившие в политический процесс как самостоятельные субъекты, открыто поддерживающие власть или противостоящие ей. Но телевизионный канал не может быть политической партией, тем более – оппозиционной. В ходе обсуждения эксперты подчеркивали, что ни в одной стране мира не существует оппозиционных телевизионных каналов. Есть газеты, выражающие настроения той или иной оппозиционной партии, но телеканалов, находящихся в оппозиции к действующей власти, нет.
Говоря о независимом телевидении, мы должны подразумевать не ту или иную политическую окраску эфирной стратегии данного канала, а ее независимость от любых политических сил, в том числе и от находящихся у власти, ее непредвзятость по отношению к ним, ее политкорректность. Проблема же в том, что сегодня по-настоящему независимый телеканал, т. е. предоставляющий слово, наряду с другими, и оппозиционным партиям и лидерам, воспринимается властью как оппозиционный. Поэтому телевидение подвергает себя постоянной самоцензуре. С экранов исчезают определенные темы, равно как и некоторые политики, которые могут нарушить ровный ход новостей о бесконечных успехах России на внешнеполитической арене, испортить красивую картинку жизнеописания президента Путина, каждый шаг которого освещается телеканалами столь подробно и тщательно.
Политкорректность на телевидении – это предоставление слова представителям всего политического спектра – от коммунистов до либералов. На деле же мы видим, что мнения Жириновского и Селезнева куда чаще находит свое отражение на телеэкранах, чем мнения Явлинского, не говоря уже о таких политиках, как Виктор Похмелкин, или правозащитниках, которые слишком часто критикуют действия власти в отношении соблюдении свобод и прав человека. Однако без открытой критики государственной политики реформирование и модернизация страны, о которых сегодня так много говорится, фактически невозможны, поскольку в однородном комплиментарном информационном пространстве у власти могут иссякнуть стимулы проведения преобразований. Ведь без открытого информационного пространства не может быть влиятельного общественного мнения. Без влиятельного общественного мнения не может развиваться правовая среда, будет сохраняться верховенство политики над правом. А без развитой правовой среды невозможно развитие экономики, а возможна лишь стагнация.
Истории с НТВ и ТВ-6 можно трактовать как своего рода показательные процессы, которые коренным образом изменили журналистское сообщество. Новая информационная реальность существует в рамках возможного, причем сами эти рамки подвижны, доступны для коррекции со стороны власти. Ведущие телеканалы соревнуются в лояльности по отношению к ней, предоставляя ей возможность произвольно определять границы информационной свободы. Причем, вопрос о легитимности ее действий сегодня снят, поскольку и власть, и пресса, и бизнес играют по одним и тем же правилам имитационной демократии. Начинавшиеся с масок, автоматов и обысков в офисах телекомпаний, конфликты постепенно были закамуфлированы под цивилизованные и демократические. Решение текущих политических задач «зачистки» информационного поля было умело представлено как конфликт независимых собственников. Все, конечно же, ясно понимают, что право собственности в нашем правовом государстве священно и неприкосновенно. Но все больше людей склонны закрывать глаза на то, что в России собственность до сих пор не отделена от политической и административной власти, поэтому и собственник вынужден действовать не в своих, а в ее интересах.